— Фенагар знает о тебе с тех пор, как ты побывал на Джиэре, а Инксиалот скорее умрёт окончательно, чем просто выйдет прогуляться.

Даже если и выйдет — ставлю белые кристаллы против бобов, он забудет о тебе, как только отвлечётся, — сказал Легайн.— Звучит логично, — кивнул Лит. — У меня есть просьба.— Уже? — Хранитель нахмурился, пока Лит что-то не прошептал ему на ухо, и Легайн не заглушил слова заклинанием ранга Хранителя.— Богами клянусь, я бы украл твою идею прямо сейчас, если бы не моё шаткое положение.

Идём. — Оба мужчины скрылись в лаборатории, оставив трёх женщин одних.— Что они сказали? — спросила Камила у Салаарк.— Понятия не имею.

Ублюдок хорош.

Солус?— Я не лажу в разум Лита! — покраснела она от возмущения. — И вообще, он бы сразу это заметил.— Ла, — сказал Шаргейн, поймав локон волос Салаарк и начав его сосать.Лит и Легайн вернулись меньше чем через десять минут, чувствуя явное напряжение любопытства в воздухе.— Это для тебя, Солус.

Звезда, что действительно пришла из космоса и чьё сияние вело меня в мой самый тёмный час. — Лит протянул ей кулон в форме звезды, вырезанный из серебра, добытого с астероида.— Спасибо! Он прекрасен! — Солус завизжала от радости и обняла Лита с такой силой, что едва не сломала ему рёбра.Затем она повернулась спиной и откинула длинные волосы, открывая шею, чтобы он мог застегнуть цепочку.— Ками, а это — тебе.

Чтобы ты всегда помнила, что я действительно люблю тебя до Луны и обратно. — Лит показал ей кулон в форме луны из того же серебра.

Камила завизжала, и её хмурый взгляд сменился сияющей улыбкой.— Хорошо выкрутился, придурок. — Она подарила ему сладкий поцелуй и легкий шлепок по лбу. — Я прямо на секунду приревновала.Она развернулась и выставила шею, требуя такого же жеста.— Но это ещё не всё. — Он протянул ей маленькую коробочку, в которой оказался кулон в форме солнца. — Это для нашей дочери.

Хочу, чтобы ты сберегла его до её рождения — в день, когда она озарит наши жизни, как солнце.Солус и Камила завизжали ещё громче, чем раньше, обняв Лита и засыпая его комплиментами за романтичный поступок.Салаарк, тем временем, уставилась на Легайна.— Ну?— Что — ну? — сделал он вид, что не понял.— А мне? — спросила она.— А тебе что? — Легайн нахмурился.— Не строй из себя идиота! Где мой подарок? Где подарок для нашего сына? — она была в ярости, но говорила мягко, чтобы не напугать Шаргейна.— Это какой-то подвох? — ответил он. — Если хочешь сделать предложение, женщина, так и скажи.

Не понимаю, почему всё должен делать я.Салаарк указала на Шаргейна, затем в воздухе появилась голограмма с цифрой девять, после чего она показала на свой живот, а затем медленно провела пальцем по горлу, глядя на Легайна.— Понял, — сказал Отец Всех Драконов и скрылся в лаборатории, вернувшись оттуда с прекрасным ожерельем с несколькими подвесками.

В центре была миниатюрная фигурка Салаарк в полный рост, а по бокам — маленькие модели солнечных систем.— Что это вообще значит?— Что ты — центр моей вселенной, — с неловкой улыбкой признался Легайн.Салаарк завизжала от радости, а Шаргейн завизжал просто потому, что ему понравился этот шум и он хотел присоединиться к разговору.К счастью, ребёнок помешал ей продемонстрировать свои чувства, и Легайн успел сменить тему до того, как стало слишком поздно.— У меня есть подарок и для тебя, Лит.

Раз уж все считают тебя моим сыном, и вся грязь летит в тебя, ты это заслужил. — Он Телепортировал их в уединённое место, где у подножия гор лежало озеро.Возле озера стояло высокое здание, окружённое серебристой травой и деревьями, среди которых сновали мелкие зверьки.Легайн открыл дверь, показывая, что здание внутри пустое.— Здесь ты можешь поставить свою башню, и никто этого не заметит.

Я сам наложил маскировку.— Подожди, а как же гейзер? — спросил Лит.— Если ты не заметил, вся Луна — это гейзер.

Здесь ты найдёшь покой, а Солус — дополнительную силу для восстановления, — ответил Легайн.— А остальные? — спросила Солус.— Я уже сообщил им, и мы перенесли лаборатории так, что треугольник превратился в квадрат.

Инксиалот даже больше обрадовался, чем Фенагар.

