Том 1 Глава 488

(Перевод: Ориана)

Сакураи Яёко не ушла сразу же. На самом деле она не знала, куда ей идти.

Пойти к учителю, который будет продолжать ей намекать, чтобы она отдалась Кирихаре Йоске? Или вернуться в свою холодную квартиру? Сакураи Яёко была сиротой, у нее не было родителей.

Ода Такума рассказал ей, что ее родители погибли в автокатастрофе. Однако однажды она искала записи об автомобильных авариях того года, но не нашла никаких зацепок. Что ж, это больше не имеет значения.

В душе она казалась очень холодным человеком. У нее не было вещей, которые были бы ей дороги, людей, которых бы она любила, и никаких дел, которые она должна была сделать.

Она просто пришла сделать то, что сказал ей учитель.

То, что она делала сегодня, вызывало у нее противоречивые чувства. В результате ее неожиданно прервала Танигути. Вот и хорошо. На самом деле, она не задумывалась, хочет ли она делать это.

Похоже, Ода Такума никогда не задумывался, что у людей могут быть свои собственные мысли.

Сакураи почувствовала себя потерянной. Она действительно не знала, куда ей следует идти.

Внезапно за дверью послышались шаги. Люй Шу просунул голову и с улыбкой сказал: «Сакураи, почему бы тебе не пойти с нами за продуктами? Хватит на сегодня тренировок».

Сакураи Яёко сидела на полу, обняв колени. Она вдруг недоверчиво подняла голову: «Я?»

«Да. Пойдем», – с веселой улыбкой сказал Люй Шу.

«Хорошо», – Сакураи тоже улыбнулась. Она не знала почему, но почему-то ее настроение стало чуточку лучше.

В этот момент она вдруг почувствовала, что ее учитель, возможно, прав. Было бы неплохо остаться с этим молодым человеком.

Они сказали, что пошли за продуктами, но не прошло много времени, как они втроем уже сидели в небольшом ресторанчике. Перед каждым стояла порция гречневой лапши соба. Посуда была изящной и красочной, но порция была немного маловата. Люй Шу быстро прикончил ее: «Хозяин, еще порцию».

Владелец заведения средних лет с улыбкой посмотрел на него, как будто Люй Шу действительно оценил его кулинарные способности.

Сакураи Яёко и Танигути Фумиё ели аккуратно, небольшими кусочками, а рядом с ними Люй Шу с урчанием заглатывал лапшу. Похоже, у него был хороший аппетит…

«Кирихара-кун, – внезапно спросила Сакураи, – ты не волнуешься?»

Люй Шу растерялся: «Насчет чего?»

Сакураи опустила голову и продолжила есть лапшу: «Да так, ничего».

Она поняла, что сказала что-то не то. По сценарию она должна быть девушкой, которая понятия не имела об отношениях между семьей Кирихара и Собранием богов. Ей не следовало задавать такой вопрос, но все же необъяснимым образом он вырвался наружу.

…

На следующий день во время уроков Люй Шу по-прежнему спал на солнышке у окна. Приближалось время выпускного экзамена, но он, похоже, совсем не волновался.

Во время утреннего урока физкультуры весь класс играл в футбол. В самом начале игры Люй Шу с силой пнул по мячу, взорвав его, а затем с важным видом удалился, как будто здесь никого больше не было. Сакураи была ошарашена, когда увидела, что Люй Шу так бессовестно издевается над обычными учениками, используя свою силу практикующего.

Разве практикующий не должен обладать достоинством практикующего? Что ты творишь?!

Тиба сидела на краю спортивной площадки. Ее подруга, сидевшая рядом с ней, с любопытством спросила: «С тех пор, как появилась Сакураи Яёко, ты стала какая-то несчастная. Все еще будешь говорить, что тебе не нравится Кирихара-кун?»

Только она думала, что Тиба, как обычно, начнет возражать, но на этот раз она ничего не сказала.

«Я слышала, что в додзё в доме Кирихары-куна снова начался набор учеников. Занятия проводятся каждую субботу и воскресенье. Я собираюсь в эти выходные сходить посмотреть. Ты пойдешь?» – закинула удочку ее подруга.

Тиба долго не отвечала: «Что?»

