Днем позднее Вур сидел в дупле дерева, а матриарх фениксов — на ветке чуть повыше.

Лулу из-за своих размеров была вынуждена оставаться снаружи, сунув внутрь только голову, которая сама по себе занимала половину пространства.

Гномы с удобством располагались в священных землях эльфов, другое дело, что после битвы Вура с фениксом там мало что осталось нетронутым.

Большое дуплистое дерево и хорошо спрятанное гнездо матриарха являлись одними из таких мест.— Ты сказала, что хочешь поговорить? — спросил Вур, наклонив голову.

Антипохмельное снадобье Лулу рубануло его на добрые сутки, но сотворило чудеса с его больной головой и ноющими мышцами. — Что ж, позволь мне сперва задать вопрос.

Сжигала ли ты в последнее время каких-нибудь фей?Матриарх фениксов недоуменно моргнула.— Нет? Если такое и было, то ненамеренно.Вур помрачнел, но ничего не ответил.— Я серьезно, — повторила матриарх. — Фениксы благородны.

Мы не лжем.Вур лишь сильнее нахмурился и сузил глаза.Матриарх прочистила горло, прикрыв клюв крылом.— Я не убиваю без причины.

Я люблю любое проявление жизни.

Зачем мне жечь фей?— Ладно, — сказал Вур, откинувшись назад. — Я тебе верю.— А я все еще не доверяю ей, — заявила Стелла, появившись из татуировки Вура.

Показательно сморщив носик в сторону феникса, она уселась на голову Вуру, скрестив руки и ноги.Матриарх перевела взгляд со Стеллы на Вура и спросила:— У вас остались еще вопросы ко мне?— Нет, — Вур покачал головой.

Матриарх кивнула.— Тогда... могу ли я тоже спросить у тебя кое-что?Вур махнул рукой, показывая, что она может говорить.— Ты говорил, что просто проходил мимо, а я случайно оказалась на пути, — начала матриарх, и переступила с ноги на ногу. — Зачем нужно было похищать эльфов? Хоть лично я знавала немногих, но эльфы время от времени приносят мне дары.

Можно сказать, они находятся под моей защитой.— Я веду войну с людьми, — сказал Вур. — Я король гномов.Матриарх уставилась на него.

Затем повернула голову, как шарнирная кукла, чтобы взглянуть на Лулу.

Та пожала плечами, и взор феникса вновь обратился к Вуру.— Прошу прощения? Неужели что-то поменялось в определении слова “гномы” в мое отсутствие? — Вур открыл рот, чтобы ответить, и матриарх поспешила выставить крыло. — Постой, лучше молчи.

Меня больше терзает вопрос, зачем ты вторгся к эльфам, если воюешь с людьми?— Это была превентивная мера на случай, если в критический момент они решат атаковать нас, — пояснил Вур. — Понимаешь ли, гномов все ненавидят, поэтому у меня нет союзников.

Поэтому я завоюю весь континент.

Ты не нуждаешься в союзниках, если врагов не осталось.Матриарх потерла крылом голову.— Звучит не то чтобы правильно, но я не очень хороша в военных делах, так что критиковать тебя не могу, — она пожала плечами и распушилась. — Забудь.

Мне любопытно, как вы двое связаны с Кондрой.

Ты ни во что ее не ставишь.— Я не знаю Кондру, — Вур скрестил руки на груди.— Не говори так.

Она скоро станет твоей тещей, — сообщила Лулу.Вур изогнул бровь.— Хах?— Да-да, — Лулу закивала. — Она моя мама, — выражение лица Вура сделалось пустым, и драконица поскребла когтем голову. — Я решила, что ты станешь моим партнером.

Это проблема?— Да, — Вур развел руками. — Большая проблема.

Я уже женат.— Это пустяки.

Яиц ведь у вас еще не было? Я просто прогоню ее и объявлю тебя своим.

Где она?Вур почесал в затылке.

Смогла бы Тафель побить Лулу в схватке? Скорее всего, нет.

Он вздохнул.

Кажется, стоило заводить детей раньше, чем предполагалось.— Не скажу.

И не знаю.Лулу заморгала.— Ты не знаешь, где твой партнер? Не боишься, что с ней что-нибудь случится? Например, она влюбится в другого, или там, метеор ей на голову свалится?— Я ей доверяю, — фыркнул Вур. — И если ей в лицо прилетит метеорит, она справится.— Проклятье, она настолько сильна, хах? — нахмурилась Лулу. — Видимо, вместо честного боя придется прибегнуть к иным путям.Матриарх откашлялась— У меня есть еще один вопрос.

Что ты собираешься сделать со мной?Вур хмуро глянул на Лулу, прежде чем встретиться взглядом с фениксом.— Я ты что хочешь, чтобы я сделал? Вообще, я собирался похитить тебя и заставить отметить мою жену.— Собирался? Значит ли это, что более не собираешься?— Больше мне нет необходимости похищать тебя, — кивнул Вур, — но я все еще намерен заставить тебя поставить отметку моей жене.

