Том 1 Глава 10

Мужские мечты

«Для меня, исследования — это то, во что я могу вложить всю мою страсть и энтузиазм без остатка».

Таковы были слова, написанные вначале его исследовательских записей. Потёртый серый переплёт и рассохшиеся жёлтые страницы говорили о возрасте книги, тогда как бесчисленные помарки и кляксы говорили о постоянном использовании. Такая изношенность говорила также много об энтузиазме писателя, как и слова написанные внутри.

Каждая страница была забита строчками чёткого аккуратного подчерка. Результаты исследований, гипотезы, эксперименты — все они были записаны между блеклым серым переплётом. Но в самом конце была сноска, сами буквы которой выглядели погрузившимися в разочарование от того, как они были записаны. Тут говорилось о том, как владелец дневника был неспособен завершить своё исследование.

«К сожалению, я был неспособен достичь идеала, который искал. Я подозреваю, что это по большей части вина того парня. Хотя нет, я уверен в этом. Это вина того чёртового ублюдка».

К середине, заметка переходила из официального стиля в нытьё младшеклассника. Тот же, кому хватало снисходительности проигнорировать детские записи, и перевернуть страницу, мог увидеть продолжение:

«Любому, кто найдёт мой дневник. Я молюсь, что ты, как и я, тот, кто преследует истину. Я оставляю все мои исследования в надежде, что ты завершишь то, что я не смог. Что ты сможешь достигнуть тех идеалов, что я искал. Я молю тебя, не позволь моим исследованиям напрасно кануть в небытие».

Слабое: «Хммм», — нарушило тишину, пока парень читал последнее предложение записей. Он закрыл книгу с лёгким хлопком и уставился в потолок, потерявшийся в мыслях.

— Не беспокойся, я развею твои оставшиеся сожаления. Я унаследую твою волю и закончу то, что ты начал.

Прошёптанное бормотание парня вскоре было поглощено всеобъемлющей тишиной комнаты, но решимость, стоящая за ними — осталась. Из угла комнаты, пара безжизненных, механических глаз тихо наблюдали за парнем.

Клацающие шумы раздались в комнате. Хадзиме Нагумо сейчас был поглощён сборкой множества новых созданных механических частей. Он сидел в мастерской Оскара Оркуса, расположенной на самом дне Великого Лабиринта Оркуса.

Всплески маны подсвечивали комнату с непостоянными интервалами, пока он продолжал трансмутировать. Златовласая красавица сидела рядом с ним, наблюдая за всем представлением. В то же время, её стройные пальцы ловко что-то вышивали. Упомянутая красавица была никто иная как Юэ — принцесса вампиров, спасённая Хадзиме из глубин ада.

В то время как Хадзиме был занят проверкой своей новой экипировки, Юэ накладывала последние штрихи на их гардероб. Она сшила им немного крепкой одежды для путешествий, немного более комфортабельной повседневной одежды, и даже несколько соблазнительных нарядов для их ночных приключений. Шитьё стало как вторая натура для неё, после стольких дней практики.

— …Отлично, сделано.

Разнёсся удовлетворённый голос Хадзиме по тихой комнате. Юэ остановила то, что делала, чтобы взглянуть на него, и увидела, как он для проверки сгибал свою искусственную руку.

— Ты закончил улучшения своей руки?

— Ага. Я собираюсь устроить ей тестовый прогон. Хочешь глянуть?

— Мм.

Артефакт, созданный Хадзиме, сочетал его знания современного оружия с его игровым вкусом и магией этого мира для создания чего-то по-настоящему ужасающего. Поскольку оно всё использовало знания из иного мира, Юэ находила каждое из его изобретений поразительным. Последнее время было даже более впечатляюще, поскольку Хадзиме закончил трансмутировать всё необходимое для их путешествия и проводил много времени в размышлениях, думая о том, что ещё добавить себе в комплект, чтобы сделать их жизнь проще.

Хадзиме сжал металлический кулак своей руки и выставил его вперёд к одной из тренировочных целей, лежащих в мастерской. Хотя он всё ещё был груб в деталях, его кулак демонстрировал довольно большую огневую мощь.

Он игриво улыбнулся, видя как возбуждена Юэ.

— Вперёд! Это мечта каждого мужика! Реактивный кулак! — со слабым взрывом, его левый кулак рванул из своего разъёма и полетел к цели. Он оставлял след из искр, пока летел вперёд. Затем, с грохочущим столкновением, кулак разнёс в пыль свою цель.

Хадзиме улыбнулся как маленький мальчик и влил ману в свою левую руку. Будто присоединённая невидимой нитью, его рука притянулась обратно на место. Прозвучал удовлетворяющий механический щелчок, когда рука присоединилась обратно на место.

— Что ты думаешь? — спросил Хадзиме Юэ. Он был уверен, что она должна быть настолько же тронута, как и он. Однако…

— …Это всё? — всё, что он получил, было вопросительным ответом. Она даже казалось немного разочарованной. Её безразличие оставило Хадзиме без слов.

— Ч-Что ты хочешь сказать под ‘это всё’? Разве это не было поразительно? Я только что отправил реактивный кулак! Это же такое поразительное движение, которое одним ударом убивает твоего врага, а затем возвращается обратно!

— Но… твой рейлган сильнее.

Хадзиме оставалось бороться, пытаясь объяснить привлекательность его реактивного кулака, но он преуспел только в том, что Юэ стала более озадачена. Её неосознанно резкий ответ оставил его ментально побеждённым.

Оставшись без слов, Хадзиме мог только тупо смотреть на Юэ несколько минут, прежде чем заявил: «Постой, есть кое-что ещё!» — и внезапно улыбнулся.

— Это правда, что он не обладает особой силой по сравнению с рейлганом, но есть важный фактор удивления, связанный с тем что кулак внезапно полетит в твоё лицо.

— Но рейлган также и быстрей. Разве он не будет ещё лучше как внезапная атака?

Ещё одно безупречное опровержение. Хадзиме начал неуверенно шататься, но он всё ещё не сдавался! Он отказался бросать свои романтические представления о реактивном кулаке.

— О-Он будет полезен в случае, если я потеряю своё оружие!

— Получается потеря ещё и твоей руки считается за полезность?

