Новость об официальном свидании Аманэ и Махиро немедленно распространилась по всей школе.Похоже, все знали, что это факт, а не слух, благодаря одноклассникам, которые любили сплетничать как по хорошим, так и по плохим причинам, а также потому, что все видели, как они шли в школу.Благодаря этому, всегда были сдержанные дискуссии, когда им приходилось менять классы или выходить в коридор.

От этого Аманэ стало действительно неудобно.— Думаю, волнения утихнут через несколько дней.Прокомментировал Куджо, стоя подальше от шума.— Да. — Хиираги тоже кивнул.— Люди не будут продолжать говорить об одном и том же.

Рано или поздно они начнут обсуждать что-то другое.— Это будет здорово.

У меня начнет болеть голова, если так будет продолжаться каждый день.Даже во время урока Аманэ слышал, как другие что-то бормочут.

По правде говоря, он чувствовал себя не очень хорошо.Кстати, ребята в классе продолжали допрашивать его на переменах и его выносливость уже упала наполовину.

К счастью, сегодня нет физкультуры.— Я думаю, станет меньше людей, задающих вопросы.

Однако люди будут окружать вас по другой причине.— По другой?— Некоторые могут подумать, что ты хороший товар.— Тогда извините, что я уже продан.Аманэ поручил свое будущее Махиро и не мог смотреть ни на кого другого, даже если бы его принуждали.

По правде говоря, даже были бы другие женщины лучше, чем Махиро, Аманэ ни за что не выбрал бы кого-то, кроме нее.Аманэ был бы обеспокоен, если бы кто-то надеялся, что он бросит своего Ангела.

Он бы удивился и разочаровался, что кто-то думает о нем как о легкомысленном парне.— Ну, любовь иногда бывает неразумной.— М-м-м, от тебя редко можно услышать подобное, Макото.— Как грубо.

Но… никто не может перестать любить кого-то, даже если она уже чья-то девушка.

В конце концов, любовь подобна импульсу.— Конечно, ты не можешь просто превратить импульс в действиеСъязвил Куджо и, вздохнув, посмотрел на болтающих девушек.— Что касается меня, то я не думаю, что кто-то может встать между вами.— Здесь то же самое.

Любовно-морковное шоу — это еще и средство отпугнуть остальных претендентов.

Я никогда бы не подумал, что вы двое действительно сделаете такое перед всеми…!— Забудь об этом!…Аманэ охватило смущение, когда он вспомнил утренний разговор с Махиро.Интимный акт был действительно для того, чтобы оттолкнуть других, но поглаживание ее по голове было похоже, в основном, на признание, и Аманэ действительно выглядел так, как будто собирался сделать Махиро предложение.

Он не хотел, чтобы об этом узнали его одноклассники.К счастью, Махиро удалось сбить их с толку.

Ицуки и Куджо, однако, могли что-то заметить, когда ошеломленно сказали:— Ну, поскольку теперь все знают, что Сиина-сан показывает этот взгляд только тебе, я думаю, что это справедливый результат, Фудзимия?— …Ты так говоришь, но постыдное есть постыдное.— Ты говоришь это, ведя ее под руку по дороге в школу?— Это совсем другое…Существует разница в стыде между действиями, совершенными намеренно, и действиями, совершенными невольно.— Просто сдайся.

Кроме того, есть некоторые благодарные за то, что вы двое такие милые.— Благодарные?— Девочки теперь счастливы, что парни, смотрящие на Сиину-сан, должны оторвать свои взгляды.Аманэ серьезно обдумал это тихое бормотание.Оказалось, что девочки, которые ценили Махиро по-разному, не были полностью едины и некоторые из них были недовольны тем, как Махиро привлекала взгляды парней.До этого момента Махиро была одна.

Цветок, который никогда не проявлял привязанности ни к кому другому.

Теперь, когда она выбрала Аманэ в качестве мишени и не проявляла никакого интереса ни к одному другому мальчику, это немного смягчит их возмущения.«Не все мыслят так же, как я.

Некоторые, наверное, ругают меня за спиной.”Когда-то криво усмехнулась Махиро и Аманэ подумал, что девушки пугают.

Однако теперь, когда много чего произошло, Махиро, казалось, смогла расслабиться.— Думаю, девушкам действительно приходится нелегко.

Ну что ж, раз все улажено, следующее, что нужно сделать — это дать всем понять, что Махиро — всего лишь обычная девушка.

Похоже, ей не нравится, когда все называют ее Ангелом, потому что это смущает.— Я думаю, она действительно ненавидит это.— Да.

Юута всегда странно смотрит, когда кто-то называет его Принцем, так что это ожидаемо.По словам Хиираги, Кадоваки тоже стыдился называться принцем.

Возможно, и у Кадоваки, и у Махиро были одни и те же проблемы.

