Том 1 Глава 45

Как и было велено, Маомао закрылась в архиве на следующий день. В здании была масса общественных записей и слегка затхлый запах. Бледный работник принес Маомао кучу свитков. Он был единственным человеком в этом месте. Похоже, его должность не требовала от него каких-либо усилий.

«Ему бы не мешало хоть иногда выходить на солнечный свет», — подумала травница.

Она начала разворачивать один свиток за другим, каждый из которых был написан на бумаге прекрасного качества. Все они содержали в себе описания несчастных случаев и преступлений во дворце за прошедшие несколько лет. Ничего конфиденциального: все свитки относились к общественным и получить к ним доступ мог любой человек, запросивший информацию.

Маомао всё просматривала с интересом. В большинстве описывались обыденные случаи, но кое-что вызывало интерес. Например, пищевые отравлениями…

Она ожидала, что подобные вещи чаще происходят летом, но, к её удивлению, и зимой было немало инцидентов. Холод приносит свои проблемы, в виде поедания различных грибов непонятного происхождения.

Маомао попросила работника принести ей еще кипу свитков. Сначала она думала, что к ней отнесутся с пренебрежением, но мужчина казался довольным возможностью хоть чуточку поработать. Похоже, он тут находится не просто чтобы убивать время. Ему явно было интересно, что ищет Маомао, поэтому он украдкой иногда бросал взгляды на то, как она работает.

Травница, в свою очередь, игнорировала внимание работника, просматривая листы бумаги, пока не наткнулась на то, что искала — описание недавнего случая с отравлением. Она замерла, увидев, к какому органу управления относилась жертва.

Советник по церемониальным обрядам?

Именно это значилось в качестве официального звания пострадавшего. Насколько помнила Маомао, отдел по управлению обрядами также отвечал за дипломатию и образование. Возможно, она бы смогла вспомнить еще больше, если бы лучше готовилась к экзамену для придворных дам.

— Есть проблемы с чем-то? — спросил бледнолицый работник. Скорее всего, ему было скучно.

Маомао решила, что сейчас не время стесняться своей невежественности.

— Да, — ответила она, — Я не уверена, что означает вот это звание.

Скорее всего, она сейчас выглядит как непроходимая тупица.

— Ах, понятно. Этот человек отвечает за правильность проведения ритуалов, — ответил работник. Он был доволен тем, что ему удалось поделиться своими знаниями.

— Вы сказали, ритуалы?

То есть, жертва отравления отвечала и за ритуальные принадлежности, не так ли?

— Именно. Я с удовольствием принесу вам необходимые документы для изучения, если пожелаете, — охотно кивнул работник. Однако, Маомао едва ли слышала, что он сказал; шестеренки уже закрутились у неё в голове. Вдруг она с силой ударила ладонями по столу так, что мужчина подпрыгнул от неожиданности.

— У вас есть на чем записать? — попросила Маомао.

— Э-э-э, да…

Травница еще раз быстро просмотрела записи инцидентов, которые изучала до этого, после чего выписала точное название должности и срок службы.

Когда случайности сталкиваются с другими случайностями, значит что-то происходит умышленно. И если наложить все случайности одно на другое, то можно понять, куда ведут концы.

«Проведение церемоний… Ритуальные принадлежности…»

Обряды не были чем-то необычным, их много раз проводили в течение года. И если за небольшие обряды мог отвечать деревенский староста, то главные события проводились Императорской семьей. Исчезнувшие принадлежности должны были использоваться, по меньшей мере, на средней церемонии, если не на более важной.

«Средняя церемония», — Маомао задумалась. Она вспомнила, как Джинши совершал обряд очищения. То есть, чтобы узнать об этом больше, ей лучше задать все вопросы евнуху.

— Вас интересуют церемонии? — работник, оказавшийся не только заскучавшим, но и дружелюбным, подошел к травнице с огромным чертежом в руках.

— Хм… — Маомао посмотрела на бумаги. На них был нарисован детальный план церемониального храма. В центре стоял алтарь, а над ним висела огромная балка с свисающими с неё письменами на полотнах ткани. У изножья алтаря была большая жаровня, в которой должен гореть огонь.

— Довольно необычное место, не так ли? — произнес работник.

— Так это…

Общий вид был элегантным и величественным. Балка, должно быть могла двигаться, чтобы время от времени менять письмена.

«Тяжело, наверное, каждый раз её туда-сюда тягать», — подумала практичная Маомао. Балка находилась слишком высоко, а ползать до неё по лестнице, скорее всего, та еще проблема.

