Том 1 Глава 26

Повторяется ли история, как часто утверждают? Это было бы так, если бы "история" была самостоятельным агентом, который мог бы предаваться повторению. Однако история как сущность не существует в настоящем. История - это совокупность событий прошлого глазами настоящего.

Поэтому никого не должно удивлять, что историки утверждают о закономерностях и циклах - это руда, которую добывают такие люди, отсеивая груды пыльных страниц и отбросов, пока не останется то, что можно выковать в актуальные инструкции для настоящего.

Другие же металлы проходят через их сито и остаются лежать, просто потому что это не то, что хотел бы вернуть себе конкретный человек. Перо Гхара всегда выбирает золото и серебро из своего собственного прошлого, исключая все остальное, чтобы его страницы ярко сверкали в воспоминаниях.

Добро пожаловать в их позолоченные фантазии, и в добрый путь. История, которую они отбрасывают, написана в основном железом и свинцом, и нам вполне хватит и того, и другого.

- Салех Таскин,

О мелиорации

, 687

- Ну? - спросила Клэр, - Видишь что-нибудь, что может оказаться полезным?

Майкл ничего не ответил, уставившись на изможденное лицо Люка. Тот был худее, чем он помнил, с клочковатой бородой и темными кругами под глазами. Вокруг его шеи была обвязана грубая веревка, к которой был подвешен небольшой деревянный жетон; веревка натерла под собой кожу.

После отъезда Майкла не оставляла мысль о том, что Институт сохранит все в прежнем виде. Очевидно, отсутствие Искры оказалось для Института более разрушительным, чем он предполагал.

С другой стороны, Люк и другие воодушевленные из контрольной группы были странными. Искра и Клод были воодушевленными, и связи, которые они установили с группой молодых людей, были присущи только им. Какой толк в кучке сирот с континента для предполагаемой арданской замены из Института? У них не было ни душ, ни других полезных целей теперь, когда объекты их преданности были мертвы. Оставалось только бездушное тело, которое можно было использовать, - а их и так было в избытке.

В животе Майкла зародилось тошнотворное чувство. Все было логично - просто раньше он об этом не задумывался. С точки зрения Люка он должен был казаться чудовищем - чужак, приплывший из-за моря, чтобы перевернуть его жизнь, убить его наставника и покровителя и в конце концов изгнать из райского убежища. Теперь он вернулся к мукам своего детства, работая под началом нерадивых мастеров, пока работа неизбежно не искалечит или не убьет его.

Другого выхода не было, но неизбежность последствий не делала его более приятным. С неохотой он оторвал взгляд от Люка и сосредоточился на лице Клэр, которое становилось все более нетерпеливым.

- За баррикадой много передвижений, - сказал он, - Солдаты и рабочие проходят регулярно.

- Мы должны стать рабочими, - сказал Жерар, - Это кажется очевидным выбором.

Чарльз бросил на него косой взгляд.

- Опасно, - заметил он, - Посмотри, в каком состоянии здесь люди. Это мертвецы, даже если они не торопятся с этим. Никто из них не переживет эту войну, а многие не продержатся и недели. Работают до изнеможения, их гонят перед строем как мясо - так что да, попасть туда в качестве рабочей силы будет легко. Но это небезопасно, и выбраться обратно может стать проблемой.

- Я даже не уверен, что это будет так уж просто, - сказал Майкл, снова обратив свой взгляд на группу Люка, - Мы не похожи на них. Нам придется оставить Эмилю свое снаряжение и одежду, прийти в лохмотьях и - на них надеты какие-то жетоны, может быть, что-то вроде рабочего пропуска. Нам придется украсть немного, чтобы продержаться. Кроме того, нам нужен хотя бы один человек, похожий на солдата; это пленники, у них всегда есть хотя бы один охранник.

- Украсть у пленных не составит труда, - сказало Прозвище, подходя сбоку, - К тому же нам повезло, что среди нас есть Ардан, который в форме должен выглядеть вполне убедительно, - наступила пауза, и Майкл почувствовал, как внимание Прозвища сосредоточилось на нем, - Но возможно, есть что-то еще? Я почувствовало, как в тебе шевелятся секреты, и ни один из них еще не прозвучал из твоих уст.

