— Это третий из четырёх новых этажей. — Солус постаралась отрешиться от раздражения и улыбнуться, будто ничего не произошло. — Представляю вам Хранилище Стихий.Это было круглое помещение, болезненно напоминавшее ей Истечение.

Зал был разделён на семь секций, каждая из которых содержала огромные цилиндры, увенчанные кристаллоподобными конструкциями.В одном из резервуаров каждой секции плескалась густая цветная жидкость, а из крышки-«кристалла» ритмично капала новая.

Однако в седьмой секции все баки были пусты, и среди них стоял каменный трон.— Судя по названию и цветным жидкостям в резервуарах, это место хранит чистые стихии, — заметила Тиста, указывая на разные секции.

В одном цилиндре плескалась ярко-жёлтая жидкость, в другом — оранжевая и так далее.— Верно. — Солус кивнула. — Здесь пока нет Духа, потому что башня не жива.

Или вернее, формально жива благодаря связи со мной, но вытягивание моей жизненной силы противоречит основным протоколам.— А тянуть мою нормально?! — Лит был ошарашен. — Рифа, что за безумие?— Никакого безумия, Лит. — Менадион покачала головой. — Понимаю, что это выглядит странно, но я сама пользовалась этим этажом.

Думаешь, я стала бы вредить себе?Она прекрасно понимала сходство между Хранилищем Стихий и Истечением: оба базировались на одном принципе.

Вместо того чтобы изобретать велосипед, Менадион использовала уже готовый проект, изменив его так, чтобы применять Запретную Магию.— И к тому же Солус сказала неточно.

Точка извлечения не тянет жизненную силу, только Духовную Магию.

При этом всё время ты подпитываешься башней.

Единственный риск — жуткая скука.

Советую взять книгу или заняться чем-то полезным.— Мама права, Лит. — Солус поклонилась извиняясь. — Я упомянула жизненную силу, потому что Духовная Магия основана на ней, а в моём состоянии я куда слабее тебя.

Восстанавливаюсь дольше, и моё дыхательное упражнение всё ещё завязано на тебе.— Не переживай, я понял. — Лит кивнул. — Это безопасно? Можно попробовать?— Конечно. — Солус улыбнулась. — Обещаю.Лит сел на каменный трон и ощутил под пальцами крошечные вырезы, которые сперва принял за дефекты.

Потом он почувствовал тягу к ядру.

Из каждого поры его тела изливалась изумрудная энергия, проходя по каналам трона без единой потери.Трон оказался испещрён рунами силы, что проявились только после наполнения Духовной Магией.

За секунду в баке образовалась первая капля, которая упала вниз с тихим «плик».— Всё в порядке, Лит? — обеспокоилась Камила, знавшая об Истечении и о его изломанной жизненной силе.— Да. — он кивнул. — Ощущение такое, будто я запускаю поток заклинаний Духовной Магии первого ранга.— Так и есть. — пояснила Солус. — Я выставила минимальную настройку извлечения.

Так нет нагрузки на жизненную силу, процесс идёт медленно, но безопасно.

Это сродни переливанию крови, только с маной.— А остальные стихии откуда берутся? — спросила Лерия.— Из Могара, Лерия. — Солус махнула рукой.Перед ними возникла голограмма нижнего уровня башни, где бур сверлил почву до магмы, втягивая огонь и землю в их резервуары.

Кристаллический громоотвод наверху собирал воздух, а влажность конденсировалась в воду.— Днём Солнце даёт свет, а ночью мы получаем больше тьмы. — Солус показала на серебряный и чёрный баки.

В первом жидкость капала часто, словно неисправный кран, во втором — одна капля раз в десять секунд.— Воздуха тоже мало. — вздохнула Солус, глядя на жёлтый резервуар. — Если бы мы стояли в бурю или на открытом пространстве, его было бы больше.

