Том 1 Глава 20

Глава 20: Конец войны(1)

По дороге на северный фронт, в роскошной карете, Феликс сидел уткнувшись в окно, вглядываясь в мимолетные пейзажи, которые проносились мимо. Его взгляд задерживался на беженцах, уходящих из своих разрушенных домов. Сердце Феликса стиснулось от видения страданий и разрушений, но он сдержал свои эмоции, наполняя себя решимостью и целеустремлённостью.

«Эх, очень много работы впереди,» - прозвучал его внутренний голос. «Но стоит разобраться со северным королевством. Хоть за аристократов не стоит беспокоиться. Хорошо, что с помощью силы они слушают, как собаки.»

Гвардейцы, сопровождавшие его, сидя молча, подчиняясь каждому его взгляду и жесту. Феликс чувствовал на себе их внимание и подчинение, что только укрепляло его уверенность в собственной силе и власти.

«Скоро все это закончится,» - прошептал он себе, заранее предвкушая победу и готовый принять вызов любых препятствий на пути к своей цели.

Спустя неделю Феликс прибыл на фронт и вступил в лагерь своей армии. Когда его карета подъехала, солдаты моментально замерли, понимая, что прибыл король. Шепот и мурмуры разнеслись по лагерю, солдаты предполагали, что король лишь посмотрит на положение вещей и скоро уедет, забыв об их существовании.

По прибытии кареты, дверь открыл гвардеец и вежливо заявил: «Мы прибыли, ваше величество». Феликс вышел из кареты, привлекая внимание своим безупречным внешним видом. Он был одет в белый мундир, выглядевший безукоризненно. Мундир был украшен золотыми нашивками, а на плечах были вышиты символы королевской власти. На руках у Феликса были белые перчатки, подчеркивающие его высокий статус и безупречность.

Феликс огляделся вокруг, замечая, что никто из солдат не пришел его встречать. В его уме мелькнула мысль: «Видно, мне тут не рады». С невозмутимым выражением лица, он повел своих гвардейцев вперед, направляясь к центру лагеря. Солдаты молчали, испытывая смешанные чувства, но Феликс продолжал двигаться вперед.

Феликс гордо и без эмоций шагал по лагерю, не обращая внимания на раненых и изуродованных солдат, которые лежали на земле, их страдания не вызывали у него никаких чувств. Он был поглощен своими мыслями о стратегии и планах для завершения долгой войны.

Внезапно к нему подошел офицер, который, в знак уважения, встал на колени и приветствовал его как величество короля. Офицер представился, и Феликс, глядя на него, спросил: «Кто здесь главный?» Офицер ответил с уважением: «На данный момент, ваше величество, я. Генерал ушел на сражение со северной армией».

Феликс, не проявляя никаких эмоций, приказал отвести его в главный шатер. Офицер поднялся и сказал: «Как прикажете, ваше величество», после чего провел их к главному шатру. Пока они шли, Феликс продолжал размышлять о текущей ситуации и своих будущих действиях, готовясь к неизбежным вызовам и испытаниям, которые ждали его на поле битвы.

Спустя три часа в шатер зашел генерал, выделявшийся в толпе своим внешним видом. Он был высоким и стройным мужчиной с густыми черными волосами, подчеркивающими его строгий военный облик. Его глаза были темного цвета, они сверкали во мраке шатра, выражая решимость и властность. Мундир генерала был безупречно выглаженным, с яркими золотыми нашивками и эмблемами на плечах, что свидетельствовало о его высоком звании и заслугах перед королевством. На его лице была видна уверенность и гордость, характерные для опытного военного лидера.

Когда генерал вошел в шатер, он увидел Феликса, сидящего на стуле и наслаждавшегося чаем, а за ним стояли гвардейцы, готовые выполнить любой его приказ. Не узнав короля, генерал произнес насмешливую фразу: «Кто этот хрен? Что он тут забыл? Если это генерал из столицы, пусть валит нахрен отсюда, а то его нежные ручки устанут работать», вызвав недоумение и недовольство в зале. Офицеры и солдаты жестикулировали, указывая ему заткнуться.

Наблюдая за происходящим, Феликс с улыбкой и насмешкой прокомментировал: «Видно, даже короля не узнают». Генерал, осматривая его с удивлением, вспомнил о коронации нового короля и быстро сообразил свою ошибку. Он встал на колени и сказал: «Прошу ваше милости, ваше величество». Феликс, сохраняя свою непоколебимость, поинтересовался его именем, и генерал ответил: «Меня зовут Гарретт, ваше величество».

Феликс, с улыбкой, которая не отражала ни малейшей тревоги, обратился к Гарретту: «Интересное имя. Как дела на фронте?» Гарретт ответил с печалью в голосе: «Ваше величество, все очень печально. Мы проигрываем». Феликс лишь фыркнул в ответ: «Ну, как обычно».

Поднявшись со своего места, Феликс заявил: «Сегодняшнего дня я лично беру командование над армией». Гарретт, взглянув на короля с удивлением, ответил: «Как прикажете, ваше величество». Феликс установил чашку чая на место и продолжил: «Завтра с утра мы начнем отбивать наши территории». На замечание Гарретта о возможной опасности, король лишь улыбнулся: «Нет ничего опасного. Я тот, кто приведет королевство к империи».

Гарретт, внутренне ошеломленный такими амбициями, сказал: «Какова ваша воля, ваше величество?» Однако в его уме мелькнула мысль: «Он сумасшедший король. Ему всего 16 лет, а он так говорит».