Холодный укол адреналина заставил сердце Майкла забиться быстрее. Чувство вины за состояние Люка отвлекло его от реальности присутствия этого человека: он был посвящен во многие тайны, которые преследовало Прозвище. Люк присутствовал при том, как Искра узнал о природе души Майкла. Он знал, что Майкл носил в себе Куплета. Не исключено, что он догадывался и о большем - и, если Прозвище попросит, Майкл чувствовал, что Люк с радостью поделится этой информацией.

Теперь внимание группы было приковано к нему, поскольку вопрос Прозвища остался без ответа; он должен был что-то сказать, а лгать самоуверенному приведению не представлялось возможным, когда тема разговора была так близка к его секретам.

- Я видел среди пленников человека, которого встречал раньше, - признался Майкл, - Это имеет отношение ко мне, но не к нашей цели здесь.

Клэр подняла бровь.

- Человек изнутри? - сказала она, - По-моему, это имеет отношение к делу. Мы ищем пути внутрь, не забывай.

- Этот человек не поможет, - сказал Майкл, покачав головой, - У него есть все основания ненавидеть меня. Если бы он знал о моем присутствии здесь, думаю, он мог бы вызвать стражу просто из вредности.

Чарльз фыркнул.

- Кто может испытывать неприязнь к такому замечательному лордику? - спросил он, - Что ты сделал, выпорол его за дерзость?

- Я убил двух самых важных людей в его жизни, - ответил Майкл, бросив на Чарльза жесткий взгляд, и исполнитель в кои-то веки удивился. Несколько глаз посмотрели в сторону Прозвища, и воцарилась неловкая тишина, поскольку оно ничего не сказало, чтобы оспорить это утверждение.

- Полагаю, нам стоит поговорить с кем-нибудь другим, - сказал Жерар.

Контур Прозвища замерцал.

- Я по-прежнему согласно с тем, что наиболее вероятный путь внутрь комплекса - попытаться пробраться среди рабочих, - сказало оно, - Среди пленников есть несколько человек, обладающих особой ценностью, тем, что может помочь нам в нашем деле - возможно, вон тот джентльмен в красном.

Майкла охватило тоскливое чувство. Чтобы убедиться в этом, он повернулся: вытянутая рука Прозвища была направлена прямо на Люка.

- Это тот самый человек, о котором я только что говорил, что нам не стоит с ним связываться, - запротестовал он.

- Как удивительно, - сказало Прозвище, - Невероятное совпадение.

За жужжащими искажениями в голосе Прозвище казалось засмеялось; Майкл окинул его пристальным взглядом.

- Он нам не поможет.

- Ах, неверно, - сказало Прозвище, наклоняясь ближе к Майклу, - Он не поможет

тебе

. Не будет никаких проблем, если Клэр поговорит с ним, особенно если я буду держать его в неведении относительно твоего присутствия здесь.

- В последний раз, когда я пытался незаметно пробраться через враждебный лагерь, именно этот человек сообщил стражникам о моем местоположении, - сказал Майкл, - Это было

до того, как

у него появилась веская причина ненавидеть меня.

Прозвище хмыкнуло.

- Полагаю, в то время для него это не был враждебный лагерь, верно? Здесь он заключенный. Эти два сценария вряд ли можно сравнить, - оно наклонилось ближе к Майклу, - Он не может обмануть меня ни в каком смысле. Если он двуличный, то я позволю ему гнить здесь вместе с остальными. Если же нет - что ж, он будет не первым заключенным, набитым секретами, которого я забрал за последнее время, не так ли?

- Он не знает ничего такого, о чем бы я не собирался рассказать тебе, - сказал Майкл.

Пятно проплыло вперед и, казалось, изучало жалкую группу пленников Люка, пока они шли.

- Неужели? - сказало Прозвище, - О, в нем есть вкус твоих секретов, по крайней мере частично, но есть и нечто большее. Я чувствую, что он, как и ты, несет в себе несколько уникальных лакомых кусочков огромной важности. Я хотело бы знать, что это за тайны.

Приведение повернулось к Майклу.

- Не беспокойся, - сказало оно, - Мне незачем выпытывать у него твои секреты; кроме того, что это невежливо, это скорее испортит удовольствие от выпытывания их у тебя лично.

- А мы бы этого не хотели, - сказала Клэр, закатив глаза и шагнув вперед, - Развлечетесь позже. Давайте вытащим этого бедного ублюдка из той дыры, в которой его держат.

