— Все комнаты, не защищённые массивами, и наше жилое пространство такие же грязные, если не хуже, — Нок попытался снять маску, но даже без пыли смрад смерти всё ещё вызывал у него тошноту.— То есть почти весь дом! Я защитила только лаборатории и библиотеки — на их уборку уходит пара минут в неделю с помощью бытовой магии.

Как ты мог это допустить? — рявкнула Скарлетт.— Тётя, я же просто Бык.

Я использовал магию земли и тьмы, чтобы сдерживать грязь, но когда превращаешь что-то в пыль — она остаётся. — Он показал свои огромные когтистые лапы.

Они были отличны для убийства, но бесполезны в обращении с веником.— А твоя сестра? У неё, насколько я помню, есть руки! — Скарлетт вздохнула и с помощью магии вызвала порыв ветра, прогнавший затхлый воздух и большую часть вони.— Ника? Ты же её знаешь — для неё мама всегда права.

К тому же она с возрастом стала ворчливее и теперь заявляет, что не будет тратить драгоценные часы бодрствования на уборку, ведь всё равно снова испачкается.Нок с помощью магии тьмы закончил очистку комнаты, сделав её пригодной для жизни.— Порядок и Хаос, ты хочешь сказать, она переживает пубертат? — Скарлетт передёрнуло.

Худшее в жизни родителей — не когда детёныш покидает гнездо, а когда начинается переходный возраст.— Нет, Ника всегда была взрослой.

Но теперь она постоянно жалуется, говорит, что я ничего не понимаю из-за шерсти вместо мозга, и уверена, будто знает всё лучше всех. — Нок покачал головой.— Это и есть пубертат, балбес.

Рост — это всего лишь побочный эффект превращения милых пушистиков в самодовольных ублюдков.

Только одно не сходится.

Почему она поддерживает твою мать, а не капает ей на мозги?— Трудно доставать того, кого никогда не видишь, — вздохнул он. — Когда мама выходит из лаборатории, мы так рады её видеть, что даже перестаём ругаться.— То есть я — ответственный родитель.

Худшее возвращение домой. — Скарлетт стукнула себя лапой по лицу и направилась в комнату Ники, чтобы оценить масштабы бедствия.[Я дома меньше пяти минут, а уже хочу сбежать.

Боюсь даже представить, что она там устроила, если пошла в свою ма...] — мысль прервалась, когда она коснулась дверной ручки, и её ударил мощный электрический разряд.— Прости, забыл предупредить, — хихикнул Нок. — Боги, с такими торчащими волосами ты выглядишь как Скорпикобраз, а не Скорпикора.— Неужели Ноку так трудно научиться стучать?! — раздался раздражённый женский голос из-за двери. — Ты невоспитанный тупица, и...

Тётя Скар!Она была в разъездах годами, а её встречали грязью, вонищей и теперь ещё молнией, испортившей гриву.

Гнев зажёг в её глазах фиолетовое пламя, требующее крови.Но ярость рассеялась, когда юная вампиресса с сияющим от радости лицом обняла её.— Я так скучала.

Мама сказала, что ты пошла за едой, но так и не вернулась.

Я так волновалась за тебя. — Из глаз потекли кровавые слёзы, разрывая сердце Скарлетт.— Клянусь, я бы убила твою мать, если бы это не помогло её исследованиям, — пробормотала она, отчего девушка засмеялась. — Дай-ка взгляну на тебя, юная леди.Ника выглядела как женщина лет двадцати пяти: чёрные как смоль волосы, изумрудные глаза, румяная кожа.

Вампир бледнеет только при нехватке питания — с этим у неё было всё в порядке.При жизни её вряд ли сочли бы красавицей вроде Фрии, но неживое существование сгладило черты и сохранило стройность.

Каждое её движение было грациозным и соблазнительным — даже без намерения флиртовать.На ней была белая рубашка, коричневые штаны и кожаные сапоги — наряд, в котором знатные дамы обычно охотились.