— …

— Кроме того, даже если ты потеряешь своё оружие, будет быстрее использовать Сверхзвуковой Шаг, чтобы приблизиться и напрямую ударить их навыком Стальные Руки или что-то такое.

Хадзиме отсоединил свою левую руку и бросил её на землю. Затем он достал свою Сокровищницу и вынул другую руку, прежде чем опасно улыбнуться Юэ, размахивая своей новой рукой.

— Ладно, Юэ. Вызов принят.

— …Что? Извини, Хадзиме. Я не понимаю, что ты говоришь.

— Ты можешь быть права, реактивный кулак может быть слегка слабоват как оружие для меня, хотя я уверен для всех остальных оно будет идеально… но тем не менее, позволь я покажу тебе моё другое новое оружие. Будь вольна падать в обморок от трепета в любое время.

— …Эмм, я всё ещё не…

Юэ становилась только всё более озадаченной бессмысленными заявлениями Хадзиме. Но ради мужской мечты он не мог отступить. Он начал вливать ману в свою руку, и его рука начала светиться раскалённым красным. Его кулак ярко горел от жара мужской мечты. Это было его второе новое оружие.

— Пламенный кулак! — выражение Хадзиме сияло также как и его горящий кулак. Однако…

— Эмм… так что ещё он делает? — по какой-то причине, Юэ спрашивала ещё. Она неловко чесала свою щёку, и было ясно, что её душа не была даже капельку тронута ошеломляющим видом Хадзиме.

Улыбка Хадзиме напряглась немного.

— …Ладно, тогда смотри сюда, Юэ. Это кулак, который может расплавить буквально всё, чего коснётся. Разве это не круто?

— …Зачем плавить их, когда ты можешь просто убить их?

Очень подходящий вопрос. Грубая сила и навыки Хадзиме были более чем достаточны для уничтожения врагов. Не было необходимости добавлять шрамов к травме, также как и плавить врага. Действительно, его вибрационная пушка и рельсотрон были уже достаточно сильны. Поэтому его предыдущие дополнения к его руке были разработаны больше с учётом удобства, чем чего-либо ещё.

Однако где-то по пути он позволил своим детским фантазиям взять над ним верх, и начал добавлять свои бесполезные функции. Теперь он должен был посмотреть в лицо Юэ и доказать их ценность. Хадзиме выключил свой пламенный кулак и положил обе руки Юэ на плечи.

— Подумай об этом, Юэ. Что если мы должны будем сразиться с чем-то, что очень хорошо сопротивляется физическим атакам, как тот скорпион ранее? Если у меня будет это, одного прикосновения хватит, чтобы нанести урон. Или если мы как-то окажемся заключены внутри подземелья, это позволит нам быстро прокопать путь наружу.

— …Ладно.

Юэ могла услышать страстное рвение в голосе Хадзиме. Тем не менее, она подумала про себя: «Разве ты не можешь просто использовать Электропокрытие или трансмутацию или что-нибудь ещё, чтобы вытащить нас из таких ситуаций?» Хотя она не сказала этого в этот раз вслух, осознавая, что это должно быть для него как-то важно. И поскольку она любила его, Юэ неловко улыбнулась и попыталась взбодрить слабеющую уверенность Хадзиме.

— …А-Ага, это довольно круто.

— …

Хадзиме без слов отсоединил эту руку, а затем бросил её на землю. Он явно не искал симпатии. Бесстрашно он достал ещё одну руку из своей Сокровищницы. Он улыбнулся Юэ и прокричал: «Это точно приведёт тебя в восторг!» — и активировал её. Эта рука превратила его руку в дрель.

— Узри, Юэ, моя финальная форма! Всё, что ты видела ранее, было не больше чем прелюдия. Будь сметена потоком эмоций, возрадовавшись моей последней руке!

Его речь становилась всё более и более нелепой с каждой секундой, хотя он сам этого не осознавал. После чего он влил ману в свою руку, активировав третье из его серии «орудий настоящих мужиков»–

— Это сила моего трансформирующегося бура!

Он взглянул на Юэ триумфально, пока его рука-дрель начинала вращаться. «В этот раз она точно будет впечатлена», — или так он думал.

— …Ага. Это круто. Всё в порядке, ты можешь уже остановиться.

— … — была почти жестокая доброта в глазах Юэ, пока нежно говорила Хадзиме, что всё в порядке.

Насколько Юэ понимала, все его новые предметы выглядели бесполезными. Хотя как говорится, никто не мог сказать, что готовит им будущее, так что возможно даже бесполезно выглядящие вещи могли стать полезными дальше по пути. Безусловно, их время блистать когда-нибудь наступит. Глубоко в душе, Юэ надеялась, что наступит, хотя бы ради Хадзиме.

Однако жалость Юэ служила лишь для создания ещё больших трещин в чистом сердце Хадзиме. «Не говорите мне, что я действительно становлюсь каким-то фантазирующим идиотом?»

Какой бы ни была правда, пуля, выпущенная однажды, никогда не могла вернуться. Наполовину в отчаянии, он начал доставать все остальные руки, которые создал. Среди них была рука в форме дракона, и одна, которая стреляла потоками воды из пальцев, и даже одна, которая трансформировалась в Ружьемеч Скволла. Но единственной реакцией, которую они вызывали у Юэ, была жалеющая улыбка.

В итоге, Хадзиме стал всхлипывающей кучей, и Юэ просто сидела рядом, гладя его по голове со словами: «Всё хорошо, всё хорошо» — утешала она его, пока он, наконец, не пришёл в чувства.

Что именно она подразумевала под «Всё хорошо» было чем-то, о чём он не хотел глубоко задумываться.

Была глубокая ночь. Одинокая фигура работала во тьме, внутри скрытой комнаты, вход которой был закрыт шкафом.

— Наконец закончено, — мягко прошептал Хадзиме. Сидящей перед ним была серебровласая девочка. Любой мог с одного взгляда сказать, что она не была человеком. Там где должны были быть уши, вместо этого находились металлические прямоугольники, которые напоминали антенны.

Её неподвижные, металлические глаза также не несли никаких признаков разума. Хотя это было вполне естественно, поскольку она была големом-уборщиком, которого Оскар сделал давным-давно.

Однако её черты всё ещё были достаточно человеческими. На ней было тёмно-синее цельное платье и белоснежно белый фартук. Чепчик горничной также украшал её волосы. Можно сказать, она была горничной.