***

Несмотря на энтузиазм Прозвища по поводу контакта с Люком, Клэр отправилась к нему не сразу, как только они нашли тесную и грязную палатку, в которой его держали. Вместо этого их группа рассредоточилась. Шарль и Жерар отправились наблюдать за сменой караула в лагере Разрушителя, а Вернон пошел следом, чтобы собрать информацию, которую он мог получить из случайных обрывков разговоров.

Само Прозвище присутствовало, хотя и не проявлялось явно; у Майкла сложилось впечатление, что маскировка для их группы вызывала все больше сложностей, когда они не находились в одном месте - а они и не находились, поскольку Клэр и Майкл остались наблюдать за Люком. Поросшая травой кочка, которую огибало движение, оказалась идеальным местом для наблюдения за заключенными, которые лежали, растянувшись на тонких соломенных циновках, и тупо смотрели на стены.

Объект их пристального внимания спал, скрестив руки на груди и подтянув ноги кверху. В дополнение к рваной рубашке на нем была надета лоскутная одежда: полоски ткани, обмотанные вокруг рук и ног, несочетаемые перчатки и обувь, едва заметные под еще большим количеством матерчатых обмоток.

- Как его зовут? - спросила Клэр, - Или это еще один секрет?

Майкл покачал головой.

- Люк, - ответил он, - Не уверен, что у него есть фамилия, он никогда не называл ее, а я не спрашивал.

- Как-то холодно - убить чьих-то близких и даже не потрудиться выяснить их фамилию, - заметила Клэр, - Кто они были? Его родители? - она наклонилась вперед, - Его дети?

- Нет, - нахмурился Майкл, - Прах Гхара, за кого ты меня принимаешь? - Клэр издала резкий смешок, и Майкл скривился, - Не отвечай. Нет, они были его наставниками, я полагаю. Он сирота, родом из Эсру, и эти двое взяли его к себе, вырастили. Они были...

Он прервался, размышляя над выбором слов.

- Насколько я могу судить, они хорошо относились к Люку, но не заботились о нем всерьез - фактически, они замышляли убить его, чтобы подчинить меня, - Майкл улыбнулся и покачал головой, - Я никогда не задумывался об этом, но, возможно, я спас ему жизнь.

- И посмотри на него сейчас, - сказала Клэр, указывая на убогую палатку, - Какую услугу ты ему оказал.

Майкл оглянулся на пленников, поджав губы.

- Думаю, это было неизбежно, - сказал он, - Зная то, что я знаю сейчас. Не было счастливых путей, ведущих прочь от того места, где он оказался, не было версии событий, при которой он мог бы сохранить свой рай. Так или иначе, он все равно проиграл бы.

Клэр криво усмехнулась.

- В этом-то и беда, не так ли? - сказала она, - Куда бы ты ни пошел, ты всегда живешь в чьей-то мечте. Мы все просто движемся рядом, выживая изо дня в день - или не выживая. Твоя жизнь, твое счастье имеют значение, только если они важны для мечтателя, - ее глаза сузились, и она наклонилась ближе к Майклу.

- Так что будь осторожен в своих решениях, - сказала она, - Ты тоже можешь мечтать, с твоей душой и твоими секретами. По какой-то причине твой выбор важен не только для тебя. Может быть, даже не меньше, чем... хм, Прозвища.

На мгновение Майкл лишь уставился в ответ, а потом расхохотался. На лице Клэр появилось выражение от недоумения до мрачного оскорбления, после чего он взял себя в руки и поднял руку, чтобы предотвратить возможный ответ.

- Прости, - сказал он, - Я не хотел смеяться, - он перевел дыхание, затем встретился взглядом с пылающими глазами Клэр, - У меня уже три месяца есть душа. Теперь, когда ты знаешь, кто я такой, это стало достоянием общественности, так что я не против разглашения. Моя жизнь до этого момента - что ж. Ты уже знаешь, что за человек мой отец.

- Значит, у тебя было не простое детство, - сказала Клэр, не впечатлившись, - Есть много тех, кто может сказать то же самое, хотя у них нет души и титулованного имени.

- Ничего хорошего оно мне не дало, - возразил Майкл, - Я получил душу, потому что отец привязал меня к столбу и бил, пока я не умер, - глаза Клэр слегка расширились, но она ничего не сказала. Майкл покачал головой.

