~6 мин чтения
Это произошло после того, как закончилась Битва Подземелий, немногим ранее возвращения Кемы и остальных.Если быть более точным, это было на следующий день, после того как Кема и Рокуко поспали вместе.«Сестренка.
Давай целоваться!»«Э?»Рокуко, которая, как предполагалось, готовилась к своему возвращению, внезапно сказала нечто столь шокирующее, что Хаку вздрогнула.«Ц-ц-целоваться? Под целовать ты имеешь ввиду то самое целоваться, верно?»«? Эмм, а есть другой вид поцелуев? Сестренка.»«Нет!! Нет, совсем нет… Хее, что за черт.
Я сплю? Это особый эффект дивана Отоу-сама?”Напившись накануне на вечеринке в честь победы, утром она обнаружила себя на диване, который ей подарил [Отец].
Проснувшись, она почувствовала себя очень отдохнувшей.Другими словами, был небольшой, нет, 50% шанс, что Рокуко предлагает ей сделать это, из-за какой-то способности, которой обладал диван.”Ннн, нхмм.
Нуу, ладно—””Океюшки, тогда прощу прошения за вторжения, сестренка.””Нму!?”Забравшись на стол, Рокуко вдруг прижалась губами к губам человека, сидящего за столом — Хаку.
Губа к губе, настоящий поцелуй.”… !?””Это один.
Нн~””П-п-подожди, Рокуко-тян! Дай мне десять, нет, пять минут!”Заблокировав Рокуко рукой, когда та уже нацелилась на второй поцелуй, Хаку на мгновение пожалела о своих действиях.“(Что что что что что ЧТО!? Что происходит!? Эээээ!?)”Сбитая с толку, Хаку побежала в ванную, чтобы почистить зубы.
Закончив с [Очисткой], она посмотрела на себя в зеркало, чтобы обеспечить себе самый лучший внешний вид, какой когда-либо имела.—За исключением румянца, залившего ее уши и щеки, все было прекрасно. Убедившись, что с волосами все в порядке, она вернулась в комнату, где ее ждала Рокуко, и уселась на свое место.“… Прости за ожидание.”“Добро пожаловать обратно, сестренка.
Продолжим?”»Д-да… Эмм, Рокуко-тян? Почему так внезапно?”Услышав вопрос Хаку, Рокуко наклонила голову.«Сестренка, разве ты не говорила мне, что я могу поцеловать Кему, если поцелую тебя сотню раз?”«…Да, теперь, когда я думаю об этом, так и было.”Да, она точно помнила, что говорила что-то такое.
Другими словами, Рокуко хотела поцеловать ее сотню раз, чтобы она смогла поцеловать Кему.
Хаку наконец сумела определить ситуацию.«Вот почему нам осталось девяносто девять!”«О-окей, Я-я поняла, но—!”Губы Хаку снова были насильно закрыты.
Что за агрессивность? Хаку казалось, что она вот-вот упадет в обморок, но она также абсолютно точно не могла позволить себе потерять сознание во время этого.
Даже если это будет стоить ей жизни, она должна оставаться в сознании.»Пхуа — если подумать, сестренка, целовать ведь можно не только губы, верно?””Подож-ннн!! Кья — н-нет, н-надо таааааам!!”Один, два, три — Рокуко быстро расцеловала ее щеку и шею.
Хаку задалась вопросом, где она обучилась этой технике, когда оказалась вынуждена испытать ее на собственном теле.Хаку не помнила, чтобы когда-нибудь учила ее этому.—Степень сексуального образования, которое она ей дала(чтобы убедиться, что в худшем случае она не наделает ошибок), представляла собой это: [Акт полового размножения — это выпуск грязных жидкостей ради получения удовольствия, заниматься этим актом, все равно что видеть в другом человеке мусорный бак.
Это самое худшее, что может сделать мужчина с женщиной и подобное предложение должно получить категорический отказ.
Начнем с того, что для человека это базовый акт, сродни экскреции].
Она также учила ее: [Поцелуи это то, что происходит между людьми, которые любят друг друга и не имеет значения, занимаешься этим ты с мужчиной или женщиной].Где она научилась дарить такие страстные поцелуи?В голову приходил только Кема или кто-то из Голена.
Или, возможно, она нахваталась этого от суккубов, которых Леона оставила в подземелье? Да, должно быть так.