— Оскар. Это потому что ты мечтал сделать её правдоподобной, ты ушёл так далеко от реальности. Это было твоей ошибкой. Однако я обладаю знанием, подаренным мне миром 2D. Делая её слегка нереалистичной, она приближается к идеалу… Это ответ, который ты так долго искал! — триумфально шептал Хадзиме себе под нос.

Любому, увидевшему его в этот момент, стало бы жутко не по себе от него. Однако его увлечённость этим големом-горничной была настоящей. Когда он впервые обнаружил заметки Оскара и этого голема, то решил унаследовать чистый исследовательский дух Оскара и завершить то, что он начал. Хадзиме работал над ней глубоко ночью, убеждаясь, чтобы Юэ не заметила. Он точно заслуживал несколько моментов полюбоваться собственным мастерством после всех этих трудностей, через которые он прошёл для её завершения.

Однако пока он грелся в лучах собственной работы–

— …Нашёлся, Хадзиме.

Свет заполнил комнату, когда он услышал знакомый голос, зовущий его по имени. Он подпрыгнул от удивления, и напряжённо обернулся взглянуть на Юэ.

— Ю-Юэ… что ты тут делаешь? Я могу поклясться, что только что чувствовал твоё присутствие в спальне.

— Я гадала, куда ты ходил каждую ночь. Ты не только ускользал, используя Сокрытие Присутствия, ты даже оставлял позади артефакт, который также подделывал твоё присутствие. Я и не думала, что здесь может быть потайная комната… но к счастью этот артефакт помог мне найти тебя.

— Выходит ты использовала мой же артефакт против меня.

Хадзиме стиснул зубы, раздражённый на собственную халатность. Тем временем, Юэ молча смотрела на голема-горничную. Хадзиме сглотнул виновато. Он чувствовал себя как муж, пойманный во время измены жене.

— Хадзиме, если тебе нравится униформа горничных, мог просто мне сказать, — немного ревности прозвучало в её тоне. Казалось, что она действительно ревнует к этому неподвижному голему. Однако это было не время для размышлений. Для того чтобы развеять недопонимание, Хадзиме начал объясняться.

— Юэ, позволь мне объяснить. У меня вообще-то нет пристрастия к униформам горничных. Это просто искусство.

— …Искусство?

— Верно. Горничная, которая также голем. Другими словами, голем-горничная это мечта каждого мужчины. Эти два фактора, смешанные вместе, делают это искусством. Просто горничная или просто голем ничто сами по себе. В то время как они могут обладать какой-то привлекательностью, только соединённые вместе как голем-горничная они становятся настоящим объектом поклонения мужчин по всему свету.

Говоря, Хадзиме становился всё более и более разгорячённый со своими словами. Юэ слушала это серьёзно и кивнула понимающе, когда он закончил. «Я понимаю», — было всем, что она сказала. Хадзиме с облегчением улыбнулся, но мгновением позже пылающий огненный шар пролетел мимо его щеки.

Прозвучал оглушительный взрыв, и Хадзиме быстро обернулся, только чтобы увидеть как его драгоценный голем-горничная сгорел дотла.

— К-Как ты могла…

Хадзиме упал на колени, глядя на обугленные остатки того, что когда-то было големом-горничной. Затем он развернулся к Юэ, которая спокойно начала уходить, и спросил голосом полным печали:

— Юэ, зачем? Зачем ты сделала это? Что этот бедный голем когда-либо сделал тебе?

— Ты странно вёл себя последнее время, Хадзиме. Тебе нужна была небольшая трени– Кхм, я имела в виду урок.

Это было правдой, что одержимость Хадзиме вещами, которые были «мечтой каждого мужика», становилась немного чрезмерной. Возможно, это было отчасти вызвано тупиком, с которым он столкнулся в своей трансмутации, но если бы он не вернулся в реальность, то застрял бы в фантазиях навсегда. Тот факт, что он был по-настоящему опечален уничтожением неподвижного голема, было достаточным доказательством, что он зашел уже почти слишком далеко.

Хотя, услышать любимую девушку, говорящую ему прямо в лицо: «Ты странно себя ведёшь», — вернуло его в чувства. Тем временем, Юэ подобрала одну из униформ горничных, валяющихся вокруг, и подняла её примерить. Она слегка покрутилась и соблазнительно облизнула губы, глядя на Хадзиме. Её похоть била в полную силу.

Её следующие слова сдули то, что могло остаться из рассудка Хадзиме.

— Должна ли я научить тебя насколько лучше настоящая служанка, чем механическая, Хозяин?

— … — холодный пот пробежал по его лбу.

Четыре часа спустя, крики Хадзиме могли быть слышны разносящимися по дну ада. Благодаря любвеобильным объятиям Юэ, Хадзиме был способен вернуться из глубин собственных иллюзий.

Схождение Святой Богини в Рай

Обилие товаров, выставленных на каждой полке и книжном шкафу, заставляло интерьер магазина выглядеть довольно забитым, несмотря на большую площадь. На заднем плане играла популярная песня из аниме, достаточно громкая, чтобы быть слышной, но недостаточно — чтобы быть надоедливой. Этот магазин был известен по всей стране за свой перечень аниме, манги и других подобных товаров.

Естественно, внутри магазин был заполнен паломниками, совершающими поход в эту святую землю. Большинство из них могли быть классифицированы либо как «воины», либо как «джентльмены». Несколько из них также привело с собой друзей, и магазин был заполнен до отказа разгорячёнными спорами о том, кто была лучшей девушкой, или каким было лучшее аниме сезона.

В этом вечном поле боя существовал одинокий приют мира и спокойствия. В самом дальнем конце магазина был специальный отдел, отгороженный парой штор. Большой знак «Несовершеннолетним нельзя» был расположен на каждой шторке. Как любой мог догадаться, это был отдел для взрослых.

Насколько бы закалённым ветеран не был, после входа его голос естественно затихал, и они мгновенно начинали беспокоиться о взглядах окружающих. Даже играющая на фоне аниме-музыка казалась притихшей в такой священной земле.

Однако сегодня, эта безмятежная атмосфера была внезапно разрушена.

— П-Постой, Каори. Ты не можешь просто войти туда!

