Раны Дугии затянулись, а сознание прояснилось прежде, чем Лит успел нанести третий удар — она легко увернулась.

Титания сделала шаг в сторону, готовясь к ответному удару своим гигантским кулаком, но вдруг почувствовала, что что-то не так.На расстоянии её скорость не уступала скорости Лита, но стоило сблизиться, как движения будто вязли в смоле.

Казалось, она плывёт в густом дегте — каждое движение замедлялось.Лит с зевком уклонился и нанёс встречный удар с такой силой, что их общий вес отбросил Дугию к стене.— Страх Дракона? — спросил кто-то из посетителей, указывая на тёмно-фиолетовую ауру с более светлыми прожилками, струящуюся от Лита.— Ага, — ответил другой, на вид дракон. — Это он.— Видите? — сказал бармен. — У Фей регенерация уступает разве что нежити, и они могут использовать дыхательную технику даже через кожу.

Нашей бойкой Титании нужно всего пара приёмов пищи — и будет как новенькая.Публика кивнула и зааплодировала.— Весело было? Пинать меня, когда я уже лежала, сука? — стоило Дугии подняться на ноги, Лит вырвался из хватки и попытался закончить начатое.— Весело было смотреть, как я страдаю, ублюдки?!— Чего вы, чёрт возьми, все от меня хотите?! Чего ещё вам от меня надо?!Посетители таверны подумали, что Тиамат слетел с катушек — или у него очень странные отношения с пахом, потому что последнюю часть фразы он выкрикнул в живот.Они посмеивались, пока через секунду не поняли, в чём дело.Лит сдвинул броню Пустоты с живота и вонзил когти себе в брюхо.

Все сразу поняли, что он целится в ядро маны.— Я дал тебе всё! — гневно закричал он на своё тёмно-фиолетовое ядро, которое вновь успокоилось после боя. — Я дал тебе ярость, защиту, волю, сострадание, даже милосердие! Чего тебе ещё, ублюдок?!Но прорыва снова не произошло.

Он всё ещё был на стадии тёмно-фиолетового ядра.

Вся боль, самоанализ, страдание — впустую.Хауг и остальные уже не смеялись.

Они бросились остановить Тиамата, пока тот не покалечил себя.

Применяли Духовную Магию и все известные приёмы, но остановить Божественного Зверя, не навредив, — всё равно что драться с землетрясением.Даже Дугия и её спутники пытались его удержать, осознав, что Лит чувствовал, когда они выплёскивали свою ненависть ему в лицо.

Только с огромным трудом им удалось влить в его пасть полбутылки «Красного Дракона», когда он зарычал, и успокоить.— Простите, ребята, — поклонился Хауг Литу, Защитнику и Налронду. — Надо было понять, что парень не в настроении для шуток, и вмешаться раньше.

Не беспокойтесь о счёте — сегодня за счёт заведения.Даже в пьяном и расслабленном состоянии Лит показал ему средний палец.Райман и Налронд отнесли его обратно в Башню, уложили в постель и сообщили семье, что произошло.— Он сейчас в порядке? — спросила Элина.— Физически ни царапины, но разум всё ещё в плохом состоянии.

Если раньше узкое место было просто раздражающим, то теперь оно разъедает его изнутри.

Присматривайте за ним, — сказал Налронд.— Обязательно, — кивнула она. — Не могу поверить, что ваш вечер закончился раньше, чем у Солус.

Боги, как бы я хотела, чтобы Камилла была здесь.

Она бы знала, что сказать.Что до Солус, её свидание прошло куда лучше, чем она ожидала.

Новых воспоминаний не вернулось, а все оазисы на вид были одинаковыми.Тем не менее, Солус радовалась, что выбралась с Аэртом, а не вновь закрылась в себе.

Синий Феникс был грубоват, но искренен и заботлив — к такому от Лита она не привыкла.Конечно, Лит ей тоже не лгал, но с их связью это было бы бессмысленно.

Аэрт же не был двуличным.

Он был настоящим, и обращался с людьми так, как они, по его мнению, заслуживали.Она всё же ушла около десяти вечера, когда обычно ложился спать Рааз, и была потрясена, почувствовав, что разум Лита уже в Башне.

Пожелав отцу спокойной ночи и расспросив Элину, что произошло, Солус срывалась в Башню как могла.