Ах эта проклятая богами Леона—В этот момент Хаку почувствовал теплое, мягкое прикосновение к ее уху, заставившее ее тело подпрыгнуть.”Хьяа!? Р-Рокуко-тян, не надо тааам.…”“Но это же, ммху, твое ухо? У него вкус сестренки.”Барабанную перепонку щекотал шепот Рокуко и звук языка, прижимающегося к ее уху.
Мозг сотрясало от удовольствия.
Она никогда бы не подумала, что восхитительный голос Рокуко и ее прекрасный язык смогут так потрясти ее.Мое ухо—аааах, н-не лиииижи, а, хааах, хгууу … поразительно…!Она не слышала ничего, кроме звуков создаваемых облизыванием ее уха.”Н-нет, Рокуко-тян… м-мои уши, они мое… если ты продолжишь их лизать…!””Ох, они твое слабое место? Думаю, я просто продолжу … аам.””Ньяхи!? М-мое ушкоооо…!”Она таяла.
Рокуко заставляла ее мозг плавиться.Оба ее уха и все лицо были красными, как свекла, и она даже не могла этого скрыть.
Рокуко просто продолжала целовать Хаку.” …И это … сотый.”“… ах…”Как только Рокуко закончила с обещанной сотней поцелуев, она немного отстранилась от Хаку, выглядя немного смущенной… а что касается Хаку, получив эти поцелуи, она не могла вложить и капли сил в свои конечности.
Все что она могла делать — пялиться в потолок.”…Сестренка, у тебя слюнки текут.””Хья, хьяя.
Р-Рокуко-тян … когда ты так повзрослела?…””Фуфуфу, даже я могу повзрослеть!”С торжествующим выражением лица Рокуко ответила тем, что вовсе не было ответом. В этот момент Рокуко, казалось, пришла в голову идея.” …Может, еще сотню? Нет, двести… нет, нет! Триста!..?””Хьяа!..?”К концу дня Хаку была полностью истощена и даже не смогла проводить Рокуко.Сколько же раз в итоге Рокуко поцеловала Хаку? Что же… это навсегда останется тайной между ними.
Это произошло после того, как закончилась Битва Подземелий, немногим ранее возвращения Кемы и остальных.
Если быть более точным, это было на следующий день, после того как Кема и Рокуко поспали вместе.
«Сестренка.
Давай целоваться!»
Рокуко, которая, как предполагалось, готовилась к своему возвращению, внезапно сказала нечто столь шокирующее, что Хаку вздрогнула.
«Ц-ц-целоваться? Под целовать ты имеешь ввиду то самое целоваться, верно?»
«? Эмм, а есть другой вид поцелуев? Сестренка.»
«Нет!! Нет, совсем нет… Хее, что за черт.
Я сплю? Это особый эффект дивана Отоу-сама?”
Напившись накануне на вечеринке в честь победы, утром она обнаружила себя на диване, который ей подарил [Отец].
Проснувшись, она почувствовала себя очень отдохнувшей.
Другими словами, был небольшой, нет, 50% шанс, что Рокуко предлагает ей сделать это, из-за какой-то способности, которой обладал диван.
”Ннн, нхмм.
Нуу, ладно—”
”Океюшки, тогда прощу прошения за вторжения, сестренка.”
Забравшись на стол, Рокуко вдруг прижалась губами к губам человека, сидящего за столом — Хаку.
Губа к губе, настоящий поцелуй.
”П-п-подожди, Рокуко-тян! Дай мне десять, нет, пять минут!”
Заблокировав Рокуко рукой, когда та уже нацелилась на второй поцелуй, Хаку на мгновение пожалела о своих действиях.
“(Что что что что что ЧТО!? Что происходит!? Эээээ!?)”
Сбитая с толку, Хаку побежала в ванную, чтобы почистить зубы.
Закончив с [Очисткой], она посмотрела на себя в зеркало, чтобы обеспечить себе самый лучший внешний вид, какой когда-либо имела.
—За исключением румянца, залившего ее уши и щеки, все было прекрасно. Убедившись, что с волосами все в порядке, она вернулась в комнату, где ее ждала Рокуко, и уселась на свое место.
“… Прости за ожидание.”
“Добро пожаловать обратно, сестренка.
Продолжим?”
