— Что касается остальных направлений Магии Пустоты, как только вы поймёте, что каждая пара стихий подпитывается одной и той же движущей силой, их изучение станет для вас естественным.

Последний вопрос, прежде чем вы начнёте практику?— У меня есть, — сказал король Мерон. — Всё это блестяще, но ничего подобного не было в первом черновике, который ты нам присылал.

Как ты достиг такого прогресса за столь короткое время после Войны Грифона?— За это стоит поблагодарить мою жену, — пожал плечами Лит.— Твою жену? — переспросил Мерон, за ним изумлённые Архимаги.— При всём уважении, капитан Йевал — не маг.

Её знания в лучшем случае примитивны.

Ты хочешь сказать, что она гений и вдруг открыла в себе талант, помогая тебе в экспериментах?Особенно настойчивыми были девушки — они предлагали стать его служанками или помогать чем угодно.

Лит не знал, где у них заканчивались амбиции семей, а где начинались гормоны — и знать не хотел.— К чёрту всё, — первым отказался от гордости профессор Вастор, когда один из студентов, практиковавшийся у того же аквариума, начал догонять его.Парень, конечно, задал уйму вопросов и отставал на порядки, но профессор знал, каково это — когда кто-то дышит тебе в спину.— Уж лучше уступить Литу, чем дать себя обойти зелёному новичку, — буркнул он в ответ на немой вопрос Марта и направился к столу преподавателя.— Я понял, о чём ты говорил, но в моём аквариуме слишком много жизненных потоков.

Я не успеваю уловить их движение, пока эти твари рождаются, дохнут или убивают друг друга.

Что я делаю не так?— Ничего, — ответил Лит, так тихо, чтобы никто не подслушал.— То, что ты считаешь провалом, на самом деле — успех.

Поток жизни по своей природе нестабилен.

Если ты уже различаешь разные факторы, его формирующие — ты почти у цели.— Не заслоняй себе глаза гордостью.

Ты пытаешься ухватить больше, чем можешь переварить.

Первый шаг — это понимание, а не контроль.

А ты хочешь и то, и другое сразу.— Боги, я идиот! — воскликнул Вастор и метнулся обратно к своему месту.

Через несколько минут он уже прошёл первый этап.Март последовал его примеру и задал Литу вопрос.

Другие профессора и ректоры, возможно, и осудили бы их за такую «бесстыдность», если бы не тот факт, что Вастор и Март уже достигли второго шага, а остальные и первого ещё не осилили.— К чёрту! Свет и тьма — две стороны одной монеты, но я не собираюсь быть вторым! — рявкнул ректор Дистар, гений и гордость Чёрного Грифона своего поколения, но отстававший от Марта.— Начнём? — спросил король.

Он работал с огнём и водой, а Сильфа — с землёй и воздухом.План был прост: освоить каждую пару, а потом обменяться результатами, чтобы обогнать остальных.— Конечно, — с достоинством кивнула королева.— Пока мы в классе — мы просто ученики.

И нет стыда в том, чтобы попросить помощи у преподавателя.После этого ни у кого не хватило гордости поставить себя выше Короны.Лит выстроил очередь и отказался от собственной практики ради ответов.Вопросы были краткими, ответы — понятными, но с того момента и до конца занятия люди проводили больше времени в очереди, чем за выполнением упражнений.— Прошу прощения, но ни задержек, ни ответов вне урока не будет, — сказал Лит, взглянув на карманные часы, когда прозвенел звонок.— А теперь, если вы не против, я отправляюсь в столовую за обедом для жены и дочери.

— Что касается остальных направлений Магии Пустоты, как только вы поймёте, что каждая пара стихий подпитывается одной и той же движущей силой, их изучение станет для вас естественным.

Последний вопрос, прежде чем вы начнёте практику?

— У меня есть, — сказал король Мерон. — Всё это блестяще, но ничего подобного не было в первом черновике, который ты нам присылал.

Как ты достиг такого прогресса за столь короткое время после Войны Грифона?

— За это стоит поблагодарить мою жену, — пожал плечами Лит.

— Твою жену? — переспросил Мерон, за ним изумлённые Архимаги.

— При всём уважении, капитан Йевал — не маг.

Её знания в лучшем случае примитивны.

Ты хочешь сказать, что она гений и вдруг открыла в себе талант, помогая тебе в экспериментах?

Особенно настойчивыми были девушки — они предлагали стать его служанками или помогать чем угодно.

Лит не знал, где у них заканчивались амбиции семей, а где начинались гормоны — и знать не хотел.

— К чёрту всё, — первым отказался от гордости профессор Вастор, когда один из студентов, практиковавшийся у того же аквариума, начал догонять его.

Парень, конечно, задал уйму вопросов и отставал на порядки, но профессор знал, каково это — когда кто-то дышит тебе в спину.

— Уж лучше уступить Литу, чем дать себя обойти зелёному новичку, — буркнул он в ответ на немой вопрос Марта и направился к столу преподавателя.

— Я понял, о чём ты говорил, но в моём аквариуме слишком много жизненных потоков.

Я не успеваю уловить их движение, пока эти твари рождаются, дохнут или убивают друг друга.

Что я делаю не так?

— Ничего, — ответил Лит, так тихо, чтобы никто не подслушал.

— То, что ты считаешь провалом, на самом деле — успех.

Поток жизни по своей природе нестабилен.

Если ты уже различаешь разные факторы, его формирующие — ты почти у цели.

— Не заслоняй себе глаза гордостью.

Ты пытаешься ухватить больше, чем можешь переварить.

Первый шаг — это понимание, а не контроль.

А ты хочешь и то, и другое сразу.

— Боги, я идиот! — воскликнул Вастор и метнулся обратно к своему месту.

Через несколько минут он уже прошёл первый этап.

Март последовал его примеру и задал Литу вопрос.

Другие профессора и ректоры, возможно, и осудили бы их за такую «бесстыдность», если бы не тот факт, что Вастор и Март уже достигли второго шага, а остальные и первого ещё не осилили.

— К чёрту! Свет и тьма — две стороны одной монеты, но я не собираюсь быть вторым! — рявкнул ректор Дистар, гений и гордость Чёрного Грифона своего поколения, но отстававший от Марта.

— Начнём? — спросил король.

Он работал с огнём и водой, а Сильфа — с землёй и воздухом.

План был прост: освоить каждую пару, а потом обменяться результатами, чтобы обогнать остальных.

— Конечно, — с достоинством кивнула королева.

— Пока мы в классе — мы просто ученики.

И нет стыда в том, чтобы попросить помощи у преподавателя.

После этого ни у кого не хватило гордости поставить себя выше Короны.

Лит выстроил очередь и отказался от собственной практики ради ответов.

Вопросы были краткими, ответы — понятными, но с того момента и до конца занятия люди проводили больше времени в очереди, чем за выполнением упражнений.

— Прошу прощения, но ни задержек, ни ответов вне урока не будет, — сказал Лит, взглянув на карманные часы, когда прозвенел звонок.

— А теперь, если вы не против, я отправляюсь в столовую за обедом для жены и дочери.