«Я спрашиваю тебя, ты пойдешь к Кирихаре-куну учиться кэндо? – ее подруга снова подчеркнула. – Если он тебе нравится, не сдавайся».

«Пойду!»

…

На последнем уроке во второй половине дня Сакураи Яёко слушала учителя. Практика практикой, перевод переводом, но учеба Сакураи всегда была безупречна.

В действительности, это была одна из причин, почему одноклассники восхищались Сакураи Яёко. Она была не только талантлива в кэндо, но и была обладательницей множества наград в соревнованиях среди школьников Сайкё.

Ее считали гениальной во всех отношениях.

В тот момент, когда она внимательно слушала урок, Люй Шу, сидевший рядом с ней, внезапно передал ей маленькую записку. Она подняла голову и осторожно бросила взгляд на учителя и одноклассников, прежде чем открыть записку: «Сегодня вечером дома никого не будет».

Сакураи на мгновение остолбенела. Она почувствовала облегчение, а может быть, ее сердце наполнилось какими-то другими сложными эмоциями.

Учитель наседал на нее, чтобы она скорее завоевала Кирихару Йоске, но она никак не могла этого сделать по субъективным и объективным причинам, поэтому учитель тоже был немного недоволен.

А что касается Люй Шу, то она вдруг поняла, что этот вопрос не вызывает у нее отвращения.

Люй Шу быстро ушел после занятий, но Сакураи не отправилась за ним в додзё. Вместо этого она вернулась в свою квартиру. Она долго-долго стояла перед зеркалом, пока не стемнело.

Сакураи достала из шкафа свое самое красивое кимоно. Цветы сакуры на кимоно были как живые. Казалось, стоило ей пошевелиться, и с одежды упадут светло-розовые лепестки.

Она полностью разделась и накинула только кимоно.

После этого она нанесла легкий макияж и накрасила губы губной помадой.

Краски танцевали на ее губах, делая их полными искушения. Если бы кто-нибудь сейчас увидел внешность Сакураи Яёко, пожалуй, он бы не поверил, что ей всего 17 лет.

Для Сакураи эта ночь будет иметь очень большое значение, хотя это и было ее задание.

Она как будто собиралась попрощаться со своим прошлым с торжественной церемонией. С этого дня в ее сердце будет жить другой человек.

У Сакураи Яёко очень традиционное имя, и ее характер на самом деле очень традиционен, потому что все образование, которое она получила вне школы, преподавалось учителями, тщательно подобранными ее учителем, и некоторые из них даже пользовались большим уважением.

(п.п. – относительно традиционности ее имени: Яёко означает «рожать ребенка». А насчет фамилии Сакураи, я думаю, понятно и без объяснений, что это прилагательное от слова «сакура»)

Она посмотрела на себя в зеркало и осталась очень собой довольна. Она думала о другом человеке, с которым завершит эту церемонию прощания, и также испытывала удовольствие от мысли об этом.

Она надела белые матерчатые носки и деревянные сандалии гэта и медленно вышла на улицу. Дверь за ней с грохотом захлопнулась.

(п.п. – гэта – деревянные сандалии в форме скамеечки, одинаковые для обеих ног (сверху имеют вид прямоугольников со скруглёнными вершинами и, возможно, немного выпуклыми сторонами). Придерживаются на ногах двумя ремешками, проходящими между большим и вторым пальцами. Такую обувь носили во время отдыха и в ненастную погоду. На сегодняшний день это традиционная обувь, надеваемая с кимоно. С гэта обычно надевают белые матерчатые носки высотой до лодыжки с отделенным большим пальцем – таби)

Ночные неоновые огни Сайкё были ослепительны. Люди в костюмах с кожаными портфелями шли в идзакая со своими друзьями. Они отработали целый день, и, наконец, пришло время расслабиться.

Это действительно был город, полный мирских привычек, но с некоторой долей холодности и вежливости.

Двадцать минут спустя Сакураи Яёко стояла перед двором школы боевых искусств и смотрела на закрытую дверь. Она постучала в дверь... никакого ответа.

Она постучала еще раз. По-прежнему никакого ответа.

Одетая в красивое кимоно, Сакураи долго в оцепенении стояла у двери…

Так сегодня вечером действительно дома никого нет?!

«Очки негативных эмоций от Сакураи Яёко, +999!»