- Это не гипербола, - сказал он, - Я умер. Увидел пустоту в конце всего, и я решил шагнуть в нее, а не возвращаться в ту жизнь. Это был первый в моей жизни выбор, который я сделал по-настоящему сам - и это не имело значения. События завертелись, и благодаря особо талантливому анатомику я уже через несколько дней был в полном порядке - здоров и готов исполнить мечту отца в качестве его новообретенного сына.

- И как же этот человек оказался здесь, проникнув в лагерь Ардана на фронте? - спросила Клэр, - И два убийства спустя, надо сказать.

Майкл развел руками.

- Длинная и удивительно скучная история, которая, к сожалению, не входит в рамки моего соглашения с Прозвищем. Достаточно сказать, что я переходил из одной мечты в другую, и ни одна из них не была моей собственной, - он усмехнулся, - Теперь я, похоже, нахожусь у Прозвища.

- Не говори об этом так мрачно, ты сам вызвался участвовать в этой экспедиции, - сказал Клэр, - Я хотела оставить тебя в убежище.

- Это был второй выбор, который я сделал, - сказал Майкл, - Так что спасибо, что позволила мне пойти с вами. Это было бы деморализующее, если бы мне помешали два раза подряд.

Клэр фыркнула.

- Если бы ты хотел насолить отцу, то, скорее всего, нашел бы более легкий способ сделать это.

- Может быть, - Майкл потянулся, затем встал, - Но я выбрал именно этот, - он кивнул головой в сторону палатки, - Похоже, последние из них только что заснули. Ты уверена, что хочешь это сделать?

- Уверена, - раздался слабый голос Прозвища, доносившийся неизвестно откуда, - Он увидит Клэр, и только Клэр. Никто не услышит твоих слов - но если он попытается сообщить страже, убей его и беги. Есть предел тому, что я могу скрыть.

Клэр кивнула, а Майкл сглотнул от внезапно возникшего в горле напряжения. Несмотря на то что в прошлом его общение с Люком было сложным и даже враждебным, ему не нравилась мысль о том, что этот человек умрет. Он был добр к Майклу, и, хотя они враждовали, в действиях Люка не было злобы. Во многих отношениях он был такой же жертвой Искры, как и все на том острове.

Он следил за Клэр, пока она шла к спящим рабочим, пробираясь мимо скучающих охранников и прокладывая себе путь между спящими телами, пока не встала над спящим Люком. Она на мгновение опустила взгляд, а затем толкнула его носком сапога.

Глаза Люка распахнулись и уставились на Клэр, но он не сделал ни одного движения, чтобы подняться или отстраниться.

- Привет, Люк, - сказала Клэр, - Не хочешь ли ты покинуть этот лагерь?

- Откуда ты знаешь мое имя? - прошептал он, - Кто ты? Ты.., - он с трудом сдержал слова, выглядя неуверенным.

Клэр самозабвенно улыбнулась - Майклу показалось, что ее театральность очень напоминает Прозвище, хотя у того не было выражения лица.

- Не надо шептать, - сказала она, - Нас никто не услышит. Мы наблюдали за тобой некоторое время и, думаю, сможем помочь друг другу.

Медленно Люк сел.

- Я слушаю, - сказал он, - Хотя у меня мало что есть, чтобы предложить, да?

- Те деревянные жетоны, которые вы все носите, - сказал Клэр, - Нам нужно четыре таких жетона и соответствующая одежда. Все, что вы помните о внутреннем устройстве резиденции Разрушителя, тоже будет полезно.

Люк слабо рассмеялся.

- Ты тоже хочешь быть пленницей? - спросил он, - Там опасно. Эти мясники убьют тебя по любому поводу. Подними голову, посмотри на них слишком долго, встань в неподходящем месте - и ты окажешься с перерезанным горлом, а то и хуже, - его глаза лихорадочно блестели, и он наклонился вперед, - Ты работаешь против этих Арданов? Ты надеешься причинить им вред?

- Да, - сказала Клэр, - Таков план. Ты знаешь, где мы можем найти маскировку, которая нам понадобится?

В глазах Люка исчезли эмоции, и он снова опустился на землю.

- В мертвых недостатка нет, - сказал он, - Мы все берем у павших, и с каждым днем их становится все больше. Они сваливают тела в кучу за лагерем на севере, вместе с остальным мусором.