— Н-Но, Шизуку-тян…

Голос двух девушек нарушил тишину. Их чистый, высокий голос звучал прямо как звон колоколов. Все воины внутри побросали свои дела и робко выглянули из-за шкафов. Одинокий худенький, женственный пальчик выглядывал из-за шторок.

Все присутствующие мужчины одновременно подумали: «Стоять, неужто она собирается войти сюда? Чёрт, это значит, отсюда нет выхода!»

— Никаких но. Версия для всех возрастов распродана, так что сдайся уже.

— Но… компания отца Нагумо-куна сделала эту игру. Что если Нагумо-кун тоже играл в… версию игры 18+?

— П-Послушай. Ты хотела получить эту игру, чтобы тебе было о чём поговорить с Нагумо-куном, верно? Ты планируешь говорить с ним в классе о с-секс сценах или о чём? Я думаю, он скорее убежит в противоположном направлении, если ты попытаешься. Хотя возможно не от тех причин, что ты думаешь.

Чтобы заполучить что-нибудь, о чём поговорить с тем, в кого она влюбилась, Хадзиме Нагумо, Каори пришла сегодня сюда для покупки игры, которую создал его отец. Однако, из-за её ошеломляющей популярности, всевозрастная версия была уже повсюду распродана, и осталось только несколько копий версии 18+. И даже это было только потому, что несколько магазинов заказали больше товаров, чем намеревались.

Учитывая её возраст, Каори всё равно не могла купить версию 18+, но будучи прямолинейной и бесстрашной, она всё равно была намерена попытаться.

— Я-Я знаю. Но тем не менее… не пытайся остановить меня, Шизуку-тян! Иногда девушкам нужно поступать как девушки!

— Да, но это не тот случай. Эй, нет, постой, остановись!

Все воины дружно вздохнули, когда стали свидетелями того, как через занавески прорвалась девушка. На мгновение все потеряли дар речи, но затем начались невнятные перешёптывания.

— Срань господня, она горяченькая… — и тому подобные.

Первым, что поприветствовало Каори, когда она вломилась в отдел 18+, был полноразмерный постер едва одетой девушки. Она покраснела до кончиков ушей, и поспешно отвернулась вниз, когда увидела, что изумлённые взгляды всех в отделе сфокусировались на ней. Шизуку, которая стояла за ней, схватила её за руку и попыталась потащить обратно. Однако Каори была неостановима и со своей потерявшей направление решимостью заявила: «Я-Я не проиграю здесь!» — прежде чем сделать ещё один шаг в запретное святилище.

Шизуку продолжала отчаянно пытаться вытащить Каори назад, но была слишком смущена, чтобы использовать достаточно силы. И таким образом, она была невольно потащена за Каори, как маленькая девочка, затерявшаяся в другом мире.

— О. Шизуку-тян, я нашла её!

— Ч-Что? Можешь, пожалуйста, прекратить тащить меня ещё глубже?

Не обращая внимания на её мольбы, Каори продолжала тащить Шизуку, у которой глаза были на мокром месте, глубже в святую землю, пока она не достигла игры, которую искала. Когда она подняла её и осмотрела обложку, Шизуку внезапно издала смущённый писк. Причиной, конечно, было то, что там было много девиц в соблазнительных позах.

Шизуку быстро отвернулась, но Каори безразлично перевернула коробку, чтобы увидеть, что было на задней стороне. Исследуя картинки, она сказала нечто крайне бестактное без задней мысли.

— Х-Ха? Шизуку-тян, ты не думаешь, что эта девушка очень похожа на тебя?

— Что!? Не неси ерунды! Я никогда бы не встала на четвереньки, вот так выставляя свой зад!

Шизуку, старательная как и всегда, взглянула прежде чем возражать, даже несмотря на то, что это заставило её покраснеть как омар. Однако её голос был немного громче, чем она хотела, и внезапно что-то красное разбрызгалось, когда кто-то упал за шкафом. За этим скоро последовал пронзительный крик: «Не помирай у меня, чувак! Чёрт, кровотечение не останавливается!» — похоже, что кто-то был слишком гиперактивен в воображении.

— К-Кроме того, ты не думаешь, что эта девушка выглядит очень похоже на тебя, Каори?

— Не может такого быть! Я-Я бы никогда не сделала чего-то настолько смущающего, как оседлать парня, выглядя вот так!

Появился ещё один фонтан крови, когда второй парень упал за другим шкафом. Секундой позже кто-то прокричал: «Медик! Нам нужен медик!»

В этот момент спаситель сошёл среди собравшихся закалённых воинов.

— Извините меня, девушка. Я сожалею, но вам должно быть как минимум восемнадцать лет, чтобы приобрести такой товар. Могу я попросить Вас уйти?

Это было явлением управляющего. Тридцати с чем-то летний управляющий решил, что это будет плохо для бизнеса, если часть его магазина превратиться в гору трупов, и мудро решил вмешаться. Все оставшиеся воины были уверены, что его авторитет будет достаточен, чтобы прогнать двух нарушителей спокойствия.

Однако его противник был сильнее, чем любой из них осознавал. Шизуку яростно кланялась в извинениях, её слова забивались слезами, пока она пыталась вытащить Каори из отдела. Однако Каори было не так легко прогнать. Даже со слезами, текущими по её лицу, она всё равно подала коробку с игрой управляющему и сделала свой запрос:

— Я-Я бы хотела купить это, пжлста!

Выражение управляющего дрогнуло, и он попытался настоять, что ей должно было быть восемнадцать для покупки товара, но Каори ответила самым неожиданным контрударом.

— Э-Это для моего отца!

«Что за отец отправит свою дочь покупать ему порно!» — подумали все присутствующие одно и тоже. Сама Каори должно быть осознала, насколько хлипким это было оправдание, когда она продолжила словами: «Это подарок на день рождения!» Хотя её оправдания сделали только хуже. Шизуку была настолько смущена, что зарылась лицом в руки и мечтала провалиться на ровном месте. Наконец, Каори закончила фразой: «Пожалуйста, не позволите ли Вы мне её купить?» — её щенячий взгляд и мольбы довели управляющего до предела.

— Извините меня на секундочку, — это было всё, что сказал управляющий, прежде чем убежать за шкаф и испустить гейзер крови из носа. Он был настолько же отаку как и все остальные здесь, и посему настолько же подвержен чарам Каори. Стоны: «Бооосссссс!» — могли быть слышны от воинов, которые ещё стояли.