Вкупе с хвостиком причёски это придавало ей мальчишеский вид.— Ты выглядишь потрясающе.

Что ты делала там одна? — удивилась Скарлетт, не увидев её, как обычно, совершенно голой.— Тут особо нечем заняться.

Все меня боятся — даже звери.

Ни я, ни брат не можем использовать пространственную магию, так что выбраться в обжитые земли и вернуться до рассвета невозможно.

Остаётся только практиковаться в магии.— Это работа твоей матери? Очень изобретательно. — Скарлетт нахмурилась.

Вампиры могли использовать все стихии с помощью ложной магии, как люди, но воздух и тьму — как истинные маги, как магические звери.— Нет, это придумала Солус.

Так я могу тренироваться, почти не расходуя энергию, и, может, научусь ощущать мировой поток, чтобы Пробудиться.— Кто такая Солус? И почему ты переживаешь из-за траты маны? Ты же вампир — поешь, и мана вернётся.— Это спутница Лита.

Мы подружились.

Но если питаться по потребностям, я должна убивать столько зверей, что новый Лорд Леса взбесится и начнёт охоту на меня.— Вампир подруга королевского констебля? В наши дни это опасно.

Да и сомневаюсь, что она маг, — Скарлетт почесала затылок.— Это его девушка — Камила.

А я говорю про Солус!— Кто?— Камень-кольцо!— У кольца теперь есть имя? — Скарлетт опешила.— Она учит меня магии, а ещё мы вместе берём уроки этикета у Тисты.Поток информации вызвал у Скарлетт головную боль похлеще той, что оставила вонь в доме.— Великая Мать! Как Калла могла доверить обучение единственной дочери этой штуке?!— Солус — не штука, она замечательная...— Я про Лита! Вот кто из них опасен.

Мне нужно немного поговорить с твоей матерью.

И под «поговорить» я имею в виду — хорошенько врезать ей заклинаниями, а под «немного» — сломать всё, что не прикрыто защитной магией.

— Все комнаты, не защищённые массивами, и наше жилое пространство такие же грязные, если не хуже, — Нок попытался снять маску, но даже без пыли смрад смерти всё ещё вызывал у него тошноту.

— То есть почти весь дом! Я защитила только лаборатории и библиотеки — на их уборку уходит пара минут в неделю с помощью бытовой магии.

Как ты мог это допустить? — рявкнула Скарлетт.

— Тётя, я же просто Бык.

Я использовал магию земли и тьмы, чтобы сдерживать грязь, но когда превращаешь что-то в пыль — она остаётся. — Он показал свои огромные когтистые лапы.

Они были отличны для убийства, но бесполезны в обращении с веником.

— А твоя сестра? У неё, насколько я помню, есть руки! — Скарлетт вздохнула и с помощью магии вызвала порыв ветра, прогнавший затхлый воздух и большую часть вони.

— Ника? Ты же её знаешь — для неё мама всегда права.

К тому же она с возрастом стала ворчливее и теперь заявляет, что не будет тратить драгоценные часы бодрствования на уборку, ведь всё равно снова испачкается.

Нок с помощью магии тьмы закончил очистку комнаты, сделав её пригодной для жизни.

— Порядок и Хаос, ты хочешь сказать, она переживает пубертат? — Скарлетт передёрнуло.

Худшее в жизни родителей — не когда детёныш покидает гнездо, а когда начинается переходный возраст.

— Нет, Ника всегда была взрослой.

Но теперь она постоянно жалуется, говорит, что я ничего не понимаю из-за шерсти вместо мозга, и уверена, будто знает всё лучше всех. — Нок покачал головой.

— Это и есть пубертат, балбес.

Рост — это всего лишь побочный эффект превращения милых пушистиков в самодовольных ублюдков.

Только одно не сходится.

Почему она поддерживает твою мать, а не капает ей на мозги?

— Трудно доставать того, кого никогда не видишь, — вздохнул он. — Когда мама выходит из лаборатории, мы так рады её видеть, что даже перестаём ругаться.