Она хочет стать сильнее, чтобы победить кое-кого, и я хочу помочь ей, потому что она не разрешит мне самому одолеть этого человека.Феникс вздохнула.— Но ты сказал, что не знаешь, где находится твоя жена.

Получается, ты вернешься позже?— Если только ты не хочешь пойти со мной? — спросил Вур. — Уверен, я найду ее, после того как завоюю континент.— Мне нужно присмотреть за яйцами, — ответила матриарх.

Она переступила с ноги на ногу и распушила перья. — Обещаю, что останусь здесь до тех пор, пока ты не вернешься со своей женой.

Хотя мне не нравится идея запечатления кого-либо лишь потому что он или она хочет силы.

Если она не достойна отметки, я откажусь.— Она достойна, не беспокойся, — заверил ее Вур. — Я также хотел бы, чтобы ты держалась в стороне от битвы между гномами и людьми — и не помогала эльфам противостоять нам.

А еще хочу еще немного огня для Шерил, — он покосился на свое плечо и дотронулся до рунического солнца. — Шерил?Из его плеча показался огненный шарик.— Я... мне пока достаточно, Вур, — сказала Шерил и икнула. — Но не мог бы ты отключить свою драконью ауру? Она усиливает мою мигрень.Вур моргнул и кивнул.— Тогда я попрошу огонь в нашу следующую встречу, — преупредил он, встал и отряхнул штаны. — А сейчас мне надо покорить континент.

Но я сначала проверю Тетушку, посмотрю, выучила ли она что-нибудь.— А, прежде чем ты пойдешь, — вдруг окликнула его матриарх. — Ты, часом, не знаешь зеленого дракона Нову?— Хах? Ты знакома с моим дедушкой? — удивился Вур.На лице матриарха проступило довольно своеобразное выражение.— Из чистейшего любопытства, у твоей жены случайно нет рогов?— Есть.— А лиловые глаза?— Ага.— Бледная кожа?— Точно.— Говорящий меч?— Мечи умеют разговаривать?— Забудь.

А как ее зовут?— Тафель, — Вур приподнял бровь, увидев, что матриарх на грани слез. — Что-то не так?Матриарх повесила голову и закрыла лицо крыльями.— Я проиграла собственному зятю, — пробормотала она, и со вздохом обратила очи горе. — С каких пор мир сделался настолько мрачен?

Днем позднее Вур сидел в дупле дерева, а матриарх фениксов — на ветке чуть повыше.

Лулу из-за своих размеров была вынуждена оставаться снаружи, сунув внутрь только голову, которая сама по себе занимала половину пространства.

Гномы с удобством располагались в священных землях эльфов, другое дело, что после битвы Вура с фениксом там мало что осталось нетронутым.

Большое дуплистое дерево и хорошо спрятанное гнездо матриарха являлись одними из таких мест.

— Ты сказала, что хочешь поговорить? — спросил Вур, наклонив голову.

Антипохмельное снадобье Лулу рубануло его на добрые сутки, но сотворило чудеса с его больной головой и ноющими мышцами. — Что ж, позволь мне сперва задать вопрос.

Сжигала ли ты в последнее время каких-нибудь фей?

Матриарх фениксов недоуменно моргнула.

— Нет? Если такое и было, то ненамеренно.

Вур помрачнел, но ничего не ответил.

— Я серьезно, — повторила матриарх. — Фениксы благородны.

Мы не лжем.

Вур лишь сильнее нахмурился и сузил глаза.

Матриарх прочистила горло, прикрыв клюв крылом.

— Я не убиваю без причины.

Я люблю любое проявление жизни.

Зачем мне жечь фей?

— Ладно, — сказал Вур, откинувшись назад. — Я тебе верю.

— А я все еще не доверяю ей, — заявила Стелла, появившись из татуировки Вура.

Показательно сморщив носик в сторону феникса, она уселась на голову Вуру, скрестив руки и ноги.

Матриарх перевела взгляд со Стеллы на Вура и спросила:

— У вас остались еще вопросы ко мне?

— Нет, — Вур покачал головой.

Матриарх кивнула.

— Тогда... могу ли я тоже спросить у тебя кое-что?

Вур махнул рукой, показывая, что она может говорить.

— Ты говорил, что просто проходил мимо, а я случайно оказалась на пути, — начала матриарх, и переступила с ноги на ногу. — Зачем нужно было похищать эльфов? Хоть лично я знавала немногих, но эльфы время от времени приносят мне дары.

Можно сказать, они находятся под моей защитой.

— Я веду войну с людьми, — сказал Вур. — Я король гномов.

Матриарх уставилась на него.

Затем повернула голову, как шарнирная кукла, чтобы взглянуть на Лулу.

Та пожала плечами, и взор феникса вновь обратился к Вуру.

