Том 1 Глава 3

Зик шёл по устланному толстым ковром коридору.

Как и полагается знатной семье, стены были роскошно прибраны. Однако они не совсем соответствовали статусу графской семьи. Создавалось впечатление, что хозяин дома свёл количество украшений к минимуму, чтобы соответствовать своему статусу, и всё это намекало на характер и личность хозяина замка.

Однако Зика не интересовали окружающие его украшения, и он погрузился в раздумья.

"Мой отец?"

Его отец был тем, про кого он забыл после ухода из семьи.

"Наверное, он хочет поговорить со мной о том, зачем я избил того слугу и рыцаря".

Если вспомнить порядок событий, то Зик был не виновен. Он нанёс им несколько больше ран, чем стоило, но если рассматривать то, что слуга и рыцарь отнеслись к нему столь неуважительно, то Зик не был виноват. Особенно это касалось слуги: он заслуживал того, чтобы ему перерезали горло.

"Это было бы нормальным поступком".

К сожалению, его семья не проявляла по отношению к нему даже минимальных проявлений "нормальности". В прошлом это и послужило причиной, по которой Зик покинул свою семью.

Стоп!

Зик остановился перед дверью с гравировкой в виде свирепой морды волка. Рядом с дверью стояли солдаты с мечами.

Зик наклонил голову в их сторону.

Тук-тук-тук!

Один из солдат постучал в дверь.

–Милорд, мастер Зик прибыл.

–Пусть войдёт.

Низкий и серьёзный голос просочился через дверь.

–Пожалуйста, проходите внутрь, сэр.

Солдат вернулся на своё место, а Зик на мгновение уставился на дверь.

"Помнится, раньше мне было трудно пройти через эту дверь".

Зик плохо помнил своё прошлое. Сейчас он был совсем другим человеком, и у него не было ни малейшего страха, когда он толкнул дверь.

Первой фигурой, которую увидел Зик, был старик с серебряной бородой похожей на проволоку, сидящий на большом стуле. Из-за того, что его большие глаза и упрямые губы выделялись ,  Зик понял: этот человек - его отец и хозяин замка, граф Стилволл.

Граф был не единственным человеком в комнате. Рыцарь Байнер и слуга стояли рядом с ним, они были полностью исцелены и в полном порядке, как будто их вылечили дорогим зельем или над ними поработал искусный целитель.

"И..."

Были и другие люди.

"Это моя мать и младший брат".

Даже со слабыми морщинками вокруг глаз и рта его мать, Флорелл Стилволл, была красавицей. Держа руки матери, сидел и его младший брат, Грейг Стилволл, с рыжевато-коричневыми волосами и гладким лицом. Именно из-за этих людей даже слуги плохо относились к Зику.

"Но я не могу винить только их..."

Зик снова перевёл взгляд на графа.

"Ведь всё это не произошло бы без его одобрения".

Хозяин диктовал, как действовать его семье, а значит, плохое обращение с Зиком было тем, чего хотел и его отец.

Пронзительные глаза графа уставились на Зика. Если бы это был прежний Зик, он бы опустил взгляд и вежливо поприветствовал его. Но теперь Зик был другим. Он стоял прямо и продолжал смотреть в глаза графу.

Дёрг!

Брови графа сдвинулись.

– Неужели ты забыл, как произносить элементарное приветствие?

Голос графа был тихим, но наполненным яростью. Если бы на его месте был Зик как Владыка Демонов Силы, он бы посмеялся над яростью графа и разбил бы его голову о стол, но, к удивлению, Зик склонил голову, хотя даже этот жест был сделан максимально пренебрежительно.

Граф ещё больше сдвинул брови.

"Он, должно быть, раздражён".

Зик остановился. Он подумал о том, чтобы всё испортить, как он сделал бы, будучи собой в своей прошлой жизни, но отказался от этой идеи. Это было невозможно сделать с тем телом, которое у него сейчас. На протяжении сотен лет Стилволл были выдающейся семьёй, защищавшей королевство от чужеземных нападений. Их сила была одной из величайших в мире.

Кроме того, Зику ещё предстояло решить, как жить дальше. Он не хотел всё испортить с самого начала. Конечно, стандарты Зика в отношении "испортить" отличались от общепринятых, но всё же.

– Посмотрите на него, милорд. Этот ребёнок не изменил своих взглядов. Разве я не говорил вам? Он больше не проявляет даже элементарного этикета. Этот ребёнок всегда не уважал свою мать и брата, а теперь он не уважает собственного отца! Как далеко зайдёт его дерзость?!

"Вау. Вы только посмотрите на неё."

Наблюдая за тем, как его мать… Нет, мачеха, плачет крокодиловыми слезами, Зик рассмеялся в своей голове.

Грейг добавил и свой комментарий:

– Отец и мать. Брат, должно быть, немного устал. Я уверен, что у него нет никаких дурных намерений.

"Яблоко от яблони недалеко падает."

Зику захотелось разразиться смехом над претенциозным ответом брата. Семья Зика была сложной, но в чём-то её можно было объяснить просто. Нынешняя графиня вошла в семью после смерти его матери, а его сводный брат родился позже. Короче говоря, графиня хотела, чтобы её собственный сын стал следующим наследником вместо старшего сына и законного наследника.

"Даже дешёвый, третьесортный роман не был бы таким клише".

Но для Зика это была реальность.

– Что ты можешь на это сказать?

Голос графа стал более грубым, возможно, из-за слов Грейга. Однако Зик не собирался успокаивать гнев отца.

