Тафель хмыкнула, приблизившись к глубокой яме в земле.

Она была окружена заостренными красными камнями, и очень походила на разверстую пасть.

Когда она подошла ближе, в ее сознание вползли завывающие звуки, но она отбросила их как шум ветра.

Малыш Феникс, стоя на рогах, смотрел поверх ее головы, моргая, на пропасть.

Он открыл рот и зачирикал. — Ого.

Жутко.— Страшно? — Спросила Тафель, закатив глаза вверх и поглядев на Феникса.

Его тело было круглым, как шар, и в нем было столько лавы, сколько он захотел выпить. — А я думаю, очень успокаивает, а? Она присела на корточки у края ямы, и светящийся красный глаз снова уставился на нее.

От глубокого рычащего звука по спине маленького Феникса пробежали мурашки.

Он задрожала, когда Тафель протянула руку ко дну ямы. — Как все прошло, Плевашка? (Он же "Спитти") Слезы были приятны на вкус?— Замечательны! — ответил скрипучий голос.Тафель вздрогнула и чуть не выронила клинок, который она только что подняла. — Ты ... ты что-нибудь говорил? — спросила она у Феникса на голове.

Феникс быстро замотал головой и спрятался под прядями ее волос.

Тафель прикусила нижнюю губу, вытаскивая пурпурный меч из ямы. — Плевашка?Глаз на мече моргнул. — Чего?Тафель нахмурилась. — В книге сказано, что ты увидишь улучшение после того, как выпьешь слезы тех, кто в отчаянии, — сказала она и наклонила голову. — Там ничего не говорилось о том, что ты научишься говорить.Меч издал странный ворчливый звук. — Улучшение.

Я могу читать за тебя заклинания, — сказал Плевашка.

Тафель попыталась найти источник звука, но не смогла-возможно, это было похоже на способность Мистера Скелли говорить без черепа. — Я также могу произнести то же самое заклинание, что и ты, чтобы удвоить его силу.— О, это довольно полезно, кивнула Тафель. — А что-нибудь еще изменилось?— Нет — сказал Плевашка, его глаз наполовину закрылся. — Но, пожалуйста, измените мое имя.Тафель склонила голову набок. — Тебе не нравится Плевашка?— спросила она. — Тогда как насчет Остряшки?— Опасный копирайт, — сказал Плевашка. — Что-нибудь другое.— Опасный что?— Переспросила Тафель, приподняв бровь. — Тогда ...

Рубяшка?— Что-то такое, что не начинается на заканчивается "шка", — сказал Спитти и вздохнул. — Я не домашний питомец.— Ты ужасно придирчивый, правда? — Нахмурившись, спросила Тафель. — Придирашка?Все равно есть "шка".Тафель вздохнул, и она легонько толкнула пальцем в Феникса, прячущегося в ее волосах. — А какое будет хорошее имя для этого меча?Феникс высунул голову из ее волос. — Это мужчина или женщина?Лицо Тафель помрачнело. — Это же меч.— Тогда назови его Чи'Рурурп. — сказал Феникс. — на фениксовом это означает "меч".— Хм, — произнесла Тафель и моргнула. — Думаю, имеет смысл, что фениксы имеют свой собственный язык.

А откуда ты вообще это знаешь?Феникс вздрогнул. — Меня научила этому Перси.— Перси? — А это еще кто?— Плохой человек! Она пыталась утопить меня, и я убежал!— Чи'Рурурп звучит неплохо. — сказал Плевашка. — Отныне обращайся ко мне именно так.— Хорошо, Чи'Рурурп. — сказала Тафель, пристегивая меч к спине. — Следующий шаг-побрить рыжего эльфа.

Чем длиннее волосы, тем лучше эффект.— У Перси рыжие волосы! — сказал Феникс. — Побрей ее.