Клэр кивнула, затем протянула руку Люку.

- Покажи мне, - сказала она.

По лицу Люка пробежала дымка неуверенности, его кулаки сжались в рваных перчатках.

- Это смерть - бродить на свободе, - сказал он, - Нужно дождаться темноты.

- И как, по-твоему, я сюда попала? - спросил Клэр, - Нас никто не увидит.

Люк снова потянулся к руке Клэр и вздрогнул, встретившись с ее пальцами, словно не ожидал, что она настоящая. Выражение его лица стало тверже, и он неуверенно поднялся на ноги.

- Тогда нам пора идти, - сказал он. Клэр указала на выход из палатки, и они вдвоем вышли, а Майкл последовал за ними.

Охранник никак не отреагировал на их уход, что, казалось, еще больше подняло настроение Люка. Он даже слегка улыбнулся, когда снова посмотрел на Клэр.

- Ты так и не сказала мне, откуда узнала мое имя, - сказал он, - Да, ты наблюдала за мной, но здесь никто не знает моего имени. Ко мне обращаются просто "ты" или "пленник".

Клэр улыбнулась в ответ; Майкл узнал ту же манеру, когда она флиртовала с охранниками КПП.

- А что, если я скажу, что встретила твоего друга? - спросила она. Если она и заметила встревоженное выражение лица Майкла, то не подала ни малейшего намека на это.

Улыбка исчезла с лица Люка.

- Тогда ты солжешь, - сказал он, потянувшись под складки своих лохмотьев. Он извлек из-под них связку деревянных жетонов, перевязанных веревкой, которые при движении ударялись друг о друга. Некоторые из них были испачканы кровью, другие поцарапаны, - Это были мои друзья.

- Мне жаль, - сказала Клэр, в ее голосе прозвучал намек на искренние чувства, - Вас привели сюда вместе?

- Мы жили вместе, - сказал Люк, - До этого. Нас держали вместе, - его лицо потемнело, и он покачал головой, - Это не имеет значения.

Клэр кивнула.

- Война отбирает у всех, - сказала она, - Вот почему мы пытаемся положить ей конец, по крайней мере в этом уголке континента. Для этого нам нужна твоя помощь.

- Война? - Люк фыркнул, - Война никогда ничего у меня не отнимала. Это был один Ардан. Я дважды потерял свою жизнь и даже не видел фронта.

- Если бы не война, они все были бы в Ардалте, занимаясь тем, что им нравится, - сказала Клэр, бросив тайком взгляд на Майкла, - И не беспокоили бы добрых людей с континента.

- А вот тут ты ошибаешься, - усмехнулся Люк, - У них есть потребность вмешиваться. Арданы вечно нарушают естественный ход вещей и оставляют после себя хаос. Это менталитет больше, чем национальность, заразный и мерзкий.

Майкл снова встретил взгляд Клэр.

- Похоже, у тебя к ним довольно конкретные претензии, - сказала она.

- Они украли мою жизнь, - прошипел Люк, - И конкретные, и общие, да?, - он сжал кулаки, засохшая грязь осыпалась с его перчаток, когда она оказались зажата между пальцами, - Притворялся другом, чтобы не дать мне опомниться, но при этом не испытывал ко мне ничего, кроме презрения.

Майкл почувствовал, как в голосе Люка зазвучала боль. Он никогда не хотел причинять этому человеку боль, но факт оставался фактом. Как сказала Клэр, жизнь Люка не была приоритетом для тех, кто принимал важные решения, поэтому от него отказались.

Люк гневно вскинул руку.

- И я! Я не видел этого, несмотря на множество подсказок. Я был слеп, настолько слеп, что потребовался неуклюжий идиот, чтобы перевернуть мою жизнь, прежде чем я смог разглядеть это - а к тому времени было уже слишком поздно.

Клэр бросила еще один веселый взгляд на Майкла, который застыл на месте.

- Расскажите мне об этом неуклюжем идиоте, - попросила она, - Ваше описание напоминает мне одного знакомого.

- А, еще один Ардан - на этот раз настоящий, прямо из Калмхарбора.

