— Воу.Милан, Италия.Ванесса и Паоло, находившиеся в Особняке Леолена семьи Колаион, смотрели видеозапись пятничного инцидента с убийством.— Совершенно, как и ожидалось.Мастерство Джеронимо было безупречным.

Сименс был мгновенно убит, а убийца исчез, как будто его никогда и не существовало.

Он сбежал из Турина, который был глубоко и надежно окутан сферой влияния семьи Колаион, не оставив ни единого следа.— Но что его убило?Паоло задал интересующий его вопрос.

Ванесса оперлась подбородком на руку и перемотала запись.

Тем не менее низкое качество видеозаписи не смогло точно показать то, что произошло.— Я не уверена.— Я… думаю, это была пуля.— Не может быть.Огнестрельное оружие было незаменимым типом оружия даже в нынешнюю эпоху.Хотя их и называли «хорошо собранными игрушками» по сравнению с артефактами, с точки зрения размера, рынок огнестрельного оружия был таким же большим, как и рынок артефактов.Это было связано с тем, что артефакты типа «холодное оружие» обычно были предметами сделки между двумя гильдиями, двумя людьми или между гильдией и человеком.

Кроме того, они продавались в аукционных домах или на специальных рынках, таких как «Фиолетовый Банкет».С другой стороны, огнестрельным оружием могли пользоваться даже обычные гражданские, а высококлассное огнестрельное оружие даже могло убить монстра низкого ранга.Другими словами, торговля огнестрельным оружием была гораздо более активной и частой, чем торговля артефактами.— Среди Наемников Джеронимо не должно быть никого, кто использовал бы пистолет.Но это и был предел огнестрельного оружия.

Инструмент для самообороны, используемый простыми людьми, который применялся против слабых монстров.У сильных не было причин использовать его.— Но, в независимости от того, как ты на это смотришь, это выглядит как пуля…— Как бы магическая пуля пробила барьер? В любом случае...Выражение лица Ванессы пугающе напряглось.— Лучше молчи обо всем этом.

Не открывай рот, что бы ни случилось.

Мы ничего не знаем об этом, понял?Все это было секретом, который они должны были нести прямиком в свои могилы.Крестный отец Колаион больше всего заботился о безопасности своей семьи.

Он наверняка будет в ярости из-за смерти Сименса.

Независимо от того, насколько глупым был Сименс, у Крестного отца Колаион было нерушимое кредо и это наказание члена семьи должно осуществляться открыто.— Конечно, я и так это знаю.Паоло кивнул, как будто спрашивая, почему она вообще упомянула такую очевидную вещь.Однако Ванесса волновалась.

В фильмах тем, кто прокалывался, всегда был кто-то похожий на него…Не в силах доверять словам своего брата, Ванесса даже заключила с ним «магический контракт».***Солнечная Гавань.Дом престарелых, в котором жил Фернин Иисус, находился на окраине Сеула.

Тем не менее его название и внешний вид заставляли думать о нем больше как об удобном месте для отдыха, чем о доме престарелых.Я осторожно подошел ко входу и постучал в дверь.Вскоре открылась дверь, и передо мной появилась женщина средних лет, которая, вероятно, была сиделкой.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

Как раз в тот момент, когда я собирался улыбнуться в ответ и представиться, она вдруг заговорила.— Воу, давно не виделись, Хачин!— Да?Будучи пойманным врасплох, моя голова напряглась.

Опустилось короткое молчание, в то же время я чувствовал себя так, словно по моему затылку ударил молоток.

Тем не менее я быстро восстановил самообладание.Ким Хачин, а точнее, Ким Чондон.Чондон был не камнем, но человеком.

Вполне возможно, что он двигался согласно своим желаниям и занимался делами.Если так подумать, это место было всего в 10 минутах пути от оригинального дома Чондона.— Ах… да, рад встрече.

Давно не виделись.Вот что я ей ответил.К счастью, это видимо не было слишком необычным ответом, поскольку сиделка отреагировала нормально.— Ты, должно быть, в последнее время занят Геройскими тренировками.

Что привело тебя сюда? Ах, заходи.Сиделка пригласила меня войти, и я, конечно же, последовал ее предложению.Я осматривал помещение.

Места было больше, чем казалось снаружи.

В гостиной было шесть человек, разговаривающих друг с другом.

Они играли в Го и Сёги.

Затем они заметили меня и от души рассмеялись.— Прошел почти год! Как твои дела?В этот момент сиделка задала мне вопрос.— Ах, ну, знаете...Я не решался заговорить.

Я не знал, как поднять эту тему.— Да?— Эм, это о Агус-аджосси*.*(Аджосси (아저씨 [ajŏssi]) — уважительное обращение к мужчине (как правило, старше говорящего; аналог английского mister или испанского señor).— Агус ...

Ах, о том мужчине южноамериканце?Я кивнул.Казалось, у Чондона были какие-то отношения с Агусом Бенджамином.