Она всегда болтается вокруг мамы, как липкая какашка.— Тебе и правда не нравится эта Перси, да?— Спросила Тафель, щекоча пальцем живот Феникса. — Но если она все время крутится вокруг твоей мамы, разве твоя мама не рассердится на меня?— Неа.

Феникс пошевелил своим тельцем и покачал головой. — Перси маму тоже раздражает.Тафель хмыкнула и кивнула. — Тогда хорошо.

А сейчас—— Тафель! Вот ты где. — сказал скелет, прорвавшись сквозь кустарник. — Поспеши обратно в главный лагерь, Феникс уже в пути.

Возможно, она уже прибыла.

Обычно мы бы так не беспокоились, так как уже мертвы.

Но Алиса — нет, если только все не изменилось за то время, что я добирался сюда.

О, но если Алиса умрет, тогда она и лидер смогут..., Тафель? Скелет оглянулся, но Тафель уже исчезла во вспышке серебристого света.

Он щелкнул зубами, прежде чем побежать обратно в ту сторону, откуда пришел. — Эх, а ведь могла телепортировать и меня тоже.В это время в лагере, на земле возле палатки Алисы появилось серебряное кольцо.

Через несколько секунд там появилась Тафель вместе с Фениксом, который пытался сохранить равновесие.

Пламя охватило все вокруг, но, как ни странно, деревья и трава не горели.

Пламя, казалось, имело свой собственный разум, оставляя лес нетронутым, но сжигая воздух внутри него.

Над ним кружила массивная красная птица, время от времени издавая резкие крики.— Это мама — прощебетал Феникс.

Он захлопал крыльями, но был слишком толст, чтобы слезть с головы Тафель. — Проклятая вода! Слишком тяжело.— Эмиль! — Это ты? — произнес древний, но молодой голос.

Феникс в небе спикировал вниз, приземлившись прямо перед Тафель.— Мама! — сказал маленький Феникс и запрыгал вверх-вниз. — Это Тафель.

Она очень милая.

Ты можешь сделать ее моей сестрой?Матриарх Феникса моргнула и уставилась на Тафель. — Что ты сделала с моим ребенком?? Он такой круглый!Тафель кашлянул и посмотрела ей прямо в глаза. — Это была не я.— Она опустила голову. — Приятно познакомиться, матриарх.

Эмиль много рассказывал мне о вас.Матриарх Феникса наклонила голову и наклонилась ближе к Тафелю. — А ты кто такая? Помесь эльфов и фей?— Мама! — Сказал Эмиль, хлопая крыльями и выпячивая грудь. — Перестань меня игнорировать!— Я демон, — сказала Тафель. — На этом континенте их нет, так что неудивительно, что вы никогда раньше не видели таких, как я.Матриарх фениксов кивнула. — Другой континент — сказала она. — Я тоже не из здешних мест. — Она вздохнула и покачала головой.

Воздух продолжал гореть, в то время как палатки, в которых жили плененные эльфы, загорелись.

Эльфы закричали, но остановились, когда поняли, что пламя не причинит им вреда.— Мама! — Сказал Эмиль, хлопая крыльями.— В любом случае, — сказала Тафель, прочистив горло. — Могу я спросить, почему вы все сжигаете? Вы здесь из-за своего ребенка? Тогда он решил последовать за мной сам; клянусь, я его не похищала.Матриарх Феникса наклонила голову в другую сторону. — Кроме моего сына, ты знаешь еще каких-нибудь фениксов?— Мама…— Да, мою падчерицу, — сказала Тафель и почесала в затылке. — И ее дочь тоже.

Вроде.— Хм, понятно, — кивнула матриарх фениксов. — Вообще-то я сюда пришла, чтобы вычистить всю нежить.

Я думаю, большинство из них мне удалось достать.Тафель огляделась.

Дюжина обугленных скелетов валялась на земле.

Большинство из них? — подумала она.

Ты почти ничего не сожгла, а они даже не вполне мертвы.

Она прикусила нижнюю губу. — Ага, похоже, что вы их почти всех перебили. — кивнула она. — Поблизости вроде нету.