— Прошу прощения? Неужели что-то поменялось в определении слова “гномы” в мое отсутствие? — Вур открыл рот, чтобы ответить, и матриарх поспешила выставить крыло. — Постой, лучше молчи.

Меня больше терзает вопрос, зачем ты вторгся к эльфам, если воюешь с людьми?

— Это была превентивная мера на случай, если в критический момент они решат атаковать нас, — пояснил Вур. — Понимаешь ли, гномов все ненавидят, поэтому у меня нет союзников.

Поэтому я завоюю весь континент.

Ты не нуждаешься в союзниках, если врагов не осталось.

Матриарх потерла крылом голову.

— Звучит не то чтобы правильно, но я не очень хороша в военных делах, так что критиковать тебя не могу, — она пожала плечами и распушилась. — Забудь.

Мне любопытно, как вы двое связаны с Кондрой.

Ты ни во что ее не ставишь.

— Я не знаю Кондру, — Вур скрестил руки на груди.

— Не говори так.

Она скоро станет твоей тещей, — сообщила Лулу.

Вур изогнул бровь.

— Да-да, — Лулу закивала. — Она моя мама, — выражение лица Вура сделалось пустым, и драконица поскребла когтем голову. — Я решила, что ты станешь моим партнером.

Это проблема?

— Да, — Вур развел руками. — Большая проблема.

Я уже женат.

— Это пустяки.

Яиц ведь у вас еще не было? Я просто прогоню ее и объявлю тебя своим.

Вур почесал в затылке.

Смогла бы Тафель побить Лулу в схватке? Скорее всего, нет.

Он вздохнул.

Кажется, стоило заводить детей раньше, чем предполагалось.

— Не скажу.

Лулу заморгала.

— Ты не знаешь, где твой партнер? Не боишься, что с ней что-нибудь случится? Например, она влюбится в другого, или там, метеор ей на голову свалится?

— Я ей доверяю, — фыркнул Вур. — И если ей в лицо прилетит метеорит, она справится.

— Проклятье, она настолько сильна, хах? — нахмурилась Лулу. — Видимо, вместо честного боя придется прибегнуть к иным путям.

Матриарх откашлялась

— У меня есть еще один вопрос.

Что ты собираешься сделать со мной?

Вур хмуро глянул на Лулу, прежде чем встретиться взглядом с фениксом.

— Я ты что хочешь, чтобы я сделал? Вообще, я собирался похитить тебя и заставить отметить мою жену.

— Собирался? Значит ли это, что более не собираешься?

— Больше мне нет необходимости похищать тебя, — кивнул Вур, — но я все еще намерен заставить тебя поставить отметку моей жене.

Она хочет стать сильнее, чтобы победить кое-кого, и я хочу помочь ей, потому что она не разрешит мне самому одолеть этого человека.

Феникс вздохнула.

— Но ты сказал, что не знаешь, где находится твоя жена.

Получается, ты вернешься позже?

— Если только ты не хочешь пойти со мной? — спросил Вур. — Уверен, я найду ее, после того как завоюю континент.

— Мне нужно присмотреть за яйцами, — ответила матриарх.

Она переступила с ноги на ногу и распушила перья. — Обещаю, что останусь здесь до тех пор, пока ты не вернешься со своей женой.

Хотя мне не нравится идея запечатления кого-либо лишь потому что он или она хочет силы.

Если она не достойна отметки, я откажусь.

— Она достойна, не беспокойся, — заверил ее Вур. — Я также хотел бы, чтобы ты держалась в стороне от битвы между гномами и людьми — и не помогала эльфам противостоять нам.

А еще хочу еще немного огня для Шерил, — он покосился на свое плечо и дотронулся до рунического солнца. — Шерил?

Из его плеча показался огненный шарик.

— Я... мне пока достаточно, Вур, — сказала Шерил и икнула. — Но не мог бы ты отключить свою драконью ауру? Она усиливает мою мигрень.

Вур моргнул и кивнул.

— Тогда я попрошу огонь в нашу следующую встречу, — преупредил он, встал и отряхнул штаны. — А сейчас мне надо покорить континент.

Но я сначала проверю Тетушку, посмотрю, выучила ли она что-нибудь.

— А, прежде чем ты пойдешь, — вдруг окликнула его матриарх. — Ты, часом, не знаешь зеленого дракона Нову?

— Хах? Ты знакома с моим дедушкой? — удивился Вур.

На лице матриарха проступило довольно своеобразное выражение.

— Из чистейшего любопытства, у твоей жены случайно нет рогов?

— А лиловые глаза?

— Бледная кожа?

— Говорящий меч?

— Мечи умеют разговаривать?

А как ее зовут?

— Тафель, — Вур приподнял бровь, увидев, что матриарх на грани слез. — Что-то не так?

Матриарх повесила голову и закрыла лицо крыльями.

— Я проиграла собственному зятю, — пробормотала она, и со вздохом обратила очи горе. — С каких пор мир сделался настолько мрачен?