— Большое спасибо, Фрия, — Лит оставил готовку Налронду и принялся рассматривать подарок.

Ни один из кристаллов не был таким же большим и чистым, как тот, что он забрал у орочьего шамана, но все они были лучшего качества, что можно купить за золото, и каждый стоил сотни золотых монет.

— Эти малыши просто идеальны.

Солус, посади их в шахте.

Как только закончим уроки Кузнечества, мы используем их для создания новых улучшенных доспехов.

— У тебя правда есть кузница из адаманта? — спросила Флория.

В тот день удивительные открытия сыпались одно за другим.

— Они не могут использовать Магию Духа, но нашли множество способов обойти ограничения и добиться того же эффекта.

Даже я полагался на их методы до сих пор.

Без чернил Кузнечества я бы никогда не смог создать свои кольца, — Лит мрачно подумал о том, что потратил на них весь очищенный орихалк, купленный у Ксэдроса.

[С одной стороны, если бы я подождал, то теперь мог бы создать кольца получше.

С другой — я был бы уже мёртв.

Ладно, считаю это опытом.]

— Вот именно.

У меня нет времени учиться в академии, так что хотел спросить: не мог бы ты научить меня фальшивой магии? — продолжил Налронд. — Я понял, насколько слаб во всех стихиях, кроме света и огня.

— Изучение фальшивой магии может помочь мне понять, как тренировать ядра, и, возможно, открыть путь к Магии Духа или даже к Пробуждению.

Но почему вдруг такой интерес к Пробуждению? — спросил Лит.

— Я много размышлял, почему, несмотря на то что Люди-звери не принадлежат к Павшим расам, мы за всё это время не преодолели свою двойственную природу.

Думаю, причина в том, что пока наши ядра спят, они не могут слиться воедино.

— Подумай, что показывала Фалюэль.

Ядро Фрии статично, оно не может развиваться дальше естественного предела, в то время как твоё не только живое, но и влияет на развитие тела, — сказал Налронд.

— Да, но не забывай: Пробуждён ты или нет, всем гибридам приходится отказываться от одной своей природы.

А что, если, Пробудив ядра, ты будешь вынужден выбрать одно тело? Или, ещё хуже — конфликт убьёт тебя? — спросил Лит.

— Всё верно, но я не могу позволить страху остановить меня.

Я не могу жить у Защитника вечно.

Когда придёт время остепениться, я не хочу, чтобы мои дети чувствовали то же, что и я каждый день.

Что на Могаре нет места, где я был бы своим, — сказал Налронд.

Приход девушек прервал их разговор.

Резар всё ещё не достаточно доверял им, чтобы делиться тревогами.

Он не то чтобы доверял Литу, но из-за схожести судеб и всего времени, проведённого вместе, Лит был для него чем-то вроде двоюродного брата.

За обедом они обсуждали пути к фиолетовому ядру, а после — делились изученными рунами.

В теории, Лит уже мог достичь фиолетового уровня, просто не знал как.

Теперь, когда он понял, что псевдоядро — это всего лишь руны, сформированные Магией Духа и определяющие его свойства и сложность, перед ним открылись новые горизонты.

Годами он мечтал создавать оригинальные артефакты, но у него не было на то ни времени, ни средств.

До сегодняшнего дня.

— Завидую Пробуждённым, — сказала Квилла, наблюдая, как Лит формирует между ладоней псевдоядра, проверяя их свойства и стабильность.

— Мне, чтобы подобрать правильные руны, приходится сперва создать вещь, а потом изучать её заклинаниями Кузнечества.

А ты можешь творить ядра на лету.

Это экономит массу времени и материалов.

— Верно, но только для ядер, не требующих ингредиентов.

Даже я не могу узнать, как ядра взаимодействуют с магическими металлами, пока не создам артефакт, — сказал Лит. — Кстати, никого, кроме Фрии, не удивило, когда Фалюэль показала нам разницу между методами создания.

— Я не могу делиться секретами отца, но нет смысла и скрывать, что кое-что мы уже знали, — сказала Флория. — С нашими жезлами мы можем видеть псевдоядра и даже изучать их.