– Что ты хочешь, чтобы я сказал?

Зик даже не пытался скрыть свой мятежный тон. Все, включая графа, были удивлены. Они всегда думали, что Зик Стилволл - робкий человек, который особенно послушен графу, но на самом деле это был способ Зика взывать к вниманию и помощи отца в его запущенном состоянии.

Но это уже не имеет для меня значения.

Бам!

Граф ударил кулаком по столу. Все в комнате вздрогнули от ярости графа, но Зик остался спокоен.

– Твои манеры были единственной удовлетворительной чертой в тебе, но теперь ты отбрасываешь и её?! Как ты собираешься унаследовать имя семьи с таким отношением?

– Ты вообще собираешься сделать меня наследником?

– Что?!

Граф потерял дар речи, услышав неожиданный ответ Зика. Присутствующие в шоке уставились на этот "обмен любезностями" .

– Конечно! В конце концов, ты самый старший! Вполне естественно, что я назначил тебя наследником, но, конечно, при условии, что у тебя не будет недостатков!

Зик чувствовал недовольство в голосе графа, хотя граф говорил так, словно был на стороне Зика. Он даже добавил часть про отсутствие недостатков.

"И он сам выберет, что это будет за недостаток".

Утрированными движениями Зик согнул спину.

– Подумать только, наш уважаемый отец был так справедлив в своих мыслях. Услышав это, ваш недостойный сын чувствует себя так, будто летит в небесах.

Похвала была эквивалентна сарказму, и лицо графа покраснело. Но первым отреагировал не граф.

– Как ты можешь проявлять такую дерзость по отношению к своему отцу?! Немедленно извинись перед ним! - вскричала графиня.

– Как же я мог к нему так обратиться? Я восхищаюсь им всем сердцем! Должно быть, произошло недоразумение.

В довершение всего Зик добавил ещё одно слово.

– Мама.

Графиня, которая собиралась продолжить, закрыла рот. Она выпучила глаза, которые бегали из стороны в сторону.

– Матушка? Это то, что ты только что сказал?

– Да, отец. Я всегда использовала термин "графиня", но разве это не звучит слишком отстраненно и как-то не по-семейному, что ли? Ты тоже так думаешь, мама?

Выражение лица графини полностью искривилось. Она выглядела так, словно перед ней стоял отвратительный жук, но Зик продолжал:

– Матушка, вы выглядите бледной. Матушка, у вас ничего не болит? Матушка, быть может, мне позвать лекаря?

Графиня вздрагивала каждый раз, когда Зик называл её "матушка". Как будто она ела что-то горькое, её щеки дергались, но Зик находил в этом забаву и продолжал упоминать матушку в каждой реплике. Графиня знала, что это нарочно, но ничего не могла сказать. В конце концов, он должен был быть её сыном, и она никак не могла запретить ему называть её мамой.

– Я в порядке. Мне ничего не болит.

– Дорогая мама, я рад, что с тобой всё в порядке. Но, мама, на всякий случай, пожалуйста, пройди обследование у врача. Не думаю, что до тех пор я буду спокоен, мама.

– Кхах!

Как будто что-то застряло у неё в горле, графиня начала бледнеть. Затем граф притворно кашлянул и прекратил дразнилки Зика.

– ...Знаешь ли ты, почему я позвал тебя сюда сегодня?

Граф проанализировал выражение лица Зика. Тот выглядел не таким, как обычно.

– Наверное, это как-то связано с этими двумя, верно?

Зик указал на слугу и рыцаря.

– Да. С тем, что ты сделал!

– Я искренне прошу прощения, отец.

Зик склонил голову. Его вежливое извинение полностью контрастировало с его бунтарским поведением минуту назад. Граф потерял дар речи от внезапной перемены в поведении Зика, а то, что он сделал после этого, удивило его ещё больше.

– Простите, что побеспокоил вас сим инцидентом. Всё из-за моей неопытности в этих делах. Впредь я буду заботиться о таких вещах с ещё большей аккуратностью. Я обязательно наведу порядок.

Зик начал двигаться, и все уставились на него. Он направился в угол комнаты, где висел декоративный меч с надписью X на верхушке.

Взмах!

Как и ожидалось от семьи военных, даже острие декоративного меча было острым. Зик повернулся, держа меч.

Вшух! Вшух!

Байнер и Грейг встали перед графом и графиней с поднятыми мечами.

– Что ты делаешь?!

Когда он закричал, лицо графа стало красным, словно помидор.

– Разве я не говорил вам? Я собираюсь навести порядок.

– Что значит "порядок"?!

Наклонив меч к земле, Зик свободной рукой указал на слугу.

– Разве это не очевидно? Я должен отрубить шею слуге, который осмелился оскорбить благородного дворянина.

– Что?!

Глаза графа налились кровью, но Зик уверенно наклонил голову.

–А? Разве не для этого ты меня позвал? Думал, что как раз, чтобы прикончить этих простолюдинов, которые посмели оскорбить великого законного наследника дома Стилволлов. За такое они должны заплатить своей кровью.

Зик глянул на Байнера, который теперь смотрел на него в недоумении.

– Я уже разобрался с ними лично, поэтому не хотел усугублять ситуацию, но, думаю, ничего не поделаешь, если вы недовольны. Теперь, когда я думаю об этом, моё наказание было слишком лёгким. Я имею в виду, разве не они посмели оскорбить наследника рода Стилволлов? Отец, пожалуйста, не волнуйся. Я аккуратно отрублю им головы и повешу на стену замка.