Он третий по медлительности после воды и тьмы.— И какой в этом толк? — нахмурилась Тиста. — Башня и так имеет Оранжерею.— Толк огромный. — ответила Салаарк, и Легайн с Тирис кивнули. — Во время Кузнечества ты создаёшь чары и вталкиваешь их в сосуды своей маной.— Ну и? — спросила Тиста.— А то, что сил у тебя ограничено, а Бодрость быстро перестаёт действовать. — продолжил Легайн.— Хранилище Стихий собирает всё, что нужно для заклинаний, включая Духовную Магию. — Он указал на Лита. — Так при создании артефактов ты тратишь свою ману только на саму инкрустацию, а не на подготовку чар.— Или же можешь исправить проблему, если что-то пошло не так. — добавила Менадион. — Я не была Хранителем и моя сила не была бесконечной.

Да и у меня не было компаньона вроде Солус.

С помощью Набора Менадион и этого этажа я могла творить артефакты колоссальной мощи, не полагаясь на посторонних.— Теперь понятно. — кивнул Лит. — Но зачем ты сказала «непредвиденные проблемы»? Разве в Мастерской ты не тестировала прототипы, как я?— Конечно тестировала. — ответила Менадион. — Но между прототипами и конечным изделием десятки проб.

Я не могла каждый раз ждать, пока Хранилище накопит стихии заново.

Поэтому испытывала заклинания на уменьшенных вариантах с минимальными затратами, а запасы тратила лишь на финальный результат.— Логично. — согласился Лит. — В отличие от тебя, у нас есть друзья, которым можно доверить секреты и попросить помощи.

Но именно поэтому Хранилище будет ещё полезнее.

Когда остальные достигнут тёмно-фиолетового ядра, объединяя копии Ярости и этот этаж, мы сможем создавать что угодно.— Эх… — вздохнула Менадион. — Могла бы упрекнуть тебя за то, что делишься слишком многим, но раз всё обошлось, буду звучать жалко.

Я скрыла множество этажей даже от близких друзей, но доверилась не тем людям.— Не кори себя, мама. — Солус остановила её, прежде чем та успела вновь винить себя за смерть Элфин и все ужасы, рождённые её наследием.

— Это третий из четырёх новых этажей. — Солус постаралась отрешиться от раздражения и улыбнуться, будто ничего не произошло. — Представляю вам Хранилище Стихий.

Это было круглое помещение, болезненно напоминавшее ей Истечение.

Зал был разделён на семь секций, каждая из которых содержала огромные цилиндры, увенчанные кристаллоподобными конструкциями.

В одном из резервуаров каждой секции плескалась густая цветная жидкость, а из крышки-«кристалла» ритмично капала новая.

Однако в седьмой секции все баки были пусты, и среди них стоял каменный трон.

— Судя по названию и цветным жидкостям в резервуарах, это место хранит чистые стихии, — заметила Тиста, указывая на разные секции.

В одном цилиндре плескалась ярко-жёлтая жидкость, в другом — оранжевая и так далее.

— Верно. — Солус кивнула. — Здесь пока нет Духа, потому что башня не жива.

Или вернее, формально жива благодаря связи со мной, но вытягивание моей жизненной силы противоречит основным протоколам.

— А тянуть мою нормально?! — Лит был ошарашен. — Рифа, что за безумие?

— Никакого безумия, Лит. — Менадион покачала головой. — Понимаю, что это выглядит странно, но я сама пользовалась этим этажом.

Думаешь, я стала бы вредить себе?

Она прекрасно понимала сходство между Хранилищем Стихий и Истечением: оба базировались на одном принципе.

Вместо того чтобы изобретать велосипед, Менадион использовала уже готовый проект, изменив его так, чтобы применять Запретную Магию.

— И к тому же Солус сказала неточно.

Точка извлечения не тянет жизненную силу, только Духовную Магию.

При этом всё время ты подпитываешься башней.

Единственный риск — жуткая скука.

Советую взять книгу или заняться чем-то полезным.

— Мама права, Лит. — Солус поклонилась извиняясь. — Я упомянула жизненную силу, потому что Духовная Магия основана на ней, а в моём состоянии я куда слабее тебя.

Восстанавливаюсь дольше, и моё дыхательное упражнение всё ещё завязано на тебе.