Майкл, -

Люк закатил глаза, не обращая внимания на внезапную восхищенную улыбку Клэр, - Вырос на куче денег. Половину времени он был настолько неопытен, что едва не натыкался на стены, другую половину - изрекал банальности. И

особенный

, да? Потому что, конечно, он был особенным.

Люк издал звук отвращения.

- Умудрился натравить на меня буйного сумасшедшего, а когда я побежал за помощью, человек, который меня вырастил, вернул меня к идиоту и сказал ему, что он

самый дорогой человек на свете

.

Клэр перестала бороться со сдерживаемым смехом и едва не запнулась; Люк озадаченно перевел взгляд на нее.

- Прозвище, - сказал Майкл, - Пусть он меня увидит.

В воздухе появилось слабое мерцание, а возле его уха раздался слабый смешок.

- Не понимаю, почему я должно это сделать, - пробормотало Прозвище, - Мне очень нравится его рассказ, и, кажется, я давно не видел, чтобы Клэр так смеялась.

На лице Люка, наблюдавшего за смехом Клэр, тоже появилась слегка маниакальная ухмылка.

- Это смешно, да? - усмехнулся он, - А потом он застрелил безумного прорицателя, привязал меня к столу...

- Прозвище! - настойчиво сказал Майкл, - Пусть он меня увидит!

- И начал разглагольствовать о том, чтобы убить всех на острове и создать идеального человека, - проворчал Люк, - Потом пришел другой человек, который меня вырастил...

Майкл шагнул вперед и толкнул Люка, заставив его отступить на несколько шагов и прервав его тираду. Шок и растерянность сменились гневом на его лице, который вернулся через мгновение, когда его глаза устремились прямо на Майкла.

- Полагаю, игра окончена, - вздохнуло Прозвище.

- Ты, -

Люк шагнул вперед, сжимая кулаки, - Конечно, это ты, ты вмешиваешься.., - его кулак размахнулся и ударил Майкла в челюсть, отчего его зрение помутилось, и он упал на бок в грязь. Люк поднял его за воротник и снова занес кулак для очередного удара, а затем без сил рухнул на землю, когда сверкающая рука материализовалась, чтобы стукнуть его по лбу.

- Каким бы забавным это ни было, - сказало Прозвище с некоторым напряжением в голосе, - я должено попросить вас некоторое время сохранять тишину и покой. Вас становится все труднее скрывать, - наступила пауза, - Это касается и тебя, Клэр.

Клэр выпрямилась и встала с колен, полупарализованная смехом, вытирая слезы с глаз.

- Прости, - сказала она, - Просто... это очень

мило.., -

она снова закрыла рот рукой.

Прозвище издало гулкий вздох.

- Если хочешь, подожди немного, - сказал оно, - Но, по крайней мере, уберите нашего нового друга с дороги. Я мало что смогу сделать, если его переедет телега.

Клэр кивнула, поджав губы, а Майкл, нахмурившись, поднялся на ноги.

- Ты позволило ему ударить меня, - сказал он.

- Всего один раз, - ответило Прозвище, - Это показалось мне полезным. К тому же это совсем не то, как если бы он поклялся отомстить и преследовать тебя по пятам до того дня, когда сможет искупаться в твоей крови, - или еще какая-нибудь ерунда, в которой ты убедил себя, по поводу его намерений.

- В то время это казалось разумным, - пробормотал Майкл, наклоняясь, чтобы просунуть руки под плечи Люка и потянуть на себя. Он почувствовал еще один порыв сочувствия: парень был ужасающе легким. Клэр собралась с силами, чтобы поднять его на ноги, хотя, очевидно, еще не доверяла себе, чтобы говорить.

Прозвище хмыкнуло.

- Никто не сможет отрицать, что твоя жизнь значительна, - сказало оно, - Меньше всего после того, как я услышал эту историю. Тем не менее ты должен допустить вероятность, возможность, хоть малейший шанс того, что ты не так важен для других, как тебе кажется.

- Да, хорошо, - нахмурился Майкл, - Я допускаю, что ошибся, хотя сомневаюсь, что это помешает тебе вечно твердить об этом.

- Это всего лишь смущение, - сказало Прозвище, - Я не сомневаюсь, что, когда чувство неловкости пройдет, ты найдешь воспоминания об этом дне очень ценными.

Клэр уронила ноги Люка и снова рухнула на землю. Майкл вздохнул, поднялся на ноги и продолжил тянуть.