Пока Лит подбирал слова, стараясь не упомянуть Пробуждение, но и не солгать, Морок говорил честно.

Во время своей службы в учебке он был обычным человеком.

Его наследие Тирана тогда не давало ему никаких преимуществ, и Пробуждён он был лишь спустя годы.Курсантам ужасно хотелось обернуться и обсудить всё это между собой, но дисциплина и испепеляющие взгляды инструкторов не позволяли даже шелохнуться.— Я сержант первого класса Випли из Сенмы и буду инструктором для некоторых из вас, — Випли вышел вперёд, вставая рядом с двумя рейнджерами. — Я делил казарму с Магусом Верхеном и могу вас заверить: он был невыносимым, но человеком.— Он ел, как мы, потел, как мы, и истекал кровью — тоже как мы.

Не знаю, были ли у него уже какие-то силы, но если и были — он точно не хвастался.

Именно его сержант строил больше всех.— Именно на него вешали вину, когда отряд проваливался.

Именно он остался сдерживать племя орков, чтобы дать нам шанс спастись, — Випли продемонстрировал видео, показывающее, насколько тяжёл бой с орками.— Всё верно, — сказал Трион, оглядывая грязную землю, чистое небо и испуганных до смерти новобранцев, чувствуя себя как дома. — Я был как вы.

Мальчишка без магии, только вступивший во взрослую жизнь, со злобой в душе.— Я ненавидел брата, как и вы.

Я был ниже, слабее, медленнее, и таким могущественным магом, что мог заварить две кружки чая — и после этого падал от усталости. — Кадеты улыбнулись, они узнали себя в его словах.— Я покинул дом, чтобы убежать из-под его тени, и рвался в армии, чтобы доказать Королевству свою ценность.

Жаль только, что мои инструкторы моего мнения не разделяли и выдали мне ранг B, — вздохнул он.— Я был в ярости и чувствовал себя униженным.

Всё это я не постеснялся сказать своему сержанту перед отъездом, решив, что мне больше нечего бояться.

Как же я ошибался.— Он сказал, что считает меня солдатом ранга A, но до тех пор, пока я не вытащу свою злость из задницы и не начну направлять её на что-то стоящее, кроме нытья — я обречён на посредственность.— Хотел бы я сказать, что тогда поблагодарил его и всё понял... но нет.

Я был просто мальчишкой.

Все мои хорошие решения тогда были чистой случайностью.

Мне понадобились месяцы и куча выговоров, чтобы осознать, что он имел в виду.— И этого бы не хватило, если бы не мои боевые товарищи.

Говоря с теми, кто добился успеха, я понял, что они не были ни удачливее, ни одарённее.

Просто они использовали свою злость, чтобы становиться лучше, а не ныть.— Осознав это, я начал продвигаться по службе, нашёл друзей, даже вторую семью.

Но при этом оставался дураком с комплексами.

Я отказался от фамилии Верхен и купил себе новую.— Я стал Трионом Праудстар(Гордая Звезда).

Боги, как же это теперь звучит нелепо... — Трион рассмеялся, и кадетам пришлось сдерживаться, чтобы не прыснуть вслед за ним.— Я думал, что оборвал все связи с прошлым, но стоило кому-то упомянуть брата — и меня начинало трясти.— Я не раз ставил карьеру под угрозу, лишь бы свести счёты, которые никому, кроме меня, были не нужны.

Я всю жизнь прятал своё имя от друзей и убегал от семьи, сколько бы они меня ни любили, — он указал на Элину и Рааза.— Я отказался от родителей, а мой новорожденный брат рос, не зная обо мне.

Армия даёт дружбу и братство, но даже она не поможет, если ты держишь всех на расстоянии, чтобы прятать свои глупые секреты.— И потому, когда пришла Ночь, я остался один.

Я бросил сослуживцев, чтобы вновь тонуть в жалости к себе, и отверг имя Верхен, которое могло бы спасти мне жизнь.

Я умер как идиот.

А когда Ночь инсценировала моё самоубийство — все поверили.— Я всегда носил свои чувства нараспашку.

Все знали, какой я озлобленный и как любую победу брата воспринимаю как личное оскорбление.

Когда я вернулся как Демон, то понял, насколько был глуп.— Я носил ту же кровь, что и он.

Даже такое отребье, как Мелн, сумело использовать её.

Если бы я просто трудился, если бы не тратил жизнь на то, чтобы проклинать брата за то, что он существует — возможно, я бы пробудил ту же силу, которой вы теперь завидуете.— Я к тому, что сегодня у вас есть выбор.

Можете пойти по моим стопам и жаловаться на несправедливость жизни до самого конца.

А можете выбрать путь этих двоих. — Он указал на Лита и Морока.