В этот день, в своей миссии по покупке одной игры, Каори оставила горы трупов одинаково как среди покупателей, так и среди работников магазина.

В случае Что если

В этом мире существует бесконечное количество возможностей и временных линий. Если мы вообразим некоторые из этих возможных сценариев в Арифурэте, они могут быть чем-то вроде:

Случай 1: Что если бы, когда Коуки сражался с Императором Гахардом, тот повёл себя немного иначе?

— Приготовься, Герой. Если будешь опять сдерживаться…

Мурашки прокатились по рукам Коуки. Тон голоса телохранителя ясно донёс, что его ожидает, если он сдержится.

— Айонион Хеетайрооой!

— Что за чёрт!?

Будь император Хёльшера немного больше похож на одного владыку, тогда безусловно все демоны сдались бы и начали звать его «Братаном». *

Случай 2: Что если, когда Коуки сражался с Императором Гахардом, тот повёл себя немного иначе? Версия 2

— Что ты творишь, Гахард?

Прокричал король Элихейд, вскочив между двумя бойцами и заблокировав удар Гахарда. Гахард был выбит из равновесия тем фактом, что Элихейд раскрыл его личность, но он, тем не менее, бесстрашно улыбнулся и приготовился снова броситься вперёд. Вздохнув, Элихейд осознал, что у Гахарда нет никаких намерений отступать.

— Обрати всё сущее в пепел, Рюджин Джакка!

— Эй… постой… не–

Если бы король Элихейд на самом деле был Главнокомандующим Готей 13, тогда все демоны наверняка рыдали бы от ужаса. *

Случай 3: Что если бы вторая битва с Бегемотом прошла немного иначе?

Бегемот, разъярённый, что пара жалких людей остановила его нападение, нетерпеливо топал по земле. Видя это, остальные ученики воспользовались его кратким отвлечением.

— Непревзойдённое мастерство меча, что разрубит даже небеса– Стиль Хитен Митсуруги, Амакакеру Рю но Хирамеки!

— Чего?

Если бы Шизуку Яаегаши была мастером стиля Хитен Митсуруги, то вероятно героем была бы она, а не Коуки. *

Случай 4: Что если бы священный меч Коуки был немного другим.

— Вперёд! Священный меч, дай мне свою силу!

— Дурачьё, вот почему я не могу вынести деревенщин. Я же говорил тебе не беспокоить меня во время послеобеденного чая.

— …

Если бы меч Коуки был бы настолько же надоедлив как один Экскалибур из другого мира, тогда Коуки вероятно не был бы таким добряком.*

Случай 5: Что если бы события были бы немного другими, когда Хадзиме впервые нашёл Божественный Камень?

— Это… же… — источником жидкости был кристалл размером с баскетбольный мяч, который испускал бледно-голубой свет… Несколько дней спустя, преодолев одиночество, голод и боль, Хадзиме одолел своего первого врага, Двухвостого Волка.

— Какой чудееееесный звук это был! Действительно прекрасно! Разве не прекрасно, о философский камень?

Окажись камень, найденный Хадзиме, взаправду философским, он мог кончить как Кимбли. *

Случай 6: Что если бы бой со скорпионом прошёл немного иначе?

— …Спасибо за угощение, — неожиданно, Юэ встала на ноги и взмахнула рукой на скорпионовую штуку. Когда она сделала так, поразительное количество маны, золотого цвета, полилось из её маленького тела, прогоняя темноту.

После чего, покрытая дивным золотым светом, с её золотыми волосами, развевающимися за ней, она прошептала единственную фразу:

— Запретный Шквал, Катадиоптрика.

Будь Юэ взаправду младшей сестрой Дьяволицы Алого Особняка, тогда она точно была бы последним боссом в этой истории. *

Кошмар в Бездне

Два человека стояли лицом друг к другу в широком зале, который выглядел как величественный собор. Один из них носил струящуюся серебристую мантию соответствующую его серебряным волосам, и держал в одной руке подходящий серебряный меч. Другой был полностью одет в чёрное, носил повязку на глазу и имел руку-протез. Одетая в чёрное фигура держала револьвер в своих руках.

— Я поздравляю с тем, как далеко ты забрался, Парад Безумия Багрового Клыка. Или ты предпочёл бы, чтобы я называл тебя Бедствие Хаоса?

— Хмпф, зови меня как хочешь. Имя ничего более чем ярлык, налепленный на меня другими. Хотя я соглашусь, что моя способность к разрушению соответствует такому прозвищу. Ты встретишь свой конец здесь, Изначальный Бог. Или ты тоже предпочёл бы, чтобы я звал тебя более простым именем, Хаос Тьмы?

«Срань господня, почему эти имена звучат так бессмысленно нелепо?»

Одетый в чёрное сорвал свою повязку с глаза, чтобы открыть ослепляющий голубой глаз.

— Пришло время пробудиться, моя стальная демоническая рука!

В тот же момент как он прокричал, одетая в серебряное фигура отрастила крылья из спины, и меч засиял отчётливым серебряным светом.

— Очень хорошо. Я уважаю твою наглость. Мало кто так нахально бросал вызов богу. В качестве награды, я вырежу вечные муки в самой сути твоей души! — это было всем, что прокричала серебристая фигура.

«О боже, становится только хуже».

Когда их битва началась, одетый в чёрное прокричал заклинание.

— О алая вспышка, услышь мой зов и поглоти врагов моих– Багряный Разрез: Священнейший Резонанс!

Серебряновласый парень ответил также и прокричал заклинание.

— Хмпф, убого… Верни всё сущее в первозданный хаос– Отпущение Грехов!

Они продолжили двигаться туда сюда так какое-то время, их интенсивные атаки создавали великую битву, которая вероятно была единственной в своём роде.

«Я больше не выдержу… Пусть это закончится, умоляю».

Наконец, после третьей трансформации одетого в серебряное, и пробуждения одетого в чёрное своей абсолютной истиной силы, после того как они высвободили не только свои козырные карты, но и финальные техники, одетый в чёрное испустил свой победный крик. Он триумфально улыбнулся, покрытый с головы до пят ранами, которые ни один из жалких смертных не надеялся перенести…

— Хех, это был довольно приятный бой. В уважение к твоей поразительной силе, я преподнесу тебе дар, который ты можешь забрать с собой на тот свет. Моё настоящее имя, которое никто больше не знает… Я — Багряное Пламя Белого Демона–

«Умоляю, просто убейте меня уже. Что угодно, сделайте что угодно, только прекратите этоооо».