Аманэ тихо молился за них в своем сердце.Он искренне желал, чтобы Кадоваки когда-нибудь нашел кого-нибудь, кто смог бы понять его, как он понимал Махиро.

Аманэ надеялся, что этот добрый, незатейливый человек, который относился ко всем одинаково, сможет получить свое счастье.— …О чем ты болтаешь?Пока Аманэ молился о счастье Кадоваки, к ним подошла Махиро, видимо, закончив болтать с Читосе.Она, вероятно, не понимала, о чем они говорили, но, похоже, заметила, что Аманэ покраснел, потому что они указали на его утренние действия.

Она бросила на троицу несколько озадаченный взгляд.— А, Сиина-сан? Ничего особенного.

Мы просто говорим о том, что ты самая обыкновенная девушка.— И как же ты заговорил об этом?…— Ах, нет, просто мы говорим о том, что ты не Ангел, а обыкновенная девушка, Махиро.Аманэ притворился, что забыл о том, что произошло утром, и вкратце упомянул о том, что они обсуждали.— Понимаю.Она кивнула.— Я знаю, что стала в некотором роде идолом.

Это может быть правдой.Махиро понизила голос.

Куджо и Хиираги посмотрели на нее взглядом, который практически кричал:— Ах, да!Поскольку провели много времени с Кадоваки, они видели много подобных случаев, и поэтому, вероятно, были обеспокоены Махиро, которая была таким же человеком, как и они.— Но меня больше не волнует, что они говорят.— В самом деле?— Да… В конце концов, я в порядке, если Аманэ-кун считает меня обычной девушкой.Аманэ, Куджо и Хиираги были единственными, кто слышал этот шепот, но он оказался слишком разрушительным.Махиро застенчиво улыбнулась, а ее щеки слегка покраснели.

Аманэ был не единственным, кто оказался загипнотизирован ею.Он слышал, как Куджо и Хиираги рядом с ним ахнули.

Проходящие мимо студенты тоже уставились на ее лицо, совершенно ошеломленные.— …Фудзимия, держи свою подружку под контролем.— Вокруг нас много жертв…Тихо согласился с этим Аманэ, но он тоже был беспомощен, потому что был в самом тяжелом состоянии, и ему потребовалось много усилий, чтобы подавить бешено колотящееся сердце.— …Блин, она влюблена по уши…Изумленно пробормотал Куджо.Лицо Махиро по-прежнему оставалось красным, когда ее улыбка, казалось бы, утвердительно засияла.

Новость об официальном свидании Аманэ и Махиро немедленно распространилась по всей школе.

Похоже, все знали, что это факт, а не слух, благодаря одноклассникам, которые любили сплетничать как по хорошим, так и по плохим причинам, а также потому, что все видели, как они шли в школу.

Благодаря этому, всегда были сдержанные дискуссии, когда им приходилось менять классы или выходить в коридор.

От этого Аманэ стало действительно неудобно.

— Думаю, волнения утихнут через несколько дней.

Прокомментировал Куджо, стоя подальше от шума.

— Да. — Хиираги тоже кивнул.

— Люди не будут продолжать говорить об одном и том же.

Рано или поздно они начнут обсуждать что-то другое.

— Это будет здорово.

У меня начнет болеть голова, если так будет продолжаться каждый день.

Даже во время урока Аманэ слышал, как другие что-то бормочут.

По правде говоря, он чувствовал себя не очень хорошо.

Кстати, ребята в классе продолжали допрашивать его на переменах и его выносливость уже упала наполовину.

К счастью, сегодня нет физкультуры.

— Я думаю, станет меньше людей, задающих вопросы.

Однако люди будут окружать вас по другой причине.

— По другой?

— Некоторые могут подумать, что ты хороший товар.

— Тогда извините, что я уже продан.

Аманэ поручил свое будущее Махиро и не мог смотреть ни на кого другого, даже если бы его принуждали.

По правде говоря, даже были бы другие женщины лучше, чем Махиро, Аманэ ни за что не выбрал бы кого-то, кроме нее.

Аманэ был бы обеспокоен, если бы кто-то надеялся, что он бросит своего Ангела.

Он бы удивился и разочаровался, что кто-то думает о нем как о легкомысленном парне.

— Ну, любовь иногда бывает неразумной.

— М-м-м, от тебя редко можно услышать подобное, Макото.

— Как грубо.

Но… никто не может перестать любить кого-то, даже если она уже чья-то девушка.

В конце концов, любовь подобна импульсу.

— Конечно, ты не можешь просто превратить импульс в действие

Съязвил Куджо и, вздохнув, посмотрел на болтающих девушек.

— Что касается меня, то я не думаю, что кто-то может встать между вами.

— Здесь то же самое.

Любовно-морковное шоу — это еще и средство отпугнуть остальных претендентов.

Я никогда бы не подумал, что вы двое действительно сделаете такое перед всеми…!

— Забудь об этом!…

Аманэ охватило смущение, когда он вспомнил утренний разговор с Махиро.