А вы случайно не видели человека? Она такая в очках, с каштановыми волосами, немного коротковатыми.— Не видела, — сказала матриарх, качая головой.

Она оглянулась, и эльфы простерлись перед ней ниц. — Ну, похоже, моя работа здесь закончена.— Мама! — Закричал Эмиль. — Мама! Мама! Мама! Мама! Мама!Матриарх Феникса тяжело вздохнула. — В чем дело, Эмиль?— Ты можешь сделать Тафель моей сестрой? — Спросил Эмиль, сидя на голове Тафель, его маленькие когти торчали над ее лбом. — Она хороший человек.

Она мне нравится.

Отвези ее домой, пожалуйста.— Посмотрим, — сказала матриарх Феникса и нахмурилась.

Она взглянула на Тафель. — Я возвращаюсь в свое гнездо.

Не хочешь ли ты пойти со мной?— Ну конечно же! — Сказал тафель с улыбкой.

Время, которое она потратила на манипуляции с детенышем Феникса, не было потрачено впустую.

Я была бы счастлива.Через несколько мгновений после того, как Тафель была унесен матриархом Феникса, из земли показались череп и голова, полная каштановых волос.

Алиса повернулась к мистеру Скелли. — И ты позволишь ей уйти вот так просто? — спросила она, выплюнув комок грязи.— Это ее выбор, с ней все будет в порядке — сказал мистер Скелли. — Кроме того, если она умрет, то сможет присоединиться к нам и стать бесплотной. — Сотни скелетов вылезли из-под земли и схватили эльфов, которых освободили всего несколько мгновений назад. — Но, похоже, мы слишком злоупотребили гостеприимством в лесу.

У меня даже не было возможности поговорить с этой птицей, прежде чем она попыталась убить меня, как неразумно.

Думаю, теперь, когда Юг для нас закрыт, нам придется прорывать оборону гномов другим способом.

Тафель хмыкнула, приблизившись к глубокой яме в земле.

Она была окружена заостренными красными камнями, и очень походила на разверстую пасть.

Когда она подошла ближе, в ее сознание вползли завывающие звуки, но она отбросила их как шум ветра.

Малыш Феникс, стоя на рогах, смотрел поверх ее головы, моргая, на пропасть.

Он открыл рот и зачирикал. — Ого.

— Страшно? — Спросила Тафель, закатив глаза вверх и поглядев на Феникса.

Его тело было круглым, как шар, и в нем было столько лавы, сколько он захотел выпить. — А я думаю, очень успокаивает, а? Она присела на корточки у края ямы, и светящийся красный глаз снова уставился на нее.

От глубокого рычащего звука по спине маленького Феникса пробежали мурашки.

Он задрожала, когда Тафель протянула руку ко дну ямы. — Как все прошло, Плевашка? (Он же "Спитти") Слезы были приятны на вкус?

— Замечательны! — ответил скрипучий голос.

Тафель вздрогнула и чуть не выронила клинок, который она только что подняла. — Ты ... ты что-нибудь говорил? — спросила она у Феникса на голове.

Феникс быстро замотал головой и спрятался под прядями ее волос.

Тафель прикусила нижнюю губу, вытаскивая пурпурный меч из ямы. — Плевашка?

Глаз на мече моргнул. — Чего?

Тафель нахмурилась. — В книге сказано, что ты увидишь улучшение после того, как выпьешь слезы тех, кто в отчаянии, — сказала она и наклонила голову. — Там ничего не говорилось о том, что ты научишься говорить.

Меч издал странный ворчливый звук. — Улучшение.

Я могу читать за тебя заклинания, — сказал Плевашка.

Тафель попыталась найти источник звука, но не смогла-возможно, это было похоже на способность Мистера Скелли говорить без черепа. — Я также могу произнести то же самое заклинание, что и ты, чтобы удвоить его силу.