— Остановите этоооооо!

— Хадзиме!? Что случилось, ты в порядке?

Глубоко в лабиринте, Хадзиме скинул одеяло, укрывающее его, и вскочил на ноги, тяжело дыша. Юэ, тоже в панике, вскочила и нежно обняла Хадзиме, чтобы успокоить его.

— Ч-Что за ужасающий кошмар… Юэ, могу я попросить тебя кое о чём?

— …Ммм?

— Если я когда-либо начну становиться как эти помешанные сумасшедшие, используй своё Лазурное Пламя и приведи меня в чувство, умоляю.

Юэ осознала, что Хадзиме должно быть всё ещё переживал из-за кошмара, поскольку всё, что он говорил, было бессмыслицей. Тем не менее, она кивнула, чтобы приободрить его.

— …Ммм. Положись на меня. Если ты когда-либо начнёшь становиться как один из этих помешанных сумасшедших, я обязательно тебя остановлю.

Никто из них не осознавал, что они друг друга недопоняли. Хадзиме, говоривший об увиденном в кошмаре, и Юэ, о том, как он мог стать монстром, но… Хадзиме успокоился после этого, чего было достаточно, чтобы удовлетворить Юэ, так что они оба вернулись ко сну, обнимая друг друга.

До тех пор пока рядом была Юэ, Хадзиме был в безопасности от падения в эту сторону… возможно.

Игра Освободителей

— Мастер Огня на 12-4 атакует мечника на 8-6. Огненное копьё, магическая атака, элемент огня.

— Ммм…

В глубине Великого Лабиринта Оркуса, внутри личной комнаты Оскара Оркуса, молодой парень триумфально улыбнулся, тогда как девушка рядом с ним погрузилась в глубокие раздумья. Её голос был поразительно соблазнителен. Этими двумя, разумеется, были Хадзиме Нагумо и Юэ. Они оба сидели на диванах друг напротив друга с прозрачным столом, поставленным между ними. На столе была квадратная металлическая доска, и около 64 фигур стояло в разных её местах. Они наслаждались шахматной игрой иного мира перед сном.

Как любой мог предположить из иного количества фигур, правила также слегка отличались. Например, на доске было 256 клеток. Ещё доска была разделена на разные участки, такие как горы, реки, леса, холмы, равнины и тому подобное, и фигуры были классифицированы как магические, либо как физические бойцы.

Каждая фигура могла выучить разные навыки и урон, который они наносили каждой атакой, зависел от навыка и элемента. Игроки также должны были следить за разными ресурсами, такими как мана.

Наиболее увлекательным моментом было то, что благодаря какому-то магическому устройству все фигуры исполняли свои действия. Даже сейчас, Хадзиме, который был всё ещё новичком в игре, восхищался тем, как его мастер огня выпустил мини-вспышку в солдата Юэ, который сложился пополам, крича от боли: «К-Как это возможно!» — прежде чем рухнуть. В ответ, один из магов Юэ самостоятельно двинулся, чтобы отнести поверженную фигуру с доски, крича: «Так вот как ваша сторона ведёт дела, а!?»

— Я тут раздумывал, но есть ли какой-либо способ удалить все эти сценические штуки?

— …Если не можешь ты, Хадзиме, я не думаю, что кто-то из живущих способен. Это вероятно связанная работа всех навыков Освободителей.

Это действительно было впечатляюще. Чудовищная растрата навыка, но тем не менее впечатляющая. Впечатление Хадзиме об Освободителях немного поменялась, когда он нашёл это.

Теперь был ход Юэ, она отправила своего рыцаря вперёд зарубить мастера пламени Хадзиме. Рыцарь продемонстрировал прекрасное выступление насаживания мастера огня на копьё, разрывая его на кусочки. Секундой позже, уничтоженные кусочки мастера огня регенерировали, и он радостно ушёл с доски.

Когда его мастера огня уничтожили, Хадзиме слегка вздрогнул. Не потому что он был опечален потерей фигуры, а потому что в эту версию шахмат была встроена интересная функция, называемая, След Боли. Каждый из игроков заранее регистрировал свою ману в доске, и каждый раз, когда один из игроков терял фигуру, он получал небольшой удар током.

— Убийца на 13-9. Атакуй вражеского крестоносца. Разрез, навык, повышенный критический удар.

— Нхаа.

Убийца Хадзиме подобрался сзади к крестоносцу Юэ и безжалостно его обезглавил. Когда голова крестоносца прокатилась по земле, королева Юэ прокричала в отчаянии:

— Мой дорогой рыцарь!

Рядом с ней король навис над ней с обвиняющим тоном.

— Что? Мой дорогой рыцарь? И что же ты имела в виду под этим, а, дорогая? — и таким образом измена королевы была раскрыта.

После ещё нескольких ходов было обнаружено, что король имеет незаконнорождённого сына, и матерью была никто иная как королева другой стороны. Из ревности, королева Юэ изменила со своим придворным магом, но затем позже обнаружилось, что придворный маг имеет своего собственного любовника, и что он был мужиком, и этим мужиком был никто иной как придворный маг армии Хадзиме. Любовь расцвела между ними, и вся королевская семья была в это втянута. Честно, это ощущалось больше как драма, чем шахматы.

— Юэ, как так получается, что ты так стонешь каждый раз, как теряешь фигуру? Это не настолько больно, не так ли?

— …Ты продолжаешь атаковать все мои слабые места, Хадзиме.

— Лгунья. Тут нет такой… Нет, постой. По какой-то причине сегодняшние удары всё время фокусируются на моей–

— Фуфуфу, это моя работа. Я включила функцию, которая сканирует подсознание игроков и стимулирует то место, которое наиболее чувствительно. Я обнаружила это в пользовательской инструкции. К тому же, ты можешь контролировать напряжение удара, и сегодня я поставила его на максимум.

Хадзиме внезапно содрогнулся. Инструкция для пользователей была длиной 500 страниц, так что у него не хватило терпения прочитать больше пары страниц из них. Он не был уверен, прочитала ли она её всю, или нашла все эти функции случайно, но Юэ теперь имела преимущество над ним.