»Д-да… Эмм, Рокуко-тян? Почему так внезапно?”
Услышав вопрос Хаку, Рокуко наклонила голову.
«Сестренка, разве ты не говорила мне, что я могу поцеловать Кему, если поцелую тебя сотню раз?”
«…Да, теперь, когда я думаю об этом, так и было.”
Да, она точно помнила, что говорила что-то такое.
Другими словами, Рокуко хотела поцеловать ее сотню раз, чтобы она смогла поцеловать Кему.
Хаку наконец сумела определить ситуацию.
«Вот почему нам осталось девяносто девять!”
«О-окей, Я-я поняла, но—!”
Губы Хаку снова были насильно закрыты.
Что за агрессивность? Хаку казалось, что она вот-вот упадет в обморок, но она также абсолютно точно не могла позволить себе потерять сознание во время этого.
Даже если это будет стоить ей жизни, она должна оставаться в сознании.
»Пхуа — если подумать, сестренка, целовать ведь можно не только губы, верно?”
”Подож-ннн!! Кья — н-нет, н-надо таааааам!!”
Один, два, три — Рокуко быстро расцеловала ее щеку и шею.
Хаку задалась вопросом, где она обучилась этой технике, когда оказалась вынуждена испытать ее на собственном теле.
Хаку не помнила, чтобы когда-нибудь учила ее этому.
—Степень сексуального образования, которое она ей дала(чтобы убедиться, что в худшем случае она не наделает ошибок), представляла собой это: [Акт полового размножения — это выпуск грязных жидкостей ради получения удовольствия, заниматься этим актом, все равно что видеть в другом человеке мусорный бак.
Это самое худшее, что может сделать мужчина с женщиной и подобное предложение должно получить категорический отказ.
Начнем с того, что для человека это базовый акт, сродни экскреции].
Она также учила ее: [Поцелуи это то, что происходит между людьми, которые любят друг друга и не имеет значения, занимаешься этим ты с мужчиной или женщиной].
Где она научилась дарить такие страстные поцелуи?
В голову приходил только Кема или кто-то из Голена.
Или, возможно, она нахваталась этого от суккубов, которых Леона оставила в подземелье? Да, должно быть так.
Ах эта проклятая богами Леона—
В этот момент Хаку почувствовал теплое, мягкое прикосновение к ее уху, заставившее ее тело подпрыгнуть.
”Хьяа!? Р-Рокуко-тян, не надо тааам.…”
“Но это же, ммху, твое ухо? У него вкус сестренки.”
Барабанную перепонку щекотал шепот Рокуко и звук языка, прижимающегося к ее уху.
Мозг сотрясало от удовольствия.
Она никогда бы не подумала, что восхитительный голос Рокуко и ее прекрасный язык смогут так потрясти ее.
Мое ухо—аааах, н-не лиииижи, а, хааах, хгууу … поразительно…!
Она не слышала ничего, кроме звуков создаваемых облизыванием ее уха.
”Н-нет, Рокуко-тян… м-мои уши, они мое… если ты продолжишь их лизать…!”
”Ох, они твое слабое место? Думаю, я просто продолжу … аам.”
”Ньяхи!? М-мое ушкоооо…!”
Она таяла.
Рокуко заставляла ее мозг плавиться.
Оба ее уха и все лицо были красными, как свекла, и она даже не могла этого скрыть.
Рокуко просто продолжала целовать Хаку.
” …И это … сотый.”
Как только Рокуко закончила с обещанной сотней поцелуев, она немного отстранилась от Хаку, выглядя немного смущенной… а что касается Хаку, получив эти поцелуи, она не могла вложить и капли сил в свои конечности.
Все что она могла делать — пялиться в потолок.
”…Сестренка, у тебя слюнки текут.”
”Хья, хьяя.
Р-Рокуко-тян … когда ты так повзрослела?…”
”Фуфуфу, даже я могу повзрослеть!”
С торжествующим выражением лица Рокуко ответила тем, что вовсе не было ответом.
В этот момент Рокуко, казалось, пришла в голову идея.
” …Может, еще сотню? Нет, двести… нет, нет! Триста!..?”
К концу дня Хаку была полностью истощена и даже не смогла проводить Рокуко.
Сколько же раз в итоге Рокуко поцеловала Хаку? Что же… это навсегда останется тайной между ними.