— О, это довольно полезно, кивнула Тафель. — А что-нибудь еще изменилось?

— Нет — сказал Плевашка, его глаз наполовину закрылся. — Но, пожалуйста, измените мое имя.

Тафель склонила голову набок. — Тебе не нравится Плевашка?— спросила она. — Тогда как насчет Остряшки?

— Опасный копирайт, — сказал Плевашка. — Что-нибудь другое.

— Опасный что?— Переспросила Тафель, приподняв бровь. — Тогда ...

— Что-то такое, что не начинается на заканчивается "шка", — сказал Спитти и вздохнул. — Я не домашний питомец.

— Ты ужасно придирчивый, правда? — Нахмурившись, спросила Тафель. — Придирашка?

Все равно есть "шка".

Тафель вздохнул, и она легонько толкнула пальцем в Феникса, прячущегося в ее волосах. — А какое будет хорошее имя для этого меча?

Феникс высунул голову из ее волос. — Это мужчина или женщина?

Лицо Тафель помрачнело. — Это же меч.

— Тогда назови его Чи'Рурурп. — сказал Феникс. — на фениксовом это означает "меч".

— Хм, — произнесла Тафель и моргнула. — Думаю, имеет смысл, что фениксы имеют свой собственный язык.

А откуда ты вообще это знаешь?

Феникс вздрогнул. — Меня научила этому Перси.

— Перси? — А это еще кто?

— Плохой человек! Она пыталась утопить меня, и я убежал!

— Чи'Рурурп звучит неплохо. — сказал Плевашка. — Отныне обращайся ко мне именно так.

— Хорошо, Чи'Рурурп. — сказала Тафель, пристегивая меч к спине. — Следующий шаг-побрить рыжего эльфа.

Чем длиннее волосы, тем лучше эффект.

— У Перси рыжие волосы! — сказал Феникс. — Побрей ее.

Она всегда болтается вокруг мамы, как липкая какашка.

— Тебе и правда не нравится эта Перси, да?— Спросила Тафель, щекоча пальцем живот Феникса. — Но если она все время крутится вокруг твоей мамы, разве твоя мама не рассердится на меня?

Феникс пошевелил своим тельцем и покачал головой. — Перси маму тоже раздражает.

Тафель хмыкнула и кивнула. — Тогда хорошо.

— Тафель! Вот ты где. — сказал скелет, прорвавшись сквозь кустарник. — Поспеши обратно в главный лагерь, Феникс уже в пути.

Возможно, она уже прибыла.

Обычно мы бы так не беспокоились, так как уже мертвы.

Но Алиса — нет, если только все не изменилось за то время, что я добирался сюда.

О, но если Алиса умрет, тогда она и лидер смогут..., Тафель? Скелет оглянулся, но Тафель уже исчезла во вспышке серебристого света.

Он щелкнул зубами, прежде чем побежать обратно в ту сторону, откуда пришел. — Эх, а ведь могла телепортировать и меня тоже.

В это время в лагере, на земле возле палатки Алисы появилось серебряное кольцо.

Через несколько секунд там появилась Тафель вместе с Фениксом, который пытался сохранить равновесие.

Пламя охватило все вокруг, но, как ни странно, деревья и трава не горели.

Пламя, казалось, имело свой собственный разум, оставляя лес нетронутым, но сжигая воздух внутри него.

Над ним кружила массивная красная птица, время от времени издавая резкие крики.

— Это мама — прощебетал Феникс.

Он захлопал крыльями, но был слишком толст, чтобы слезть с головы Тафель. — Проклятая вода! Слишком тяжело.

— Эмиль! — Это ты? — произнес древний, но молодой голос.

Феникс в небе спикировал вниз, приземлившись прямо перед Тафель.

— Мама! — сказал маленький Феникс и запрыгал вверх-вниз. — Это Тафель.

Она очень милая.

Ты можешь сделать ее моей сестрой?