— Не переживай, я понял. — Лит кивнул. — Это безопасно? Можно попробовать?

— Конечно. — Солус улыбнулась. — Обещаю.

Лит сел на каменный трон и ощутил под пальцами крошечные вырезы, которые сперва принял за дефекты.

Потом он почувствовал тягу к ядру.

Из каждого поры его тела изливалась изумрудная энергия, проходя по каналам трона без единой потери.

Трон оказался испещрён рунами силы, что проявились только после наполнения Духовной Магией.

За секунду в баке образовалась первая капля, которая упала вниз с тихим «плик».

— Всё в порядке, Лит? — обеспокоилась Камила, знавшая об Истечении и о его изломанной жизненной силе.

— Да. — он кивнул. — Ощущение такое, будто я запускаю поток заклинаний Духовной Магии первого ранга.

— Так и есть. — пояснила Солус. — Я выставила минимальную настройку извлечения.

Так нет нагрузки на жизненную силу, процесс идёт медленно, но безопасно.

Это сродни переливанию крови, только с маной.

— А остальные стихии откуда берутся? — спросила Лерия.

— Из Могара, Лерия. — Солус махнула рукой.

Перед ними возникла голограмма нижнего уровня башни, где бур сверлил почву до магмы, втягивая огонь и землю в их резервуары.

Кристаллический громоотвод наверху собирал воздух, а влажность конденсировалась в воду.

— Днём Солнце даёт свет, а ночью мы получаем больше тьмы. — Солус показала на серебряный и чёрный баки.

В первом жидкость капала часто, словно неисправный кран, во втором — одна капля раз в десять секунд.

— Воздуха тоже мало. — вздохнула Солус, глядя на жёлтый резервуар. — Если бы мы стояли в бурю или на открытом пространстве, его было бы больше.

Он третий по медлительности после воды и тьмы.

— И какой в этом толк? — нахмурилась Тиста. — Башня и так имеет Оранжерею.

— Толк огромный. — ответила Салаарк, и Легайн с Тирис кивнули. — Во время Кузнечества ты создаёшь чары и вталкиваешь их в сосуды своей маной.

— Ну и? — спросила Тиста.

— А то, что сил у тебя ограничено, а Бодрость быстро перестаёт действовать. — продолжил Легайн.

— Хранилище Стихий собирает всё, что нужно для заклинаний, включая Духовную Магию. — Он указал на Лита. — Так при создании артефактов ты тратишь свою ману только на саму инкрустацию, а не на подготовку чар.

— Или же можешь исправить проблему, если что-то пошло не так. — добавила Менадион. — Я не была Хранителем и моя сила не была бесконечной.

Да и у меня не было компаньона вроде Солус.

С помощью Набора Менадион и этого этажа я могла творить артефакты колоссальной мощи, не полагаясь на посторонних.

— Теперь понятно. — кивнул Лит. — Но зачем ты сказала «непредвиденные проблемы»? Разве в Мастерской ты не тестировала прототипы, как я?

— Конечно тестировала. — ответила Менадион. — Но между прототипами и конечным изделием десятки проб.

Я не могла каждый раз ждать, пока Хранилище накопит стихии заново.

Поэтому испытывала заклинания на уменьшенных вариантах с минимальными затратами, а запасы тратила лишь на финальный результат.

— Логично. — согласился Лит. — В отличие от тебя, у нас есть друзья, которым можно доверить секреты и попросить помощи.

Но именно поэтому Хранилище будет ещё полезнее.

Когда остальные достигнут тёмно-фиолетового ядра, объединяя копии Ярости и этот этаж, мы сможем создавать что угодно.

— Эх… — вздохнула Менадион. — Могла бы упрекнуть тебя за то, что делишься слишком многим, но раз всё обошлось, буду звучать жалко.

Я скрыла множество этажей даже от близких друзей, но доверилась не тем людям.

— Не кори себя, мама. — Солус остановила её, прежде чем та успела вновь винить себя за смерть Элфин и все ужасы, рождённые её наследием.