[Прости, малыш], — одновременно ответили Салаарк и Легайн, те самые «боги», к которым Аран только что взывал. — [Мы не можем тебе помочь, но знай: мы верим в тебя.

Не сдавайся.][Вы что, всё это время слушали меня?] — уши Арана вспыхнули от смущения.[Нет, но если ты зовёшь нас по имени, да ещё так близко, мы невольно слышим], — ответили Хранители. — [Не волнуйся.

Мы не расскажем твоим родителям все те ругательства, что ты выучил.][Чёрт! Совсем забыл, что бабушка и дедушка — боги.

Те, к кому люди обращаются в молитвах], — заскулил он про себя.[Больше тренируйся, меньше ной, юноша], — сказал Легайн. — [Ты тратишь драгоценное время.

Завтра ждать не станет.]— Я сделал это, бабушка! — крикнул Аран, открыв глаза лишь тогда, когда дыхание стало естественным.— Я Пробуж…Его радость прервала боль: жжение из живота разлилось по телу.

Он попытался позвать на помощь, но смог лишь захрипеть, изрыгая чёрные примеси.Смола потекла из ушей, рта, глаз и кожи.

Аран чувствовал, будто его выжимают, как тряпку, пропитанную маслом и подожжённую.— Я рядом, Перышко, — Салаарк опустилась рядом. — Прости, но помочь я не могу.

Никто не может.

Но не бойся.

Пока не потеряешь сознание — всё будет хорошо.

Сможешь ради бабушки?Аран кивнул сквозь тошноту и боль.Для Повелительницы Кровавой Пустыни это стало одним из тяжелейших испытаний — стоять и смотреть, как страдает любимый ребёнок, и ничего не делать.――――――――――――――――rаnоbes.сom――――――――――――――――Прорыв длился меньше минуты.

Аран был молод, почти не имел примесей, а его тело закалилось от постоянной практики.

Но для него и Салаарк это показалось вечностью.— Ты в порядке, малыш? Скажи хоть слово, — она одним взмахом руки очистила чёрную лужу и одежду Арана.— Всё хорошо, бабушка, — пробормотал он сонно. — Просто устал и хочу есть…— Позвать отца? Мать? Лита? — она прижала его к груди, проверяя дыхательной техникой его жизненную силу и ядро.— Нет… Бесполезно… Мне просто… — Аран обмяк, не в силах больше бодрствовать.— Хорошо.

Будет по-твоему, малыш.

И только потому, что ты прав.

Тут и правда поможет только отдых, — Салаарк вернулась к столу, но не положила мальчика.

Она продолжала работать, создавая твёрдосветовые руки, а Арана держала на руках.Ядро тёмно-зелёного цвета не требовало много времени, чтобы наполниться.

Восемь часов обычно, меньше четырёх — над гейзером, а на коленях у Хранителя — всего до обеда.――――――――――――――――rаnоbes.сom――――――――――――――――За несколько минут до обеда и Пробуждения Арана Салаарк собрала всех, чтобы сообщить хорошие новости.— Да, он сам Пробудился.

Да, с ним всё хорошо.

Нет, я ему не помогала.

Спасибо за доверие! — отвечала она снова и снова, сохраняя невозмутимость.

[Прости, малыш], — одновременно ответили Салаарк и Легайн, те самые «боги», к которым Аран только что взывал. — [Мы не можем тебе помочь, но знай: мы верим в тебя.

Не сдавайся.]

[Вы что, всё это время слушали меня?] — уши Арана вспыхнули от смущения.

[Нет, но если ты зовёшь нас по имени, да ещё так близко, мы невольно слышим], — ответили Хранители. — [Не волнуйся.

Мы не расскажем твоим родителям все те ругательства, что ты выучил.]

[Чёрт! Совсем забыл, что бабушка и дедушка — боги.

Те, к кому люди обращаются в молитвах], — заскулил он про себя.

[Больше тренируйся, меньше ной, юноша], — сказал Легайн. — [Ты тратишь драгоценное время.

Завтра ждать не станет.]

— Я сделал это, бабушка! — крикнул Аран, открыв глаза лишь тогда, когда дыхание стало естественным.

— Я Пробуж…

Его радость прервала боль: жжение из живота разлилось по телу.

Он попытался позвать на помощь, но смог лишь захрипеть, изрыгая чёрные примеси.

Смола потекла из ушей, рта, глаз и кожи.

Аран чувствовал, будто его выжимают, как тряпку, пропитанную маслом и подожжённую.

— Я рядом, Перышко, — Салаарк опустилась рядом. — Прости, но помочь я не могу.

Никто не может.

Но не бойся.

Пока не потеряешь сознание — всё будет хорошо.

Сможешь ради бабушки?

Аран кивнул сквозь тошноту и боль.

Для Повелительницы Кровавой Пустыни это стало одним из тяжелейших испытаний — стоять и смотреть, как страдает любимый ребёнок, и ничего не делать.

――――――――――――――――rаnоbes.сom――――――――――――――――

Прорыв длился меньше минуты.

Аран был молод, почти не имел примесей, а его тело закалилось от постоянной практики.

Но для него и Салаарк это показалось вечностью.

— Ты в порядке, малыш? Скажи хоть слово, — она одним взмахом руки очистила чёрную лужу и одежду Арана.

— Всё хорошо, бабушка, — пробормотал он сонно. — Просто устал и хочу есть…

— Позвать отца? Мать? Лита? — она прижала его к груди, проверяя дыхательной техникой его жизненную силу и ядро.

— Нет… Бесполезно… Мне просто… — Аран обмяк, не в силах больше бодрствовать.

Будет по-твоему, малыш.

И только потому, что ты прав.

Тут и правда поможет только отдых, — Салаарк вернулась к столу, но не положила мальчика.

Она продолжала работать, создавая твёрдосветовые руки, а Арана держала на руках.

Ядро тёмно-зелёного цвета не требовало много времени, чтобы наполниться.

Восемь часов обычно, меньше четырёх — над гейзером, а на коленях у Хранителя — всего до обеда.

――――――――――――――――rаnоbes.сom――――――――――――――――

За несколько минут до обеда и Пробуждения Арана Салаарк собрала всех, чтобы сообщить хорошие новости.

— Да, он сам Пробудился.

Да, с ним всё хорошо.

Нет, я ему не помогала.

Спасибо за доверие! — отвечала она снова и снова, сохраняя невозмутимость.