Интимный акт был действительно для того, чтобы оттолкнуть других, но поглаживание ее по голове было похоже, в основном, на признание, и Аманэ действительно выглядел так, как будто собирался сделать Махиро предложение.

Он не хотел, чтобы об этом узнали его одноклассники.

К счастью, Махиро удалось сбить их с толку.

Ицуки и Куджо, однако, могли что-то заметить, когда ошеломленно сказали:

— Ну, поскольку теперь все знают, что Сиина-сан показывает этот взгляд только тебе, я думаю, что это справедливый результат, Фудзимия?

— …Ты так говоришь, но постыдное есть постыдное.

— Ты говоришь это, ведя ее под руку по дороге в школу?

— Это совсем другое…

Существует разница в стыде между действиями, совершенными намеренно, и действиями, совершенными невольно.

— Просто сдайся.

Кроме того, есть некоторые благодарные за то, что вы двое такие милые.

— Благодарные?

— Девочки теперь счастливы, что парни, смотрящие на Сиину-сан, должны оторвать свои взгляды.

Аманэ серьезно обдумал это тихое бормотание.

Оказалось, что девочки, которые ценили Махиро по-разному, не были полностью едины и некоторые из них были недовольны тем, как Махиро привлекала взгляды парней.

До этого момента Махиро была одна.

Цветок, который никогда не проявлял привязанности ни к кому другому.

Теперь, когда она выбрала Аманэ в качестве мишени и не проявляла никакого интереса ни к одному другому мальчику, это немного смягчит их возмущения.

«Не все мыслят так же, как я.

Некоторые, наверное, ругают меня за спиной.”

Когда-то криво усмехнулась Махиро и Аманэ подумал, что девушки пугают.

Однако теперь, когда много чего произошло, Махиро, казалось, смогла расслабиться.

— Думаю, девушкам действительно приходится нелегко.

Ну что ж, раз все улажено, следующее, что нужно сделать — это дать всем понять, что Махиро — всего лишь обычная девушка.

Похоже, ей не нравится, когда все называют ее Ангелом, потому что это смущает.

— Я думаю, она действительно ненавидит это.

Юута всегда странно смотрит, когда кто-то называет его Принцем, так что это ожидаемо.

По словам Хиираги, Кадоваки тоже стыдился называться принцем.

Возможно, и у Кадоваки, и у Махиро были одни и те же проблемы.

Аманэ тихо молился за них в своем сердце.

Он искренне желал, чтобы Кадоваки когда-нибудь нашел кого-нибудь, кто смог бы понять его, как он понимал Махиро.

Аманэ надеялся, что этот добрый, незатейливый человек, который относился ко всем одинаково, сможет получить свое счастье.

— …О чем ты болтаешь?

Пока Аманэ молился о счастье Кадоваки, к ним подошла Махиро, видимо, закончив болтать с Читосе.

Она, вероятно, не понимала, о чем они говорили, но, похоже, заметила, что Аманэ покраснел, потому что они указали на его утренние действия.

Она бросила на троицу несколько озадаченный взгляд.

— А, Сиина-сан? Ничего особенного.

Мы просто говорим о том, что ты самая обыкновенная девушка.

— И как же ты заговорил об этом?…

— Ах, нет, просто мы говорим о том, что ты не Ангел, а обыкновенная девушка, Махиро.

Аманэ притворился, что забыл о том, что произошло утром, и вкратце упомянул о том, что они обсуждали.

Она кивнула.

— Я знаю, что стала в некотором роде идолом.

Это может быть правдой.

Махиро понизила голос.

Куджо и Хиираги посмотрели на нее взглядом, который практически кричал:

Поскольку провели много времени с Кадоваки, они видели много подобных случаев, и поэтому, вероятно, были обеспокоены Махиро, которая была таким же человеком, как и они.

— Но меня больше не волнует, что они говорят.

— В самом деле?

— Да… В конце концов, я в порядке, если Аманэ-кун считает меня обычной девушкой.

Аманэ, Куджо и Хиираги были единственными, кто слышал этот шепот, но он оказался слишком разрушительным.

Махиро застенчиво улыбнулась, а ее щеки слегка покраснели.

Аманэ был не единственным, кто оказался загипнотизирован ею.

Он слышал, как Куджо и Хиираги рядом с ним ахнули.

Проходящие мимо студенты тоже уставились на ее лицо, совершенно ошеломленные.

— …Фудзимия, держи свою подружку под контролем.

— Вокруг нас много жертв…

Тихо согласился с этим Аманэ, но он тоже был беспомощен, потому что был в самом тяжелом состоянии, и ему потребовалось много усилий, чтобы подавить бешено колотящееся сердце.

— …Блин, она влюблена по уши…

Изумленно пробормотал Куджо.

Лицо Махиро по-прежнему оставалось красным, когда ее улыбка, казалось бы, утвердительно засияла.