Его ОКРу нравится, что теперь каждый занимает угол глобуса. — Легайн усмехнулся.— Спасибо, дедушка! Ты лучший! — Солус обняла его от радости, материализовала башню из земли и тут же проверила, сможет ли перемещаться между Могаром и Луной по желанию.— Чёрт, Телепортация Башни не работает! — сказала она.— Нужно выровнять один из гейзеров Могара с этим, иначе нет прямого пути.

Немного искривить можно, но не сильно.

Если тебе от этого легче — у Инксиалота та же проблема.

Только Хранители могут Телепортироваться на такое расстояние, — объяснил Легайн.— Не хочу звучать как эхо, но что насчёт меня? — спросила Салаарк. — С одной стороны, я рада, что ты наконец-то что-то сделал для Лита, а не просто отчитываешь его, но с другой — я ревну... — Легайн положил ключ ей в руку, перебивая.— Это ключ от моей лаборатории.

Можешь приходить, когда захочешь.

Так мы сможем проводить время вместе на нейтральной территории... — Повелительница бережно передала Шаргейна Литу, подхватила Легайна на руки и поцеловала с пылкостью Феникса.— Если ты хотел сделать предложение, старый ящер, не стоило ходить вокруг да около, — сказала она, когда оба перевели дух, а остальные с конфузом отвернулись.— На помощь! — пробормотал Легайн. — Я имею в виду — не при детях.— Ты прав, — Салаарк вдруг вспомнила о свидетелях и уронила Отца Всех Драконов, как ненужную вещь. — Продолжим этот разговор позже.Салаарк поправила одежду, а Легайн починил свою, которую она чуть не разорвала.— Точнее, никогда, — проворчал он.Солус решила оставить башню активной, чтобы подпитывать её ядро даже в человеческой форме.— Советую пометить гейзеры на каждом континенте Могара, чтобы с учётом орбиты Луны можно было попасть сюда в любой момент, — сказала Салаарк, стараясь сделать вид, что ничего не случилось, но у неё это плохо получалось.— Спасибо, бабушка, — Солус до ушей покраснела и не могла смотреть Хранителям в глаза.— Почти пора на встречу с Инксиалотом, — сказал Легайн. — Солус, тебе нужно решить: остаёшься в человеческой форме или возвращаешься в кольцо?— Я оставлю башню и вернусь в кольцо, — ответила она. — Инксиалот меня не звал, и я не хочу лишних вопросов.

Кроме того, в форме кольца я могу использовать Глаза, чтобы изучать всё, что захочу, и он не заметит.

— Фенагар знает о тебе с тех пор, как ты побывал на Джиэре, а Инксиалот скорее умрёт окончательно, чем просто выйдет прогуляться.

Даже если и выйдет — ставлю белые кристаллы против бобов, он забудет о тебе, как только отвлечётся, — сказал Легайн.

— Звучит логично, — кивнул Лит. — У меня есть просьба.

— Уже? — Хранитель нахмурился, пока Лит что-то не прошептал ему на ухо, и Легайн не заглушил слова заклинанием ранга Хранителя.

— Богами клянусь, я бы украл твою идею прямо сейчас, если бы не моё шаткое положение.

Идём. — Оба мужчины скрылись в лаборатории, оставив трёх женщин одних.

— Что они сказали? — спросила Камила у Салаарк.

— Понятия не имею.

Ублюдок хорош.

— Я не лажу в разум Лита! — покраснела она от возмущения. — И вообще, он бы сразу это заметил.

— Ла, — сказал Шаргейн, поймав локон волос Салаарк и начав его сосать.

Лит и Легайн вернулись меньше чем через десять минут, чувствуя явное напряжение любопытства в воздухе.

— Это для тебя, Солус.

Звезда, что действительно пришла из космоса и чьё сияние вело меня в мой самый тёмный час. — Лит протянул ей кулон в форме звезды, вырезанный из серебра, добытого с астероида.

— Спасибо! Он прекрасен! — Солус завизжала от радости и обняла Лита с такой силой, что едва не сломала ему рёбра.

Затем она повернулась спиной и откинула длинные волосы, открывая шею, чтобы он мог застегнуть цепочку.

— Ками, а это — тебе.

Чтобы ты всегда помнила, что я действительно люблю тебя до Луны и обратно. — Лит показал ей кулон в форме луны из того же серебра.

Камила завизжала, и её хмурый взгляд сменился сияющей улыбкой.

— Хорошо выкрутился, придурок. — Она подарила ему сладкий поцелуй и легкий шлепок по лбу. — Я прямо на секунду приревновала.

Она развернулась и выставила шею, требуя такого же жеста.

— Но это ещё не всё. — Он протянул ей маленькую коробочку, в которой оказался кулон в форме солнца. — Это для нашей дочери.

Хочу, чтобы ты сберегла его до её рождения — в день, когда она озарит наши жизни, как солнце.

Солус и Камила завизжали ещё громче, чем раньше, обняв Лита и засыпая его комплиментами за романтичный поступок.