— То есть я — ответственный родитель.

Худшее возвращение домой. — Скарлетт стукнула себя лапой по лицу и направилась в комнату Ники, чтобы оценить масштабы бедствия.

[Я дома меньше пяти минут, а уже хочу сбежать.

Боюсь даже представить, что она там устроила, если пошла в свою ма...] — мысль прервалась, когда она коснулась дверной ручки, и её ударил мощный электрический разряд.

— Прости, забыл предупредить, — хихикнул Нок. — Боги, с такими торчащими волосами ты выглядишь как Скорпикобраз, а не Скорпикора.

— Неужели Ноку так трудно научиться стучать?! — раздался раздражённый женский голос из-за двери. — Ты невоспитанный тупица, и...

Она была в разъездах годами, а её встречали грязью, вонищей и теперь ещё молнией, испортившей гриву.

Гнев зажёг в её глазах фиолетовое пламя, требующее крови.

Но ярость рассеялась, когда юная вампиресса с сияющим от радости лицом обняла её.

— Я так скучала.

Мама сказала, что ты пошла за едой, но так и не вернулась.

Я так волновалась за тебя. — Из глаз потекли кровавые слёзы, разрывая сердце Скарлетт.

— Клянусь, я бы убила твою мать, если бы это не помогло её исследованиям, — пробормотала она, отчего девушка засмеялась. — Дай-ка взгляну на тебя, юная леди.

Ника выглядела как женщина лет двадцати пяти: чёрные как смоль волосы, изумрудные глаза, румяная кожа.

Вампир бледнеет только при нехватке питания — с этим у неё было всё в порядке.

При жизни её вряд ли сочли бы красавицей вроде Фрии, но неживое существование сгладило черты и сохранило стройность.

Каждое её движение было грациозным и соблазнительным — даже без намерения флиртовать.

На ней была белая рубашка, коричневые штаны и кожаные сапоги — наряд, в котором знатные дамы обычно охотились.

Вкупе с хвостиком причёски это придавало ей мальчишеский вид.

— Ты выглядишь потрясающе.

Что ты делала там одна? — удивилась Скарлетт, не увидев её, как обычно, совершенно голой.

— Тут особо нечем заняться.

Все меня боятся — даже звери.

Ни я, ни брат не можем использовать пространственную магию, так что выбраться в обжитые земли и вернуться до рассвета невозможно.

Остаётся только практиковаться в магии.

— Это работа твоей матери? Очень изобретательно. — Скарлетт нахмурилась.

Вампиры могли использовать все стихии с помощью ложной магии, как люди, но воздух и тьму — как истинные маги, как магические звери.

— Нет, это придумала Солус.

Так я могу тренироваться, почти не расходуя энергию, и, может, научусь ощущать мировой поток, чтобы Пробудиться.

— Кто такая Солус? И почему ты переживаешь из-за траты маны? Ты же вампир — поешь, и мана вернётся.

— Это спутница Лита.

Мы подружились.

Но если питаться по потребностям, я должна убивать столько зверей, что новый Лорд Леса взбесится и начнёт охоту на меня.

— Вампир подруга королевского констебля? В наши дни это опасно.

Да и сомневаюсь, что она маг, — Скарлетт почесала затылок.

— Это его девушка — Камила.

А я говорю про Солус!

— Камень-кольцо!

— У кольца теперь есть имя? — Скарлетт опешила.

— Она учит меня магии, а ещё мы вместе берём уроки этикета у Тисты.

Поток информации вызвал у Скарлетт головную боль похлеще той, что оставила вонь в доме.

— Великая Мать! Как Калла могла доверить обучение единственной дочери этой штуке?!

— Солус — не штука, она замечательная...

— Я про Лита! Вот кто из них опасен.

Мне нужно немного поговорить с твоей матерью.

И под «поговорить» я имею в виду — хорошенько врезать ей заклинаниями, а под «немного» — сломать всё, что не прикрыто защитной магией.