Том 1 Глава 109

Натянутая Блейном тетива лука наводила ужас. Слуги не осмелились отговаривать его. Чувство тревоги, возникшее из-за того, что вспыльчивый принц и впрямь мог отпустить стрелу, заставило ловчих и охотников вздрогнуть и затаить дыхание.

В этот момент среди парализованных страхом людей раздалось фырканье. Ишакан, не удержавшись, прыснул от смеха, чем ввел остальных в еще больший ступор. Несмотря на то, что его глаз с минуты на минуту могла пронзить стрела, ситуация, казалось, забавляла мужчину. В золотистых очах  заплясали веселые огоньки.

– Можешь ли ты  отпустить тетиву? – высокомерно спросил Куркан. – Малец, который только и может, что прятаться за юбкой матери.

– …!

Рука, державшая тетиву лука дернулась, и дыхание Блейна стало более взволнованным и резким. Наконечник стрелы задрожал, но остался направленным на Ишакана.

– Ты никогда ничего не делал сам. Даже толком не знаешь, чего хочешь. Постоянно безнравственно используешь принцессу в качестве щита. – мужчина погладил подбородок. – Оглянись вокруг, кронпринц. Здесь нет никого, кто вступился бы за тебя, так что ты собираешься делать?

Золотистые глаза переливисто блестели в тенистом лесу. Куркан тихо прошептал Блейну:

– Сможешь пустить в меня эту стрелу?

Блейн заскрежетал зубами, бормоча череду бранных ругательств. И в тот же  момент, когда глаза Ишакана удовлетворенно изогнулись в улыбке, принц сделал то, чего делать не следовало.

Стрела рассекла воздух.

– ...

Блейн тяжело и прерывисто дышал. Поскольку его рука дрожала, он не смог сконцентрироваться на первоначальной цели и промахнулся. Вместо глаза стрела угодила Ишакану в плечо.

Уголки губ Куркана медленно поползли вверх.

Затем все произошло в мгновение ока. Ишакан резко поднял лук и выстрелил в бок лошади принца. Та, заржав, встала на дыбы и резко рванула вперед, а не ожидавший этого Блейн рухнул на землю. Король тут же спрыгнул со своего коня, и, приблизившись, наступил на запястье принца. Послышался звук ломающихся костей, и парень взвыл от боли.

– Ваше Высочество!!!

Лес тут же погрузился в хаос. Слуги Блейна закричали, а рыцари обнажили мечи.

Среди шумных людей только Курканы оставались тихими. Они наблюдали за происходящим безо всякого выражения и эмоций, как будто предвидели эту суматоху. Но когда рыцари бросились вперед, Курканы преградили им путь, не позволяя приблизиться к Ишакану и принцу.

– С дороги!

– Мы не можем этого сделать. Именно наследный принц предложил борьбу за иерархическое доминирование.

– Борьба за доминирование! Какое нелепое и варварское поведение...!

Хабан с ничего не выражающим лицом предупредил буйного рыцаря:

– Иди, если хочешь умереть.

– ...

Курканы, ожесточившись, смерили остальных ледяным взглядом. Хотя там не было и десяти варваров, рыцари испуганно попятились.

В то время как позади продолжалась суматоха, Ишакан выдернул стрелу из плеча и бросил ее на землю. Не обращая внимания на кровь, хлещущую из раны, он схватил Блейна за шею и поднял его.

Принц сопротивлялся как мог, изо всех сил стараясь вырваться. Однако вопреки безнадежным попыткам, его ноги уже оторвались от земли, а лицо стало краснеть, приобретая багровый оттенок. Запястье теперь было вывернуто в неестественном направлении.

Ишакан улыбнулся Блейну, смотревшему в ответ так, словно хотел убить.

– Разве не ты напал первым? – последовал веселый и полный искренности шепот, – Я лишь защищаюсь, принц.

***

Охота закончилась наихудшим из возможных способов.

Блейна увезли обратно в повозке, словно одного из трофейных животных. Когда Кердине сообщили о произошедшем, та тут же примчалась к сыну. От увиденного у женщины будто случился припадок. Позабыв о благородном царственном поведении, она кричала как сумасшедшая.

Многие испугались, увидев обычно добрую и нежную королеву беснующейся. Даже если она вышла из себя из-за травмы сына, ее поведение все равно было странным.

Отчаянно плача, Кердина увидела приближающихся Курканов, посмотрела на них налитыми кровью глазами, а затем уставилась на Ишакана. Он говорил спокойно, глядя на трясущуюся в гневе женщину:

– Всему виной безнравственность.

Уголки губ Кердины приподнялись. С жуткой улыбкой на лице женщина злобно произнесла:

– Ты пожалеешь об этом, король.