Пока Лит подбирал слова, стараясь не упомянуть Пробуждение, но и не солгать, Морок говорил честно.

Во время своей службы в учебке он был обычным человеком.

Его наследие Тирана тогда не давало ему никаких преимуществ, и Пробуждён он был лишь спустя годы.

Курсантам ужасно хотелось обернуться и обсудить всё это между собой, но дисциплина и испепеляющие взгляды инструкторов не позволяли даже шелохнуться.

— Я сержант первого класса Випли из Сенмы и буду инструктором для некоторых из вас, — Випли вышел вперёд, вставая рядом с двумя рейнджерами. — Я делил казарму с Магусом Верхеном и могу вас заверить: он был невыносимым, но человеком.

— Он ел, как мы, потел, как мы, и истекал кровью — тоже как мы.

Не знаю, были ли у него уже какие-то силы, но если и были — он точно не хвастался.

Именно его сержант строил больше всех.

— Именно на него вешали вину, когда отряд проваливался.

Именно он остался сдерживать племя орков, чтобы дать нам шанс спастись, — Випли продемонстрировал видео, показывающее, насколько тяжёл бой с орками.

— Всё верно, — сказал Трион, оглядывая грязную землю, чистое небо и испуганных до смерти новобранцев, чувствуя себя как дома. — Я был как вы.

Мальчишка без магии, только вступивший во взрослую жизнь, со злобой в душе.

— Я ненавидел брата, как и вы.

Я был ниже, слабее, медленнее, и таким могущественным магом, что мог заварить две кружки чая — и после этого падал от усталости. — Кадеты улыбнулись, они узнали себя в его словах.

— Я покинул дом, чтобы убежать из-под его тени, и рвался в армии, чтобы доказать Королевству свою ценность.

Жаль только, что мои инструкторы моего мнения не разделяли и выдали мне ранг B, — вздохнул он.

— Я был в ярости и чувствовал себя униженным.

Всё это я не постеснялся сказать своему сержанту перед отъездом, решив, что мне больше нечего бояться.

Как же я ошибался.

— Он сказал, что считает меня солдатом ранга A, но до тех пор, пока я не вытащу свою злость из задницы и не начну направлять её на что-то стоящее, кроме нытья — я обречён на посредственность.

— Хотел бы я сказать, что тогда поблагодарил его и всё понял... но нет.

Я был просто мальчишкой.

Все мои хорошие решения тогда были чистой случайностью.

Мне понадобились месяцы и куча выговоров, чтобы осознать, что он имел в виду.

— И этого бы не хватило, если бы не мои боевые товарищи.

Говоря с теми, кто добился успеха, я понял, что они не были ни удачливее, ни одарённее.

Просто они использовали свою злость, чтобы становиться лучше, а не ныть.

— Осознав это, я начал продвигаться по службе, нашёл друзей, даже вторую семью.

Но при этом оставался дураком с комплексами.

Я отказался от фамилии Верхен и купил себе новую.

— Я стал Трионом Праудстар(Гордая Звезда).

Боги, как же это теперь звучит нелепо... — Трион рассмеялся, и кадетам пришлось сдерживаться, чтобы не прыснуть вслед за ним.

— Я думал, что оборвал все связи с прошлым, но стоило кому-то упомянуть брата — и меня начинало трясти.

— Я не раз ставил карьеру под угрозу, лишь бы свести счёты, которые никому, кроме меня, были не нужны.

Я всю жизнь прятал своё имя от друзей и убегал от семьи, сколько бы они меня ни любили, — он указал на Элину и Рааза.

— Я отказался от родителей, а мой новорожденный брат рос, не зная обо мне.

Армия даёт дружбу и братство, но даже она не поможет, если ты держишь всех на расстоянии, чтобы прятать свои глупые секреты.

— И потому, когда пришла Ночь, я остался один.

Я бросил сослуживцев, чтобы вновь тонуть в жалости к себе, и отверг имя Верхен, которое могло бы спасти мне жизнь.

Я умер как идиот.

А когда Ночь инсценировала моё самоубийство — все поверили.

— Я всегда носил свои чувства нараспашку.

Все знали, какой я озлобленный и как любую победу брата воспринимаю как личное оскорбление.

Когда я вернулся как Демон, то понял, насколько был глуп.

— Я носил ту же кровь, что и он.

Даже такое отребье, как Мелн, сумело использовать её.

Если бы я просто трудился, если бы не тратил жизнь на то, чтобы проклинать брата за то, что он существует — возможно, я бы пробудил ту же силу, которой вы теперь завидуете.

— Я к тому, что сегодня у вас есть выбор.

Можете пойти по моим стопам и жаловаться на несправедливость жизни до самого конца.

А можете выбрать путь этих двоих. — Он указал на Лита и Морока.