Пока остальные болтали, взгляд Камилы упал на удаляющихся Солус и Нику, а затем — на Ретию.[Ей больше тысячи лет, а выглядит она едва за тридцать.

А мне в следующем году — двадцать девять, тогда как Лит ещё десятилетиями, если не веками, будет выглядеть как парень двадцати лет.

Может, попросить его Пробудить меня?]С одной стороны, это дало бы им долгую совместную жизнь.

С другой — Пробуждение принесло бы куда больше проблем, чем пользы.

Камила не могла вынести мысли, что станет собственностью Лита на сто лет, как это случилось с Флорией и Тистой.А ещё оставалась вероятность, что со временем их отношения испортятся.

И тогда ей пришлось бы жить века в мире, к которому она больше не принадлежит.— Всё в порядке? — Тиста тронула Камилу за плечо, и та вздрогнула. — Ты вся вспотела и как в тумане.

Может тебе стоит отдохнуть?— Потому что Королевские вербуют всех Императорских Зверей, кого только могут.

А я ещё не принял решение.

Платят хорошо, но это не стоит моей жизни.

Я не из Гарлена и никакой привязанности к королевству не имею, — ответил он.— Что значит "еще не принял"? Ты собираешься вступить в войну ради меня? — поразилась Тиста.— Да.

Ты молода и неопытна.

Я не могу позволить тебе пойти на фронт в одиночку, — прямо сказал Бодия, глядя ей в глаза.— Но я же не одна.

Мы с Литом, скорее всего, попадём на разные фронты, но у меня всё равно будет армия и Совет.— То есть ты будешь окружена врагами, — резко выдохнул он. — Для людей ты такая же, как и твой брат — монстр.

А среди Пробуждённых есть немало тех, кто считает твою родословную угрозой балансу.— Среди людей и Императорских Зверей хватает таких, кто был бы рад, если бы вы с братом погибли.

А кто-то мечтает захватить вас, чтобы изучить и найти способ улучшить собственную эволюцию.

Тебе нужно, чтобы кто-то прикрывал тебе спину.— Послушай, я ценю твою заботу, но я — не мой брат, — покачала она головой. — Я не так сильна и до фиолетового ядра мне ещё далеко.

Неизвестно, кем я в итоге стану, но уж точно не Тиаматом.

Ты тратишь на меня время.— Я встречаюсь не с твоим братом, а с тобой, — сказал Бодия.

Его пепельная кожа подчёркивала каждое выражение лица, и сейчас на нём читалась искренняя тревога. — Мне всё равно, кем ты станешь.

Главное — чтобы ты вернулась живой.— Всё остальное подождёт.

У нас впереди долгая жизнь.— Почему ты вообще так стараешься ради меня? — озадаченно спросила она. — Тебя ведь точно не волнует моя внешность.

Тут полно Божественных Зверей, по сравнению с которыми я вообще неприметна.

Что тебе надо от меня?— С возрастом ты поймёшь, что сила не делает тебя счастливым.

А долгая жизнь — это просто больше времени, чтобы быть одиноким или скорбеть о потерянных близких, — грустно улыбнулся он.— Я делаю это не потому, что жду чего-то взамен.

Просто я лучше рискну жизнью ради кого-то, кто может сделать её стоящей, чем потом проведу столетия, жалея, что струсил.— А сколько тебе лет? — спросила Тиста.— Почти семьдесят.

Мама была человеком и умерла от болезни, пока я был в отъезде.

А отец погиб.

Его убила Мерзость на задании Совета, — ответил он.Бодия был ещё ребёнком по меркам Пробуждённых, но говорил уже как человек, которому довелось многое пережить.— Прости, я не хотела ранить, — сказала Тиста.— И не ранила.

Прошлое в прошлом.

Я живу настоящим — и тебе советую, — Нидхогг мягко поцеловал её, а с первыми звуками музыки увёл на танцпол.— Буду рада сражаться рядом с тобой, — Тиста слегка покраснела, но не от поцелуя.Пока весь Могар подталкивал её к новым свершениям и ожидал, что она станет сильнее и догонит брата, Бодия просто хотел дать ей время, чтобы разобраться в себе.Его не интересовало смешение кровей или силы, которые может обрести Красный Демон — ему была важна сама Тиста.

Это было приятно... и, наконец, принесло ей покой.Тем временем на танцполе Лит и Камила столкнулись с Мартом и Риссой.