Но по-настоящему пугающим было то, что при каждой потере фигуры Хадзиме мог ощутить покалывание в семейных самоцветах. «Так вот что она задумала». Благодаря своим сопротивлениям, удар был по большей части погашен, но с тем как соблазнительно стонала Юэ при каждой потере фигуры, это был только вопрос времени, когда его малыш решит выглянуть. Насколько бы превосходящей его армия ни была, он не сможет победить таким темпом. Поэтому Хадзиме повысил голос, намереваясь закончить это так быстро как это возможно.

— Мастер земли на 16-7. Линейная атака с 16-8 до 16-10. Оползень, магическая атака, элемент земли, продвинутый навык.

Он жертвовал своей способностью двигаться пару ходов, чтобы исполнить эту атаку по зоне. Когда атака прошла, Юэ снова застонала, безвольно упав на диван, когда электрошок, наконец, закончил свой путь. Сейчас она едва подрагивала, и её чёрное цельное платье слегка задралось, открывая её голые ноги.

— Извини, Юэ, но я воспользуюсь этим. Я не могу позволить себе проиграть, когда моя мужская гордость на кону.

— …Ммм, так ты, наконец, нападаешь на меня всерьёз.

Капли пота сформировались на лбу у Юэ, а её щёки были слегка раскрасневшимися. Подумав мгновение, она предложила кое-что интересное.

— Если ты так уверен в этом матче, как насчёт сделать маленькую ставку?

Хадзиме осторожно расспросил её о больших подробностях, и Юэ сказала, что победитель сможет сделать один любой запрос у проигравшего. Оказалось, что запросом Юэ будет, чтобы они носили одинаковый набор одежды один день, когда выберутся на поверхность.

В то время как мини-солдаты внизу кричали смертельные проклятья друг другу и вели жестокую войну на выживание, Хадзиме и Юэ обсуждали своё следующее свидание. Это было очень сюрреалистично. Это также сломало напряжение. Со своей стороны, Хадзиме не хотел делать ничего смущающего, так что сделал дерзкий ход.

— Королева на 14-5! Активировать особую способность королевы, Благословение владыки!

Он рискнул отправить свою сильнейшую фигуру на линию фронта, чтобы позволить ближайшим фигурам сделать скоординированную одновременную атаку. Все его войска на определённом количестве клеток начали одновременно атаковать! Незаконный ребёнок короля умер во время битвы! Король Юэ и королева Хадзиме сильно сожалели об их потере, но битва всё ещё не утихала! И в итоге, стоны Юэ становились ещё громче, чем раньше!

Эта битва оказалась поворотным моментом в игре, и в итоге Юэ была побеждена. Любовная история короля Юэ и королевы Хадзиме продолжилась, и они закончили тем, что насадили друг друга на свои мечи. Наконец, король Хадзиме, который не проронил ни слова за всю игру, объявил победу своей стороны и игра закончилась.

Хадзиме испустил вздох облегчения, довольный, что ему больше не придётся смущать себя на поверхности. Но поскольку Юэ дулась, он закончил компромиссом и согласился надеть один любой из запрошенных ею нарядов, мгновенно улучшая её настроение. «Так вот, что они подразумевает, когда говорят, что ты выиграл бой, но проиграл войну».

Как и всегда, Хадзиме никогда не мог победить у Юэ.

Сны о семье

Приятный аромат обжаренного мяса и соевого соуса распространялся по воздуху. Сорока с чем-то летняя дама стояла на кухне, фартук оборачивал её талию, а её волосы были завязаны в конский хвостик.

Женщина, Сумире Нагумо, была занята умелым изготовлением блюд. Она подняла своё лицо к потолку и прокричала.

— Хадзиме, Дорогой, время кормёжки!

После короткой паузы, стали слышны две пары ног, спускающиеся с лестницы.

— Мам, можешь, пожалуйста, просто позвать на ужин как нормальный человек? — Хадзиме Нагумо изображал раздражение на своём лице, входя в кухню… Тёмные мешки расположились у него под добрыми глазами. Он взглянул на то, что приготовила его мама, пока помогал накрывать на стол, и его глаза заблестели.

— Восхитительно, сегодня ты сделала Гамбургский стейк. Не удивительно, что в доме так приятно пахло.

Отец Хадзиме, Нагумо Сю, воткнул свои две копейки. Он был худощавым мужчиной с короткими волосами. Как и у его сына, у него были мешки под глазами.

Пара закончила накрывать на стол и с энтузиазмом накинулись на блюдо, приготовленное для них Сумире. Они набивали свои рты Гамбургским стейком и белым рисом, как будто были оголодавшими. Сумире хихикнула, наблюдая как они едят, и пробубнила слова несогласия: «Нет, я думаю, время кормёжки подходит вам двоим просто идеально».

— Что ж, вы сумели закончить в срок этот отлов ошибок?

— Мммгх… Ммн… Ага, едва. Эта игра реально крутая.

— Глоть… лучше ей быть именно такой. Будущее моей компании зависит от этой игры. У тебя есть хотя бы представление о том, как много мы вложили в её создание? Я останусь без работы, если эта игра окажется не крутой. Хотя я полагаю, что если потеряю работу, то смогу потратить всё своё время играя в игры, пытаясь понять что я сделал не так.

— Отец, таких людей зовут NEET’ами.

— Не NEET, сынок, а затворник. Затворники, которые могут обеспечивать себя сами — это те, кого мы зовём победителями по жизни, — блестяще исполнил рипост Сю. Такова была его философия. Однако мама была в этом вопросе не лучше.

— Разумеется, — ответила она. Это был результат наличия отца, который руководил игровой компанией, и матери, которая была сёдзё-мангакой. Их образ мысли был не совсем точно верным. По факту, когда они узнали, что над Хадзиме издеваются в школе, их советом, если его можно так назвать, было нечто в подобном ключе:

— Делай то, что захочешь. Если хочешь перевестись, переведись. Если хочешь дать сдачи, дай сдачи. Если хочешь стать затворником, стань затворником. К чёрту, мне всё равно пусть тебя даже исключат, я тебя найму. Неважно выгнали тебя из школы или у тебя есть десять докторских степеней, те, кто делают деньги в итоге — победители.

Хотя Хадзиме был более практичного склада.