— Здесь есть особое устройство, — сообщил работник, — Когда необходимо, её можно опустить или поднять, чтобы подписать необходимые слова.

— Вы весьма осведомлены в данном вопросе, — Маомао изучающе уставилась на мужчину.

— Можно и так сказать. Раньше у меня была более ответственная работа. Но, стыдно признать, я, кажется, что-то не то ляпнул и обидел кого-то из важных персон, поэтому меня и сослали сюда.

Как выяснилось, этот человек раньше занимал должность в отделе по управлению обрядами. Вот почему он так интересовался чем занималась травница. А потом он сказал следующее:

— Я все сомневался, достаточно ли крепко она закреплена. Рад, что проблем не обнаружилось.

— Что, простите, крепко закреплено?

— Балка. А точнее механизм, который её приводит в движение. Понимаете, она огромная. Я даже представить не могу, какая трагедия случится, если она вдруг упадет. Однако, как только я поднял этот вопрос в отделе, как меня тут же выгнали и велели заниматься архивами.

Маомао молча смотрела на чертеж. Если балка под потолком вдруг расшатается, то, в первую очередь, пострадает человек у алтаря, исполняющий церемонию. Очень важный человек.

«А еще он волнуется о надежности конструкции», — размышляла травница. Чтобы поднять или опустить балку, её сначала нужно к чему-то присоединить. И если крепления вдруг не выдержат…

«Насколько они вообще крепки?»

Еще эта жаровня с огнем, которая может мгновенно учинить пожар. Маомао ломала голову над тем, какие же ритуальные принадлежности были украдены. Она снова стукнула ладонями по столу, заставив работника вздрогнуть во второй раз. Он вытянулся в струнку, когда она повернулась к нему и спросила:

— Простите, а когда будет проходить следующая церемония? И где находится место, изображенное на этом плане?

— Здание называется Алтарем Сапфирового Неба и находится в западной части Внешнего двора. Что касается церемонии… — он быстро пролистал календарь, почесывая ухо, — Вот. Как раз сегодня там проводится обряд.

Прежде чем мужчина закончил предложение, Маомао уже поспешила вон из здания, не обращая внимания ни на какие свитки.

«Алтарь Сапфирового Неба на западе», — стучало у неё в голове, пока она пыталась привести в порядок свои мысли. Скорее всего, все было уже давно спланировано. Причем спланировано так, чтобы отдельные части казались случайностями, но при наложении одного события на другое получился желаемый результат. «Я все еще только гадаю», — думала травница. Ничего больше. Но если она права, то результат будет просто ошеломительным.

Вскоре впереди замаячила пагода. Похожие здания находились слева и справа от неё, с выстроившимися в ряд чиновниками на каждой из сторон. По их одеяниям стало понятно, что церемония уже началась.

— Эй, ты! — крикнул один из мужчин, — Ты что тут делаешь?

Следовало ожидать, что проскользнуть мимо незамеченной не удастся. Маомао прищелкнула языком. Времени не оставалось. Если бы только она могла обратиться к Джинши или к Гаошуню. Они, возможно, помогли бы решить эту проблему, но никого из них не было дома весь день.

— Позвольте мне пройти, пожалуйста, — сказала она.

— Ни за что. Здесь проводится церемония, — ответил воин с огромной дубиной в руках. Он недовольно смотрел на Маомао, но ей трудно было винить его. Он всего лишь выполнял свою работу. Вместо этого, она мысленно корила себя за неспособность красиво говорить.

— Это важно. Вы должны пропустить меня.

— Какая-то служанка осмелится нарушить священную церемонию?

Он прав. Она всего лишь служанка, без влияния и власти. Согласись он пропустить её, просто потому что она так сказала, и его голова тут же покатится с плеч.

К сожалению, Маомао не могла отступить сейчас.

«Может, ничего не случится», — думала она. А что, если да? Будет поздно говорить, что их предупреждали. Когда люди понимают, что произошло что-то непоправимое, всегда становится поздно.

Голова и плечи воина возвышались над девушкой, но она смотрела ему прямо в глаза. Чиновники вокруг начали перешептываться и смотреть на них.

— Я здесь не для того, чтобы просто очернить обряд, — сказала Маомао, — Чья-то жизнь находится в опасности! Вам необходимо остановить церемонию!

Стоящий неподалеку чиновник заговорил:

— Это не тебе решать. Если у тебя есть какое-то предложение, у нас для этого существует ящик для писем.