Матриарх Феникса моргнула и уставилась на Тафель. — Что ты сделала с моим ребенком?? Он такой круглый!

Тафель кашлянул и посмотрела ей прямо в глаза. — Это была не я.— Она опустила голову. — Приятно познакомиться, матриарх.

Эмиль много рассказывал мне о вас.

Матриарх Феникса наклонила голову и наклонилась ближе к Тафелю. — А ты кто такая? Помесь эльфов и фей?

— Мама! — Сказал Эмиль, хлопая крыльями и выпячивая грудь. — Перестань меня игнорировать!

— Я демон, — сказала Тафель. — На этом континенте их нет, так что неудивительно, что вы никогда раньше не видели таких, как я.

Матриарх фениксов кивнула. — Другой континент — сказала она. — Я тоже не из здешних мест. — Она вздохнула и покачала головой.

Воздух продолжал гореть, в то время как палатки, в которых жили плененные эльфы, загорелись.

Эльфы закричали, но остановились, когда поняли, что пламя не причинит им вреда.

— Мама! — Сказал Эмиль, хлопая крыльями.

— В любом случае, — сказала Тафель, прочистив горло. — Могу я спросить, почему вы все сжигаете? Вы здесь из-за своего ребенка? Тогда он решил последовать за мной сам; клянусь, я его не похищала.

Матриарх Феникса наклонила голову в другую сторону. — Кроме моего сына, ты знаешь еще каких-нибудь фениксов?

— Да, мою падчерицу, — сказала Тафель и почесала в затылке. — И ее дочь тоже.

— Хм, понятно, — кивнула матриарх фениксов. — Вообще-то я сюда пришла, чтобы вычистить всю нежить.

Я думаю, большинство из них мне удалось достать.

Тафель огляделась.

Дюжина обугленных скелетов валялась на земле.

Большинство из них? — подумала она.

Ты почти ничего не сожгла, а они даже не вполне мертвы.

Она прикусила нижнюю губу. — Ага, похоже, что вы их почти всех перебили. — кивнула она. — Поблизости вроде нету.

А вы случайно не видели человека? Она такая в очках, с каштановыми волосами, немного коротковатыми.

— Не видела, — сказала матриарх, качая головой.

Она оглянулась, и эльфы простерлись перед ней ниц. — Ну, похоже, моя работа здесь закончена.

— Мама! — Закричал Эмиль. — Мама! Мама! Мама! Мама! Мама!

Матриарх Феникса тяжело вздохнула. — В чем дело, Эмиль?

— Ты можешь сделать Тафель моей сестрой? — Спросил Эмиль, сидя на голове Тафель, его маленькие когти торчали над ее лбом. — Она хороший человек.

Она мне нравится.

Отвези ее домой, пожалуйста.

— Посмотрим, — сказала матриарх Феникса и нахмурилась.

Она взглянула на Тафель. — Я возвращаюсь в свое гнездо.

Не хочешь ли ты пойти со мной?

— Ну конечно же! — Сказал тафель с улыбкой.

Время, которое она потратила на манипуляции с детенышем Феникса, не было потрачено впустую.

Я была бы счастлива.

Через несколько мгновений после того, как Тафель была унесен матриархом Феникса, из земли показались череп и голова, полная каштановых волос.

Алиса повернулась к мистеру Скелли. — И ты позволишь ей уйти вот так просто? — спросила она, выплюнув комок грязи.

— Это ее выбор, с ней все будет в порядке — сказал мистер Скелли. — Кроме того, если она умрет, то сможет присоединиться к нам и стать бесплотной. — Сотни скелетов вылезли из-под земли и схватили эльфов, которых освободили всего несколько мгновений назад. — Но, похоже, мы слишком злоупотребили гостеприимством в лесу.

У меня даже не было возможности поговорить с этой птицей, прежде чем она попыталась убить меня, как неразумно.

Думаю, теперь, когда Юг для нас закрыт, нам придется прорывать оборону гномов другим способом.