Том 8 Глава 142

268. Противостояние заклятых врагов

Приглушённый гул, прокатившийся по плацу, вызвал в жилах Захада настоящий прилив боевого азарта.

Перед ним первые ряды бойцов уже скрестили мечи с личной стражей Арнольда. Пока что это была схватка лишь между десятком воинов — лёгкая разминка, не более. Но даже она позволяла многое понять.

Три года назад мы с Арнольдом временно объединились, чтобы вытеснить армию Эльдириола с поля боя. После той войны я провёл повторный отбор, перетряхнул королевскую гвардию, усилил армию…

Сегодня они используют тренировочные копии изогнутых мечей, изготовленные специально для учений. У рыцарей Галькхайна — деревянные мечи, покрытые краской. Как только краска коснётся жизненно важного места — боец выбывает. Правила, придуманные ими ещё в детстве.

…А у Арнольда всё те же лица, что и три года назад. И всё же — держатся наравне с моими усиленными войсками?!

Движения тех рыцарей, с кем он когда-то делил поле боя, стали ещё отточеннее. Безжалостные удары тупыми клинками, ритмичные столкновения, как будто они танцуют смертоносный танец.

Так он не только сохранил состав — он их ещё и натренировал? До этого уровня?

Как король, Захад прекрасно понимал, насколько это сложно. Именно поэтому, несмотря на то, что перед ним — враг, он не мог не почувствовать приятный, щекочущий азарт.

— Ха! Вот это уже интересно!

Он рассмеялся и громко скомандовал:

— Вперёд, мои воины! Арнольд в саду — туда и держим путь!

Подъём к замку был ему хорошо знаком — сколько раз он носился здесь в детстве. Но до первой заставы они не успели добраться: из-за раскрытых ворот выскочила новая партия рыцарей.

Рыцарь, вынырнувший из слепой зоны у ворот, направил деревянный меч прямо Захаду в горло. Но тот ловко отклонился, ухватил врага за запястье и, используя инерцию, швырнул его на землю.

— Тьфу ты…!

— Государь!

— Всё в порядке. Руби.

Меч соратника, окрашенный на лезвии, прочертил красную полосу по груди врага. Пока Захад и его люди разбирались с атакующими, часть его воинов уже прорвалась дальше и сцепилась с другой группой рыцарей Арнольда.

— Отлично, не сбавлять напор!

— Слушаемся, мой король!

Услышав это, Захад с лёгкой усмешкой отпустил рыцаря. Тот отскочил и, прежде чем уйти с поля, низко поклонился.

— Ваше Величество. Простите дерзость — пусть и в рамках учений.

— Всё в порядке. Хороший удар.

Он лениво махнул рукой в знак прощения, при этом уголок его губ снова изогнулся. Этот рыцарь, с пятном краски на груди, должен был немедленно покинуть поле боя — таковы правила.

Вот же упрямец.

Перед Захадом, сразу за раскрытыми воротами, бой продолжался. Рыцари Арнольда, хоть и сражались яростно с королевской гвардией, не спускали с него глаз. Их концентрацию уже можно было назвать не просто боевой готовностью — а настоящим убийственным намерением.

Подумаешь, учения. Обычно никто и не помыслил бы замахнуться на чужого короля — это же прямая измена. Но…

Только что он видел, как один из рыцарей наносил удар — и этот удар был настоящим. Без фальши, без снисхождения. Видно было, что приказ был предельно ясен и исходит с самой верхушки:

«Действуй так, будто и правда хочешь убить. Иначе всё это — не учения, а детская игра в песочнице».

Представив это, Захад тихонько усмехнулся, в горле у него зазвучал довольный, сдержанный смех. Затем он сузил глаза и с лёгким азартом произнёс:

— Вот поэтому играть в войнушку с Арнольдом — такое развлечение.

Он поднял голос и с воодушевлением скомандовал:

— Прорываемся в лоб! Воины мои, расчистите путь для своего короля!

Но тут один из сопровождающих, старательно хранящий лицо благоразумного советника, подал голос:

— С позволения, Ваше Величество… если вы будете так явно двигаться, нас ведь сразу раскусят?

— Что ты, — фыркнул Захад. — Послушай внимательно: это не столько учения, сколько…

Солдат выглядел так, будто ему сейчас сказали, что война отменяется из-за дождя.

— А ты как думал? Мы ведь не стали бы предоставлять другим странам доступ к дворцовому саду, если бы всё было

по-настоящему

. То, что на нас никто не наезжает за полное боевое снаряжение, и то, что ворота в замок открыты настежь — вообще-то абсурд. Но никто и слова не говорит.

— С-справедливо, но всё же…

— Арнольд всего-навсего проверяет своих рыцарей на прочность. Если бы он хотел сыграть в настоящую войну, сам бы уже стоял на передовой и целился мне в шею.

Вспоминая закончившуюся два года назад войну, Захаад на мгновение затуманился: Арнольд тогда действительно сражался в гуще битвы, весь в крови, с каменным лицом, как будто всё происходящее — обыденность.

— То есть всё это — просто игра, разрешённая императором этой страны… — он поднял глаза к башне главного замка. — Его Величеством, Ансвальтом Вельфом Хайном.

Разумеется, такая точка зрения Захада была диаметрально противоположна позиции Арнольда.

Арнольд участвует в этих учениях потому, что в них хоть немного, но есть военный смысл. А мне вот важнее, что это весело. Всё как всегда — на разных волнах.

Но так ведь было всегда. Он только сильнее улыбнулся и крепче сжал свою изогнутую, как серп, саблю.

Ну что, эту линию обороны мы сейчас прорвём.

На этом участке уже выбыли из боя примерно восемь из десяти рыцарей. Остальных окружили царские гвардейцы — их поражение было лишь вопросом времени.

На месте Арнольда я бы сначала дал этой группе вымотать мои силы, а потом бросил бы в бой основное войско.

Да и вообще, здесь сражались молодые, ещё не обстрелянные бойцы — основной костяк армии это, мягко говоря, не напоминало. Но именно в этом и был интерес этих учений — начинать бой можно и с зелёными кадетами.

За два года, что мы не виделись, многое могло измениться. Интересно, каков теперь Арнольд, переживший ту войну?

Захад сделал шаг вперёд, к воротам. Он уже перехватил меч поудобнее, готовясь встретить новую волну атакующих. Но тут…

Из тени ворот — той самой, что не бросалась в глаза ни гвардейцам, ни его телохранителям, —

вышло. Мягко, почти невесомо.

И хоть остальные и не среагировали, Захаад на уровне инстинкта сразу поднял меч. Даже не осознав ещё,

приближается.

— Ваше Величество!!

Прозвучал звонкий удар. Мечи — пусть и тренировочные — с грохотом скрестились. В руку Захаду отдался толчок, но без онемения — сила противника была невелика.

Почему удар такой слабый? Почему никто не воспринял это как атаку?

Он взглянул на противника — и сразу понял.

Его глаза выхватили из воздуха вспыхнувшие пряди кораллово-розовых волос.