Том 1 Глава 13

Хотя это была гостиница в маленьком городке, на верхнем этаже располагался большой номер.

Дверь выходила на просторный вестибюль с мозаичными картинами на передней стене.

С обеих сторон были двери, и оказалось, что в комнату сзади можно было войти через любую из открытых дверей.

Также было несколько дверей на обоих концах входа, что указывало на то, что он довольно просторный.

В задней комнате находилась роскошная гостиная и стол из красного дерева в центре, со стульями, обитыми зеленой тканью.

Большое окно в передней части, казалось, выходило на город, а внизу виднелась красная крыша.

Когда Марибель и Джеймс заняли свои места, черноволосый рыцарь сел перед ними.

– Добро пожаловать, мой друг, из далека

Низкий, глубокий голос эхом отдался в их ушах.

Голос, который, казалось, доминировал в комнате только этим, заставил Марибель напрячься, подумав, что, конечно же, этот рыцарь не был обычным рыцарем.

– Тебе не обязательно быть бдительной… Сначала я представлюсь сам, меня зовут Ренато Галлети

Услышав имя молодого человека, который грациозно скрестил ноги, Марибель невольно затаила дыхание.

«Ренато Галлети»

"Разве это не имя наследного принца Галлерии? "

Причина, по которой она не узнала его сразу, вероятно, заключалась в том, что лицо, которое она представляла в своей голове, было увидено много лет назад.

Это был первый раз, когда они встретились лично, но она слышала о нем как о молодом, но проницательном наследном принце.

Хорошо, что Галлерианская империя была дружественной нацией, но, если бы он был преемником враждебной страны, она относилась бы к нему крайне настороженно.

Нет, даже если это была дружественная страна, он был наследным принцем. Она не может не быть настороже.

Марибель небрежно посмотрела на своего отца, который сидел рядом с ней.

Причина, по которой он выглядел таким нервным, вероятно, заключалась в том, что ее отец тоже не знал, что он наследный принц.

Зная это, Марибель почувствовала некоторое облегчение.

Возможно, было решено, что они встретятся с кем-то из императорского двора в этом месте, но тот факт, что это был не просто «кто-то из императорского двора», а наследный принц империи, означало нечто совершенно другое.

Если бы его политические враги узнали, что он разговаривал с ними лицом к лицу прямо здесь и сейчас, одно это привело бы к падению маркизата Беркли.

Независимо от того, насколько сильно ее отец отрицал это, они подумали бы, что у Джеймса были какие-то мятежные намерения против королевства.

Мы не должны терять бдительность.

Марибель грациозно поднялась со стула, опустилась на колени, сложила руки перед грудью и склонила голову.

Это был официальный императорский поклон принцу империи.

Рядом с ней Джеймс опустился на одно колено, низко кланяясь.

– Для меня большая честь впервые встретиться со свирепым львом империи. Я Джеймс Беркли. Это моя дочь, Марибель

В отличие от Ренато, который казался расслабленным, выражение на лицах Марибель и ее отца было настороженным.

– Хорошо, устраивайся поудобнее. Это неофициальная встреча

Джеймс и Марибель еще раз низко поклонились после слов Ренато и снова сели на стулья, опустив глаза.

Когда Марибель медленно подняла голову, ее глаза встретились с глазами Ренато, который пристально смотрел на нее, но она быстро отвела взгляд.

– Мне стало известно, что маркиз Беркли обратился к империи с просьбой разрешить распространять пшеницу Беркли... Ренато замолчал и снова перевел свои темно-синие глаза на Марибель

Марибель почувствовала себя неуютно под этим взглядом, который, кажется, оценивал ее.

Затем, словно в противовес этому взгляду, Марибель выпрямила свою осанку так, что не осталось ни единого изъяна.

– Вы хотите познакомить свою дочь с подходящим человеком здесь, верно?

Удивленная словами Ренато, Марибель невольно повернула голову к Джеймсу, который сидел рядом с ней.

"Я знаю, что мой отец был обеспокоен моим будущим".

Конечно, Марибель, чья помолвка была разорвана Эдвардом, не смогла бы надеяться на хорошую партию в королевстве.

Число дворян сократилось из-за чумы десять лет назад, и баланс сил внутри королевства значительно изменился.

Эпидемия, исходящая от западных держав, охватила весь мир, но спасло лекарство, разработанное западными странами.

Герцог Данзель, который разобрался с этим, быстро получил контроль над двором.

И домом, который противостоял герцогству Данзель, был маркизат Беркли, который набирал силу.

Если бы у герцога Данзеля была дочь, достаточно взрослая, чтобы стать невестой Эдварда, решение, вероятно, было бы принято без вопросов.

К сожалению, ни одна дочь в герцогстве не могла сравниться по возрасту с Эдвардом.

Более того, сам Эдвард проникся симпатией к Марибель на чаепитии, что побудило выбрать ее своей невестой.

Однако это было отменено, когда Эдвард разорвал помолвку.

Возможно, Марибель не может надеяться на хорошую партию при таких нынешних обстоятельствах.

А о браке с Саймоном, у которого могла быть своя предыстория, не могло быть и речи.

Имея это в виду, он, вероятно, думал, что партнером Марибель должен стать имперский дворянин, но он, должно быть, не думал, что наследный принц империи Галлерия лично устроит для нее брачную встречу.

– На самом деле, мне нужен мужчина не слишком старый, с хорошими манерами, который взял бы Марибель в жены и нежно заботился о ней, - сказал Джеймс.

Она была внутренне удивлена, когда услышала условия, выдвинутые ее отцом.

С тех пор как Эдвард заявил, что нашел свою настоящую любовь, она также захотела найти партнера по любви.

Однако она была дочерью дворянина.

И очень хорошо знала, что такой эгоизм никогда не сработает.

Марибель знала это, но ей хотелось побаловать себя мимолетной мечтой.

Политический брак был выгоден обеим семьям.

Поэтому она была готова согласиться на брак с человеком, которого рекомендовал ее отец.

Однако, судя по условиям, поставленным ее отцом, это не принесло бы никакой пользы семье Беркли.

Это было так, как будто он искал партнера по браку только ради счастья Марибель.