Он откровенно издевался над травницей, маленькой серой служанкой.

— Вы никогда не сможете увидеть это письмо вовремя! Пропустите меня!

— Нет!

В споре с детьми сложно чего-либо добиться. Если бы Маомао была сама повзрослее, чтобы это понять, то она отступила бы. Но этого не случилось. Вместо этого, она изобразила на лице саркастическую улыбку.

— В конструкции алтаря есть фатальная ошибка. И поверьте мне, кто-нибудь обязательно этим воспользуется. Если вы сейчас не позволите мне пройти, то пожалеете об этом. Боги, у меня дрожь пробегает при мысли о том, что с вами станет, когда обнаружится, что я предупреждала вас, а вы не слушали!

Она приложила ладони к щекам в наигранном удивлении и продолжила:

— Подождите… Теперь понятно. Это то, о чем я думаю? — с этими словами она ударила кулаком в открытую ладонь, как будто до неё дошел смысл. Улыбка наполнилась злобой, — Вы САМИ хотите, чтобы это произошло. Удерживаете меня здесь, потому что находитесь в сговоре с тем, кто задумал…

Тупой удар по голове остановил её речь. Едва осознав, что происходит, Маомао уже лежала на земле. Её зрение помутилось.

«Нужно оставаться в сознании» — промелькнула мысль, но сил на это почти не было. Она слышала голос ударившего её воина, но он был каким-то далеким. Она не могла разобрать слов, которые он говорил. Ну, хотя бы внимание привлекла. Любой солдат бы рассердился, услышав такие слова от мелкой девчонки. Рассердился бы настолько, что, не задумываясь, ударил.

Жаловаться было не на что. Она сама нарвалась. Но если она сейчас отключится, то считай, все пропало.

Медленно, Маомао приняла сидячее положение. Ухо горело, перед глазами всё плыло. Постепенно краски мира возвращались к ней, и она увидела воина с поднятой рукой и товарищей, удерживающего его.

«Я думала, что если начну драку, то это поможет, но, похоже, я ошибалась»

Шума, который она создала, было недостаточно, чтобы остановить церемонию. Музыка все еще звучала внутри здания. Шоу продолжалось.

Наконец, она смогла подняться на ноги. Несколько красных капель упали на землю перед ней. «Кровь из носа потекла», – поняла травница. Но это не так важно. Удар, по всей видимости, пришелся по уху. Оно горело, но боли, как таковой, не было. Прижав большой палец к одной ноздре, Маомао высморкнула оставшуюся кровь. Бормотание среди чиновников усилилось. Она вдруг поняла, что не стоило так делать в священном месте, но времени на извинения не было.

— Теперь вы довольны? — сказала она. В полуобморочном состоянии, она не смогла уловить слова, сказанные ей в ответ. Она слышала лишь гул голосов вокруг неё. Нет времени на игры. У Маомао еще осталось одно дело.

Её голос стал громче на октаву:

— Мне нужно попасть внутрь!

Если сейчас всё закончится, будет поздно. Слишком поздно. Если она сейчас же туда не попадет…

«Я не смогу получить свой безоар!»

Голова кружилась и перед глазами всё меркло, но эта мысль дала силы оставаться на месте. Маомао окинула толпу тяжелым взглядом.

— Я не прошу вас остановить церемонию. Только пропустите меня. Скажете потом, что крыса проскочила, а вы не заметили.

Нынешний Император был великодушным человеком: вряд ли от такого маленького проступка кто-нибудь лишится головы. Ну, кроме неё, возможно. В этом случае она будет умолять Джинши заступиться за неё. Или хотя бы умереть от яда.

— Что вы будете делать, если что-то случится, а вы меня тут удерживаете? Я знаю, что внутри находится важный человек. Да вы же своими жизнями за это заплатите!

Маомао не знала, кто вел церемонию, но всё указывало на то, что там был человек высокого положения.

Некоторые стражники смотрели друг на друга, потрясенные её словами, но было ясно, что они не собирались отступать.

— Да с чего нам тебя вообще слушать? — спросил воин.

А вот это вопрос. И у Маомао не было на него ответа, но она все равно стояла перед ними с испепеляющим взглядом.

Внезапно она услышала быстрые шаги за спиной.

— Тогда, может, вы меня послушаете? — шутливо произнес кто-то. Маомао отчетливо слышала улыбку в его голосе. И знала, кому этот голос принадлежит.

