Том 1 Глава 100

Позже той ночью у входа в замок внезапно стало многолюдно и шумно.

Когда Арде помогала убирать после ужина в столовой, Надаль, запыхавшийся и раскрасневшийся, подбежал к ней, волоча ноги.

— Лукров возвращается... Лукров! Чизуру с ним! Мне только что сообщил посыльной. Быстро, быстро... подготовь комнату!

— Так это правда!

Арде закричала от радости, но её возбуждение быстро угасло и сменилось тревогой.

— Комната Чизуру готова, как обычно... к чему же готовиться?

Надаль выглядел испуганным и совершенно сбитым с толку. Он покачал головой и попытался придумать, что сказать в первую очередь.

Через несколько мгновений, отдышавшись, он начал объяснять короткими предложениями:

— Я всё ещё не уверен насчёт... этого. Но посыльный сказал, что Чизуру была ранена. Нам нужен врач, ткань и горячая вода...

Арде почувствовала, как её лицо побледнело.

Не дожидаясь ответа Арде, Надаль продолжил:

— Похоже, что посыльной прибыл в большой спешке. В тот момент, когда он прибыл, его лошадь упала. Но даже так, он сказал, Лукров уже рядом...

Лицо Надаля исказилось, как у ребёнка, прежде чем он упал на колени и заплакал.

Изначально Надаль был сиротой, которого Лукров подобрал в соседней деревне, когда приехал в замок. С тех пор Лукров заботился о Надале, как будто он был его собственным племянником, а Надаль смотрел на Лукрова снизу вверх и любил его, как если бы он был его отцом.

Он стремился стать великим рыцарем, как Лукров, и никогда не плакал на людях, по крайней мере, с тех пор, как стал слугой.

Однако теперь его плечи тряслись, когда он пытался сдержать слёзы.

— Встань, Надаль.

Арде едва смогла сдержать дрожь в голосе.

— Если Лукров с ней, я уверена, что с ней всё будет в порядке. Иди и быстро приведи доктора! Я позабочусь об остальном.

Надаль поднял голову и выпрямил спину.

Глаза мальчика всё ещё дрожали от замешательства, но он вспомнил о своей миссии и медленно пришёл в себя.

Он ответил слабым голосом:

, поднялся на ноги и нетвердой походкой вышел из столовой.

Арде подняла глаза и выпрямила дрожащую спину.

Девушка-горничная рядом с ней ошеломлённо смотрела на Арде, её рот был приоткрыт, как будто она хотела что-то сказать.

— Ты слышала его, иди и помоги мне.

Она молча покачала головой и убежала на кухню.

— Всё будет хорошо, – сказала себе Арде.

Всё будет хорошо.

Потому что так и должно быть...

Вскоре после этого, прежде чем закипела вода, территория вокруг ворот начала гудеть от волнения, и Арде выбежала через заднюю дверь, прижимая к груди собранную чистую одежду.

Ворота, которые обычно были закрыты и усиленно охранялись рыцарями, были заполнены растерянной толпой.

Даже издалека она могла видеть, что каждое лицо было наполнено паникой.

Сердце Арде болезненно колотилось, и она больше не знала, что делать.

Обычно она готовилась к тому, что ей говорили делать, а не стояла в оцепенении. Однако ноги Арде не двигались.

Она не могла пошевелиться.

У неё было плохое предчувствие по этому поводу.

Зрение Арде было затуманено учащённым сердцебиением и пылью от хаоса врат. Но Арде увидела высокого мужчину с чёрными как смоль волосами, который, пошатываясь, выбрался из толпы и направился к ней.

Это был Лукров.

Он крепко держал в руках что-то, что не шевелилось.

Нет. Пожалуйста, скажите мне, что это не так.

Ночное небо было ярче, чем обычно, так как скоро должно было быть полнолуние.

Костры замка и огни в дверных проёмах, зажжённые в ответ на известие о возвращении Лукрова, ясно освещали приближающиеся тени.

Это... Чизуру!

Голос Арде повысился, превратившись в тихий крик. Та, кого Лукров держал на руках, была лежащей без сознания Чизуру, залитой кровью.