Раны Дугии затянулись, а сознание прояснилось прежде, чем Лит успел нанести третий удар — она легко увернулась.

Титания сделала шаг в сторону, готовясь к ответному удару своим гигантским кулаком, но вдруг почувствовала, что что-то не так.

На расстоянии её скорость не уступала скорости Лита, но стоило сблизиться, как движения будто вязли в смоле.

Казалось, она плывёт в густом дегте — каждое движение замедлялось.

Лит с зевком уклонился и нанёс встречный удар с такой силой, что их общий вес отбросил Дугию к стене.

— Страх Дракона? — спросил кто-то из посетителей, указывая на тёмно-фиолетовую ауру с более светлыми прожилками, струящуюся от Лита.

— Ага, — ответил другой, на вид дракон. — Это он.

— Видите? — сказал бармен. — У Фей регенерация уступает разве что нежити, и они могут использовать дыхательную технику даже через кожу.

Нашей бойкой Титании нужно всего пара приёмов пищи — и будет как новенькая.

Публика кивнула и зааплодировала.

— Весело было? Пинать меня, когда я уже лежала, сука? — стоило Дугии подняться на ноги, Лит вырвался из хватки и попытался закончить начатое.

— Весело было смотреть, как я страдаю, ублюдки?!

— Чего вы, чёрт возьми, все от меня хотите?! Чего ещё вам от меня надо?!

Посетители таверны подумали, что Тиамат слетел с катушек — или у него очень странные отношения с пахом, потому что последнюю часть фразы он выкрикнул в живот.

Они посмеивались, пока через секунду не поняли, в чём дело.

Лит сдвинул броню Пустоты с живота и вонзил когти себе в брюхо.

Все сразу поняли, что он целится в ядро маны.

— Я дал тебе всё! — гневно закричал он на своё тёмно-фиолетовое ядро, которое вновь успокоилось после боя. — Я дал тебе ярость, защиту, волю, сострадание, даже милосердие! Чего тебе ещё, ублюдок?!

Но прорыва снова не произошло.

Он всё ещё был на стадии тёмно-фиолетового ядра.

Вся боль, самоанализ, страдание — впустую.

Хауг и остальные уже не смеялись.

Они бросились остановить Тиамата, пока тот не покалечил себя.

Применяли Духовную Магию и все известные приёмы, но остановить Божественного Зверя, не навредив, — всё равно что драться с землетрясением.

Даже Дугия и её спутники пытались его удержать, осознав, что Лит чувствовал, когда они выплёскивали свою ненависть ему в лицо.

Только с огромным трудом им удалось влить в его пасть полбутылки «Красного Дракона», когда он зарычал, и успокоить.

— Простите, ребята, — поклонился Хауг Литу, Защитнику и Налронду. — Надо было понять, что парень не в настроении для шуток, и вмешаться раньше.

Не беспокойтесь о счёте — сегодня за счёт заведения.

Даже в пьяном и расслабленном состоянии Лит показал ему средний палец.

Райман и Налронд отнесли его обратно в Башню, уложили в постель и сообщили семье, что произошло.

— Он сейчас в порядке? — спросила Элина.

— Физически ни царапины, но разум всё ещё в плохом состоянии.

Если раньше узкое место было просто раздражающим, то теперь оно разъедает его изнутри.

Присматривайте за ним, — сказал Налронд.

— Обязательно, — кивнула она. — Не могу поверить, что ваш вечер закончился раньше, чем у Солус.

Боги, как бы я хотела, чтобы Камилла была здесь.

Она бы знала, что сказать.

Что до Солус, её свидание прошло куда лучше, чем она ожидала.

Новых воспоминаний не вернулось, а все оазисы на вид были одинаковыми.

Тем не менее, Солус радовалась, что выбралась с Аэртом, а не вновь закрылась в себе.

Синий Феникс был грубоват, но искренен и заботлив — к такому от Лита она не привыкла.

Конечно, Лит ей тоже не лгал, но с их связью это было бы бессмысленно.

Аэрт же не был двуличным.

Он был настоящим, и обращался с людьми так, как они, по его мнению, заслуживали.

Она всё же ушла около десяти вечера, когда обычно ложился спать Рааз, и была потрясена, почувствовав, что разум Лита уже в Башне.

Пожелав отцу спокойной ночи и расспросив Элину, что произошло, Солус срывалась в Башню как могла.