Том 8 Глава 148

274. Похоже, у нас появились неожиданные подозрения!

Пока Рише размышляла о своём, мужчины продолжали беседу, совершенно не догадываясь о её мыслях.

— Твой отец, Его Величество Ансвальт, должно быть, чувствует себя спокойно.

…Наверное, только Захад может так свободно упоминать отца принца Арнольда в разговоре с ним. Остальные — вряд ли рискнули бы.

Среди всех, кого знала Рише, больше не находилось ни одного человека, кто мог бы говорить с Арнольдом в таком тоне.

Может быть, через Захада я смогу узнать больше об Арнольде и даже о самом императоре — о чём прежде мне и мечтать не приходилось.

Проблема заключалась в другом: как король, а не «друг детства», отнесётся Захад к женщине, что вот-вот станет супругой Арнольда?

В мире всего три страны, способные сравниться с Галькхайном по мощи. И Халил-Раша, без сомнения, одна из них…

Не в силах смотреть в глаза ни одному из мужчин, Рише опустила взгляд, как бы рассеянно.

Если Арнольд доверяет Захаду, значит, тот действительно силён. Он, пожалуй, единственный, кто может говорить с ним на равных.

Рукой она слегка сжала подол платья, лежащий на коленях.

Если в будущем мне потребуется опереться на чью-то силу, чтобы остановить войну Арнольда… кто ещё подойдёт на эту роль лучше, чем он?

Она вздрогнула, услышав голос Арнольда.

— Всё в порядке?

Подняв глаза, она увидела знакомые, спокойные глаза цвета морской воды.

Он беспокоится за меня. Это видно. И оттого…

Рише мягко улыбнулась и отрицательно покачала головой.

— Просто немного волнуюсь из-за разговора об императоре. Понимаете, я ведь ещё ни разу не встречалась с Его Величеством. А теперь, когда встреча уже совсем близко, становится как-то… тревожно.

— О, так вы, оказывается, ещё не были допущены к аудиенции с Его Величеством Ансвальтом? — усмехнулся Захад, горловым смехом.

Рише склонила голову, не понимая, чему тот смеётся. Что тут такого забавного?

— Вот как, значит. Так-так… любопытно, — пробормотал он, хмыкнув.

— На самом деле, Арнольд, уже некоторое время я терзаюсь одной мыслью. Довольно дерзкой, надо сказать.

Атмосфера в комнате ощутимо изменилась — словно кто-то резко прикрыл окно.

— Что если Его Величество Ансвальт… на самом деле уже мёртв?

Рише перехватила дыхание. Слова прозвучали почти шутливо, с лёгкой улыбкой — но от этого они не стали менее шокирующими.

Отец Арнольда… умер?

— Тс-с! Только между нами, — продолжил Захад, по-прежнему играя в шутника. — Мысль слишком дерзкая, чтобы её озвучивать в приличном обществе, сам понимаешь.

Арнольд не выдал ни малейшей эмоции. Ни один мускул на лице не дрогнул.

— Поговаривают, что Его Величество давно не появлялся на балах. Да и на официальных церемониях его можно увидеть лишь издалека. При этом круг тех, с кем он встречается лично, весьма узок. Насколько я знаю, туда входишь только ты, Арнольд, да ещё пара-тройка особо приближённых.

…Это и правда странно.

Рише, не выдав ни единой эмоции, мысленно принялась складывать факты.

За всё это время я лишь раз видела императора — когда он взглянул на меня сверху, через проход в «башню». Пусть я и не особо почётная невеста, но чтобы даже перед самой свадьбой мне ни разу не позволили встретиться с ним официально?..

Это… уж слишком странно.

В пределах досягаемости Рише ощущение присутствия императора было почти неуловимым.

Я давно уже нахожу это странным, но… даже с учётом всех странностей, догадка Захада — это чересчур. Скрыть смерть правителя целой страны? Да там всё управление развалится через неделю.

И всё же в голове всплывает одно обстоятельство.

Арнольд упорно приписывал все свои заслуги по госделам не себе, а отцу.

…Нет. Это невозможно. Сейчас не то время. Император должен умереть через два года — и убьёт его именно Арнольд.

Если это окажется ложью, значение того события меняется самым радикальным образом.

Захад негромко хмыкнул и, играя, вскинул руки.

– Ну, сегодня мои глупые подозрения, кажется, развеются. Всё-таки я скоро сам лично засвидетельствую его здравие, не так ли?

Если же всё-таки… если отец Арнольда, нынешний император, и правда уже умер…

Она не смогла посмотреть в сторону Арнольда.

…тогда единственный, кто мог бы скрыть эту смерть, — никто иной, как сам Арнольд…

Спокойный голос, и всё же Рише вздрогнула. Арнольд очень редко называет кого-то по имени. И даже сейчас он произнёс его так же ровно, как и всегда, будто говорил не с человеком, а с бюрократом.

– Как ты думаешь, зачем я вообще решил тратить на тебя своё время?

– Торжественный приём в твою честь, который устроило это государство, на этом окончен.

На этих словах Рише вскинула голову.

– Я принял тебя от имени отца и оказал тебе все положенные почести. А потому — время и место для встречи с его величеством я забираю себе. Вместе с моей женой.

– Арнольд…!?

Она моргнула и выдохнула его имя — имя человека, который через несколько дней должен был стать её мужем.

Он, тем же ровным голосом, которым обычно говорит с министрами, добавил:

– Рише. Мы идём к его величеству на аудиенцию.

– Но… разве это…

– Если мы будем ждать, пока этот человек соизволит кивнуть, твоё желание никогда не сбудется.

Арнольд улыбнулся. Его глаза цвета холодного моря на миг потемнели — и в этой темноте что-то затаилось.

– Даже если позволения не дадут — мы просто сами туда пойдём.

Что-то в его голосе напоминало едва сдерживаемую ярость, и Рише машинально задержала дыхание.

…Да, страшно. И что с того?

Если страх всё равно сидит в тебе — используй его как оружие. Сделай шаг вперёд.

Будь то император, Захад, даже сам Арнольд… Чтобы одержать верх над такими, как они, нужно уметь двигаться вперёд, подбирая под себя всё на этом поле боя.

Она сжала кулаки. Прогнала прочь тревогу.

В таком случае…

Она прямо посмотрела на Арнольда — и ответила ему лёгкой, но уверенной улыбкой.

– Я счастлива. — Что бы я ни захотела, ты всё исполнишь. Мой милый супруг.

Она чувствовала на себе взгляды двух мужчин — и ни на миг не отвела глаз.