— Это важно иметь запасные планы для обеспечения финансовой стабильности, так что школа крайне важна, — только в этом домовладении можно было услышать, как ребёнок говорит своим родителям о важности обучения в школе.

«Но, что ж, я рад, что Мама и Папа такие, поскольку было бы неудобно, если бы они устроили большое дело из-за всего этого».

Тем временем, его родители вели по-настоящему абсурдную беседу.

— Я начинаю думать, что наш сын заимел некоторые лоликонские наклонности.

— Ему однозначно нравятся персонажи лоли, — он быстро вернул мысли в настоящее и сердито взглянул на своих родителей.

— Ну-у, ну-у, нет необходимости так глазеть на нас. Ты — тот, кто добавил лоли-блондинку в игру, не я, — сказал Сю.

— И что, это не делает меня лоликонщиком. Ты взрослый человек, ты должен уметь понимать разницу между играми и реальностью, — ответил Хадзиме.

— Верно, ты ещё и по звериным ушкам. Особенно кроличьим ушкам. Я рада, что мой сын вырос аристократом с таким прекрасным вкусом, — также вмешалась Сумире.

Хадзиме дуясь вернулся к ужину, пока его родители лыбились рядом. Они довольно часто объединялись вот так против своего единственного сына.

— Я гарантирую, что ты объединишься с лоли, если когда-либо окажешься призванным в иной мир. Только помни, нападать на малолетних девочек всё ещё преступление. Я уверен, даже в иных мирах есть законы запрещающие секс с детьми. В последнее время с этим даже в играх разбираются.

— Не делайте просто так свои собственные предположения. И, пожалуйста, можете прекратить называть меня лоликонщиком?

Пресытившись подколками родителей, Хадзиме немного вспылил. Осознав, что зашёл немного далеко со своим подшучиванием, его отец извинился, пока смеялся.

— Но ты же здоровый молодой парень, так что я уверен, что ты заинтересован во всех этих сказочных мирах меча и магии. Разве отправиться в путешествие с милой героиней, влюбиться, и потом, наконец, одолеть богов или владык демонов или чего-то там, не твоя мечта?

— Это действительно звучит, как нечто о чём могут мечтать многие парни. И новеллы о тех, кто реинкарнирован в иных мирах или призван в иные миры, становятся популярными в последнее время. Хотя я бы не хотела, чтобы наш сын был призван. Что мы будем делать, если он не сможет вернуться обратно.

Сумире погрузилась в глубокие раздумья, приняв возможность призыва Хадзиме довольно серьёзно. Они оба обладали довольно гиперактивным воображением, которое Хадзиме решил было просто профессиональной деформацией. Он криво улыбнулся, наблюдая, как они серьёзно беспокоятся о его потенциальном исчезновении в ином мире.

— Я всё равно не думаю, что во мне есть то, что нужно для спасения мира.

Сю не был счастлив самоуничижающему отношению своего сына.

— Ты можешь представить себя сильнейшим хотя бы в своей голове, знаешь об этом?

Улыбка Хадзиме стала ещё более смущённой, но он ответил с уверенностью.

— Я уверен, что всё, на что я буду способен — это вернуться домой. И если я найду кого-то, кто будет для меня важен, я, наверное, просто притащу их с собой. Я, возможно, не буду способен спасти мир, но я обязательно вернусь назад.

— …– его родители внезапно прислонились головами друг к другу. Он пожал плечами, чтобы скрыть своё смущение, прежде чем продолжить.

— Кроме того, мне нравятся иные миры только пока они остаются в книгах и играх, — на этот раз его родители не подначивали его, а просто нежно улыбнулись.

— Это верно. Оставаться в безопасности намного важнее, чем спасать мир. Но если ты будешь достаточно силён, чтобы спасти его на обратном пути, почему бы и нет, верно? Хмм, может я должен сделать игру, в которой будет подобный протагонист…

— О, это звучит как довольно крутая идея. В этом есть довольно сюрреалистичный момент, когда протагонист заинтересован только добраться домой, но побеждает владыку демонов, богов и тому подобное, что встаёт на пути.

Их творческие позывы взяли над ними верх, и их беседа повернулась в сторону того, как они использовать эту идею в своих работах. Хотя иногда он мог сожалеть, что его родители всегда думали только об их хобби-работах, он тоже был их сыном, и начал предлагать свои собственные идеи в их обсуждении. Это был просто ещё один день в домовладении Нагумо.

Со слабым стоном, Сю открыл глаза и взглянул на лунный свет, струящийся через окно.

— …Что-то не так, дорогой?

— Сумире, у меня был сон о Хадзиме. Он был о том, как мы разговаривали об иных мирах за несколько дней до его исчезновения.

Сумире, подпёршись, приподнялась на кровати и приободрила своего подавленного мужа.

— Он вернётся домой… я уверена в этом. Неважно куда он отправился, даже если в другой мир, я уверена, он найдёт путь домой.

— Сумире…

— Поверь мне. Обычно он просто пытается разобраться не влезая в неприятности, но если есть что-то, во что он безусловно верит, тогда он последует за этим изо всех своих сил. Вот почему я знаю, что он будет в порядке.

— …Ты права. Я уверен, он будет в порядке.

Они оба прижались друг к другу поближе, думая об их сыне, который исчез вместе с целым классом учеников.

Примерно в то же время, Хадзиме тяжело открыл глаза глубоко в бездне. Он уставился в никуда, а его черты были подсвечены светом поддельной луны. Юэ села поближе к нему с вопросительным взглядом.

— У меня был сон о маме и папе. Не могу поверить, что все эти нелепые вещи, о которых мы шутили, действительно стали явью…

— …Хадзиме, всё будет хорошо. До тех пор пока мы вместе, мы со всем справимся. Мы обязательно вернёмся в твой мир, — ободряюще улыбнулась Юэ Хадзиме, с голосом полным уверенности. Он ласково погладил её по голове и кивнул в ответ.

— Ага, ты права. Мы обязательно сможем вернуться.

Только на мгновение, картина его родителей, обнимающих друг друга, вспыхнула в уме Хадзиме. Они обнимали друг друга печально, оба более тощие, чем он помнил. По какой-то причине, они оба взглянули наверх, когда прозвучала его решимость, как будто они услышали его.

Выражения его родителей немного улыбнулись, и было похоже, что они немного вернулись к себе прежним… или так ему по крайней мере показалось.