Пока остальные болтали, взгляд Камилы упал на удаляющихся Солус и Нику, а затем — на Ретию.

[Ей больше тысячи лет, а выглядит она едва за тридцать.

А мне в следующем году — двадцать девять, тогда как Лит ещё десятилетиями, если не веками, будет выглядеть как парень двадцати лет.

Может, попросить его Пробудить меня?]

С одной стороны, это дало бы им долгую совместную жизнь.

С другой — Пробуждение принесло бы куда больше проблем, чем пользы.

Камила не могла вынести мысли, что станет собственностью Лита на сто лет, как это случилось с Флорией и Тистой.

А ещё оставалась вероятность, что со временем их отношения испортятся.

И тогда ей пришлось бы жить века в мире, к которому она больше не принадлежит.

— Всё в порядке? — Тиста тронула Камилу за плечо, и та вздрогнула. — Ты вся вспотела и как в тумане.

Может тебе стоит отдохнуть?

— Потому что Королевские вербуют всех Императорских Зверей, кого только могут.

А я ещё не принял решение.

Платят хорошо, но это не стоит моей жизни.

Я не из Гарлена и никакой привязанности к королевству не имею, — ответил он.

— Что значит "еще не принял"? Ты собираешься вступить в войну ради меня? — поразилась Тиста.

Ты молода и неопытна.

Я не могу позволить тебе пойти на фронт в одиночку, — прямо сказал Бодия, глядя ей в глаза.

— Но я же не одна.

Мы с Литом, скорее всего, попадём на разные фронты, но у меня всё равно будет армия и Совет.

— То есть ты будешь окружена врагами, — резко выдохнул он. — Для людей ты такая же, как и твой брат — монстр.

А среди Пробуждённых есть немало тех, кто считает твою родословную угрозой балансу.

— Среди людей и Императорских Зверей хватает таких, кто был бы рад, если бы вы с братом погибли.

А кто-то мечтает захватить вас, чтобы изучить и найти способ улучшить собственную эволюцию.

Тебе нужно, чтобы кто-то прикрывал тебе спину.

— Послушай, я ценю твою заботу, но я — не мой брат, — покачала она головой. — Я не так сильна и до фиолетового ядра мне ещё далеко.

Неизвестно, кем я в итоге стану, но уж точно не Тиаматом.

Ты тратишь на меня время.

— Я встречаюсь не с твоим братом, а с тобой, — сказал Бодия.

Его пепельная кожа подчёркивала каждое выражение лица, и сейчас на нём читалась искренняя тревога. — Мне всё равно, кем ты станешь.

Главное — чтобы ты вернулась живой.

— Всё остальное подождёт.

У нас впереди долгая жизнь.

— Почему ты вообще так стараешься ради меня? — озадаченно спросила она. — Тебя ведь точно не волнует моя внешность.

Тут полно Божественных Зверей, по сравнению с которыми я вообще неприметна.

Что тебе надо от меня?

— С возрастом ты поймёшь, что сила не делает тебя счастливым.

А долгая жизнь — это просто больше времени, чтобы быть одиноким или скорбеть о потерянных близких, — грустно улыбнулся он.

— Я делаю это не потому, что жду чего-то взамен.

Просто я лучше рискну жизнью ради кого-то, кто может сделать её стоящей, чем потом проведу столетия, жалея, что струсил.

— А сколько тебе лет? — спросила Тиста.

— Почти семьдесят.

Мама была человеком и умерла от болезни, пока я был в отъезде.

А отец погиб.

Его убила Мерзость на задании Совета, — ответил он.

Бодия был ещё ребёнком по меркам Пробуждённых, но говорил уже как человек, которому довелось многое пережить.

— Прости, я не хотела ранить, — сказала Тиста.

— И не ранила.

Прошлое в прошлом.

Я живу настоящим — и тебе советую, — Нидхогг мягко поцеловал её, а с первыми звуками музыки увёл на танцпол.

— Буду рада сражаться рядом с тобой, — Тиста слегка покраснела, но не от поцелуя.

Пока весь Могар подталкивал её к новым свершениям и ожидал, что она станет сильнее и догонит брата, Бодия просто хотел дать ей время, чтобы разобраться в себе.

Его не интересовало смешение кровей или силы, которые может обрести Красный Демон — ему была важна сама Тиста.

Это было приятно... и, наконец, принесло ей покой.

Тем временем на танцполе Лит и Камила столкнулись с Мартом и Риссой.