Я не был слишком удивлен, так как прошлое Чондона полностью находилось в руках соавтора.

Должно быть, он сделал что-то, чтобы снова усложнить ситуацию.

Но насколько я понимаю, эта ситуация была не так уж плоха.

Соавтор, вероятно, не ожидал, что я приеду сюда так скоро.— Да, мне было интересно, есть ли здесь что-нибудь, что он оставил после себя.— Позвольте мне подумать… я не думаю, что он специально просил нас позаботиться о чем-то таком, но кое-что было.— Письмо?— А? Ох, да, письмо.

Как ты узнал?Мои глаза широко распахнулись.Письмо.К счастью, кажется, что сюжетное устройство, которое я создал в оригинальном романе, осталось без изменений.— Где это письмо?— Оно в мемориале вместе с его пеплом.

А что?— Ах, ну...Мне нужно было подумать о том, как же ответить на этот вопрос.

Я ничего не знал о личности Чондона, но по мягкому взгляду сиделки и улыбкам других пенсионеров...

Я мог предположить, что он был дружелюбным.— У нас ним было обещание.— О, да? Правильно тебе же нравилось представляться пенсионерам и слушать их истории...

Я думаю, его прах хранится где-то в Мемориале Сохо.— Ах, спасибо.Я поклонился.Затем, обменявшись несколькими любезностями, я отправился к мемориалу, о котором мне рассказала сиделка.[Мемориал Сохо.]«Хм».Это был мой первый визит в мемориал.

Подобно поездкам в другие страны, в этом мире я испытал много нового.Почесав шею, я вошел внутрь.В мемориале хранились тысячи урн, но мои Глаза Тысячи Миль могли быстро найти имя, которое мне было нужно.Агус Бенджамин.

Написано на корейском языке.Его урна, вместе с письмом, была помещена в выдвижной ящик.«Письмо…»Как и сказала сиделка, рядом с его урной было помещено старое письмо.Я подошел к ящику.

Однако я отнял руку, прежде чем открыл его.Я уже знал, что было внутри письма.

Это письмо должен был открыть не я, а его дочь.Но что, если содержание было другим?Из-за этого беспокойства я открыл ящик и вынул письмо.Текст был написан волнистыми буквами, которые я не мог прочитать.

После перевода с помощью своего браслета, я убедился в том, что там было написано то же самое, что и в оригинале.Чувствуя облегчение, я положил письмо обратно и развернулся.Затем я вошел в Фиолетовый Банкет.В такой ситуации Агентство Истины могло сказать своему клиенту только одно.[Мы нашли Фернина Иисуса.][Цена за информацию составит 300 миллионов вон.][Если вы хотите услышать ответ, пожалуйста, завершите платеж.]

Милан, Италия.

Ванесса и Паоло, находившиеся в Особняке Леолена семьи Колаион, смотрели видеозапись пятничного инцидента с убийством.

— Совершенно, как и ожидалось.

Мастерство Джеронимо было безупречным.

Сименс был мгновенно убит, а убийца исчез, как будто его никогда и не существовало.

Он сбежал из Турина, который был глубоко и надежно окутан сферой влияния семьи Колаион, не оставив ни единого следа.

— Но что его убило?

Паоло задал интересующий его вопрос.

Ванесса оперлась подбородком на руку и перемотала запись.

Тем не менее низкое качество видеозаписи не смогло точно показать то, что произошло.

— Я не уверена.

— Я… думаю, это была пуля.

— Не может быть.

Огнестрельное оружие было незаменимым типом оружия даже в нынешнюю эпоху.

Хотя их и называли «хорошо собранными игрушками» по сравнению с артефактами, с точки зрения размера, рынок огнестрельного оружия был таким же большим, как и рынок артефактов.

Это было связано с тем, что артефакты типа «холодное оружие» обычно были предметами сделки между двумя гильдиями, двумя людьми или между гильдией и человеком.

Кроме того, они продавались в аукционных домах или на специальных рынках, таких как «Фиолетовый Банкет».

С другой стороны, огнестрельным оружием могли пользоваться даже обычные гражданские, а высококлассное огнестрельное оружие даже могло убить монстра низкого ранга.

Другими словами, торговля огнестрельным оружием была гораздо более активной и частой, чем торговля артефактами.

— Среди Наемников Джеронимо не должно быть никого, кто использовал бы пистолет.

Но это и был предел огнестрельного оружия.

Инструмент для самообороны, используемый простыми людьми, который применялся против слабых монстров.

У сильных не было причин использовать его.

— Но, в независимости от того, как ты на это смотришь, это выглядит как пуля…

— Как бы магическая пуля пробила барьер? В любом случае...

Выражение лица Ванессы пугающе напряглось.

— Лучше молчи обо всем этом.

Не открывай рот, что бы ни случилось.

Мы ничего не знаем об этом, понял?