Воин, преградивший Маомао путь, отступил на полшага назад. Рядом стоящие стражники побледнели, как будто увидели перед собой нечто, чего надеялись никогда не увидеть.

Травница не оглянулась. Она пыталась удержаться на ногах. Виски уже начало ломить от боли.

— В любом случае, я не уверен, что могу оправдать избиение женщины, маленькая это девочка или нет. Смотрите, она ранена. Кто это сделал? Признавайтесь! — голос говорившего был пронизан холодом. Все неосознанно посмотрели на мужчину с дубиной. Его лицо вытянулось.

— Для начала, — продолжил голос, — Почему бы вам не сделать так, как сказала эта девочка? Я беру ответственность на себя за её действия. Что бы ни случилось.

Кто бы там ни стоял, он мог бы и пораньше появиться, если бы поторопился немного. Маомао сжала зубы. «Не время об этом думать», — решила она про себя. Не оглядываясь, травница окинула взглядом воинов еще раз и рванула мимо них к алтарю.

Она решила не заострять внимание на том, кому принадлежал тот голос.

Ароматы благовоний и дыма наполняли помещение. Звуки музыкальных инструментов перемежались хлопками ткани с письменами, свисающими с балки. Человек, молившийся в это время, что-то писал плавными и красивыми буквами, выражая надежду, что его просьбы достигнут небес.

Появление чумазой девушки в храме вызвало ропот среди толпы.

«Я, должно быть, ужасно выгляжу», — подумала Маомао. Она испачкала свою одежду, пока бежала сюда, а её лицо было покрыто запекшейся кровью из носа. Она решила, что обязательно примет горячую ванну после того, как всё закончится. Не убьют же её в конце концов, если она воспользуется ванной в доме Джинши. Может, ей удастся уговорить Гаошуня, чтобы ей разрешили это сделать.

Если, конечно, её голова еще останется на своем месте к тому времени.

На дальнем конце алой ковровой дорожки стоял человек в черном. На его голове была особая церемониальная шапка, украшенная подвесками из бус. Звонким и чистым голосом, он что-то говорил нараспев.

Перед ним стояла огромная чаша с ярко пылающим огнем. А над головой висела балка, завешанная полотнами ткани. А то, что удерживало эту балку, было…

Маомао показалось, что она отчетливо услышала скрип. Наверное, это всего лишь воображение. Так близко она не могла этого слышать. Несмотря ни на что, она продолжала идти. Приближаясь к человеку впереди, травница ощущала под ногами мягкость ковра.

Исполнитель церемонии заметил Маомао и обернулся. В этом момент, она, не раздумывая, бросилась вперед, обхватив его руками поперек живота, и сбила с ног на пол. В этот же момент, раздался душераздирающий скрежет. Что-то горячее и острое обхватило ногу Маомао. Она оглянулась и обнаружила, что металлическая балка прижала её к полу, распоров кожу на ноге.

«Придется зашивать», — подумала она. Она было потянулась к складкам юбки, где у неё лежало с собой немного лекарства и простые медицинские инструменты, но её остановила большая рука. Подняв глаза, она могла увидеть только свисающие бусины. Где-то за ними сверкали глаза, темные, как обсидиан.

— И как мы оказались в таком положении? — голос, словно она уже попала на небеса.

Упавшая балка с потолка валялась на земле. Если бы обладатель этого голоса оказался под ней, он уже был бы мертв.

— Господин Джинши… Можно мне… Можно мне получить свой безоар сейчас? — Маомао задала этот вопрос прекрасному евнуху, который, как оказалось, был участником церемонии. Но почему он вообще тут находился?

— Нашла, о чем думать в такой момент, — ответил Джинши, поморщившись, словно его лимоном угостили. Своей большой рукой он погладил лицо Маомао. Большим пальцем осторожно провел вдоль её щеки, — Посмотри на себя.

Его лицо исказилось. Зачем он вообще это делает?

Маомао больше интересовало решение проблемы по мере её выдачи на руки. А конкретнее, на ноги.

— Вы позволите мне зашить ногу? — ране не столько болела, сколько горела огнем. Неловко обернувшись, Маомао пыталась осмотреть рану, но вместо этого, её тело содрогнулось.

— Эй, стой!

Голос Джинши звучал всё дальше. «О, нет», — подумала она. Это все из-за удара по голове.

Силы покидали её тело. Зрение снова затуманилось, и когда Джинши начал её трясти и что-то выкрикивать, она не могла ему ответить, но очень хотела, чтобы он вел себя потише.