Салаарк, тем временем, уставилась на Легайна.

— Что — ну? — сделал он вид, что не понял.

— А мне? — спросила она.

— А тебе что? — Легайн нахмурился.

— Не строй из себя идиота! Где мой подарок? Где подарок для нашего сына? — она была в ярости, но говорила мягко, чтобы не напугать Шаргейна.

— Это какой-то подвох? — ответил он. — Если хочешь сделать предложение, женщина, так и скажи.

Не понимаю, почему всё должен делать я.

Салаарк указала на Шаргейна, затем в воздухе появилась голограмма с цифрой девять, после чего она показала на свой живот, а затем медленно провела пальцем по горлу, глядя на Легайна.

— Понял, — сказал Отец Всех Драконов и скрылся в лаборатории, вернувшись оттуда с прекрасным ожерельем с несколькими подвесками.

В центре была миниатюрная фигурка Салаарк в полный рост, а по бокам — маленькие модели солнечных систем.

— Что это вообще значит?

— Что ты — центр моей вселенной, — с неловкой улыбкой признался Легайн.

Салаарк завизжала от радости, а Шаргейн завизжал просто потому, что ему понравился этот шум и он хотел присоединиться к разговору.

К счастью, ребёнок помешал ей продемонстрировать свои чувства, и Легайн успел сменить тему до того, как стало слишком поздно.

— У меня есть подарок и для тебя, Лит.

Раз уж все считают тебя моим сыном, и вся грязь летит в тебя, ты это заслужил. — Он Телепортировал их в уединённое место, где у подножия гор лежало озеро.

Возле озера стояло высокое здание, окружённое серебристой травой и деревьями, среди которых сновали мелкие зверьки.

Легайн открыл дверь, показывая, что здание внутри пустое.

— Здесь ты можешь поставить свою башню, и никто этого не заметит.

Я сам наложил маскировку.

— Подожди, а как же гейзер? — спросил Лит.

— Если ты не заметил, вся Луна — это гейзер.

Здесь ты найдёшь покой, а Солус — дополнительную силу для восстановления, — ответил Легайн.

— А остальные? — спросила Солус.

— Я уже сообщил им, и мы перенесли лаборатории так, что треугольник превратился в квадрат.

Инксиалот даже больше обрадовался, чем Фенагар.

Его ОКРу нравится, что теперь каждый занимает угол глобуса. — Легайн усмехнулся.

— Спасибо, дедушка! Ты лучший! — Солус обняла его от радости, материализовала башню из земли и тут же проверила, сможет ли перемещаться между Могаром и Луной по желанию.

— Чёрт, Телепортация Башни не работает! — сказала она.

— Нужно выровнять один из гейзеров Могара с этим, иначе нет прямого пути.

Немного искривить можно, но не сильно.

Если тебе от этого легче — у Инксиалота та же проблема.

Только Хранители могут Телепортироваться на такое расстояние, — объяснил Легайн.

— Не хочу звучать как эхо, но что насчёт меня? — спросила Салаарк. — С одной стороны, я рада, что ты наконец-то что-то сделал для Лита, а не просто отчитываешь его, но с другой — я ревну... — Легайн положил ключ ей в руку, перебивая.

— Это ключ от моей лаборатории.

Можешь приходить, когда захочешь.

Так мы сможем проводить время вместе на нейтральной территории... — Повелительница бережно передала Шаргейна Литу, подхватила Легайна на руки и поцеловала с пылкостью Феникса.

— Если ты хотел сделать предложение, старый ящер, не стоило ходить вокруг да около, — сказала она, когда оба перевели дух, а остальные с конфузом отвернулись.

— На помощь! — пробормотал Легайн. — Я имею в виду — не при детях.

— Ты прав, — Салаарк вдруг вспомнила о свидетелях и уронила Отца Всех Драконов, как ненужную вещь. — Продолжим этот разговор позже.

Салаарк поправила одежду, а Легайн починил свою, которую она чуть не разорвала.

— Точнее, никогда, — проворчал он.

Солус решила оставить башню активной, чтобы подпитывать её ядро даже в человеческой форме.

— Советую пометить гейзеры на каждом континенте Могара, чтобы с учётом орбиты Луны можно было попасть сюда в любой момент, — сказала Салаарк, стараясь сделать вид, что ничего не случилось, но у неё это плохо получалось.

— Спасибо, бабушка, — Солус до ушей покраснела и не могла смотреть Хранителям в глаза.

— Почти пора на встречу с Инксиалотом, — сказал Легайн. — Солус, тебе нужно решить: остаёшься в человеческой форме или возвращаешься в кольцо?

— Я оставлю башню и вернусь в кольцо, — ответила она. — Инксиалот меня не звал, и я не хочу лишних вопросов.

Кроме того, в форме кольца я могу использовать Глаза, чтобы изучать всё, что захочу, и он не заметит.