Все это было секретом, который они должны были нести прямиком в свои могилы.

Крестный отец Колаион больше всего заботился о безопасности своей семьи.

Он наверняка будет в ярости из-за смерти Сименса.

Независимо от того, насколько глупым был Сименс, у Крестного отца Колаион было нерушимое кредо и это наказание члена семьи должно осуществляться открыто.

— Конечно, я и так это знаю.

Паоло кивнул, как будто спрашивая, почему она вообще упомянула такую очевидную вещь.

Однако Ванесса волновалась.

В фильмах тем, кто прокалывался, всегда был кто-то похожий на него…

Не в силах доверять словам своего брата, Ванесса даже заключила с ним «магический контракт».

Солнечная Гавань.

Дом престарелых, в котором жил Фернин Иисус, находился на окраине Сеула.

Тем не менее его название и внешний вид заставляли думать о нем больше как об удобном месте для отдыха, чем о доме престарелых.

Я осторожно подошел ко входу и постучал в дверь.

Вскоре открылась дверь, и передо мной появилась женщина средних лет, которая, вероятно, была сиделкой.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

Как раз в тот момент, когда я собирался улыбнуться в ответ и представиться, она вдруг заговорила.

— Воу, давно не виделись, Хачин!

Будучи пойманным врасплох, моя голова напряглась.

Опустилось короткое молчание, в то же время я чувствовал себя так, словно по моему затылку ударил молоток.

Тем не менее я быстро восстановил самообладание.

Ким Хачин, а точнее, Ким Чондон.

Чондон был не камнем, но человеком.

Вполне возможно, что он двигался согласно своим желаниям и занимался делами.

Если так подумать, это место было всего в 10 минутах пути от оригинального дома Чондона.

— Ах… да, рад встрече.

Давно не виделись.

Вот что я ей ответил.

К счастью, это видимо не было слишком необычным ответом, поскольку сиделка отреагировала нормально.

— Ты, должно быть, в последнее время занят Геройскими тренировками.

Что привело тебя сюда? Ах, заходи.

Сиделка пригласила меня войти, и я, конечно же, последовал ее предложению.

Я осматривал помещение.

Места было больше, чем казалось снаружи.

В гостиной было шесть человек, разговаривающих друг с другом.

Они играли в Го и Сёги.

Затем они заметили меня и от души рассмеялись.

— Прошел почти год! Как твои дела?

В этот момент сиделка задала мне вопрос.

— Ах, ну, знаете...

Я не решался заговорить.

Я не знал, как поднять эту тему.

— Эм, это о Агус-аджосси*.

*(Аджосси (아저씨 [ajŏssi]) — уважительное обращение к мужчине (как правило, старше говорящего; аналог английского mister или испанского señor).

Ах, о том мужчине южноамериканце?

Казалось, у Чондона были какие-то отношения с Агусом Бенджамином.

Я не был слишком удивлен, так как прошлое Чондона полностью находилось в руках соавтора.

Должно быть, он сделал что-то, чтобы снова усложнить ситуацию.

Но насколько я понимаю, эта ситуация была не так уж плоха.

Соавтор, вероятно, не ожидал, что я приеду сюда так скоро.

— Да, мне было интересно, есть ли здесь что-нибудь, что он оставил после себя.

— Позвольте мне подумать… я не думаю, что он специально просил нас позаботиться о чем-то таком, но кое-что было.

— А? Ох, да, письмо.

Как ты узнал?

Мои глаза широко распахнулись.

К счастью, кажется, что сюжетное устройство, которое я создал в оригинальном романе, осталось без изменений.

— Где это письмо?

— Оно в мемориале вместе с его пеплом.

— Ах, ну...

Мне нужно было подумать о том, как же ответить на этот вопрос.

Я ничего не знал о личности Чондона, но по мягкому взгляду сиделки и улыбкам других пенсионеров...

Я мог предположить, что он был дружелюбным.

— У нас ним было обещание.

— О, да? Правильно тебе же нравилось представляться пенсионерам и слушать их истории...

Я думаю, его прах хранится где-то в Мемориале Сохо.

— Ах, спасибо.

Я поклонился.

Затем, обменявшись несколькими любезностями, я отправился к мемориалу, о котором мне рассказала сиделка.

[Мемориал Сохо.]

Это был мой первый визит в мемориал.

Подобно поездкам в другие страны, в этом мире я испытал много нового.

Почесав шею, я вошел внутрь.

В мемориале хранились тысячи урн, но мои Глаза Тысячи Миль могли быстро найти имя, которое мне было нужно.

Агус Бенджамин.

Написано на корейском языке.

Его урна, вместе с письмом, была помещена в выдвижной ящик.

Как и сказала сиделка, рядом с его урной было помещено старое письмо.

Я подошел к ящику.

Однако я отнял руку, прежде чем открыл его.

Я уже знал, что было внутри письма.

Это письмо должен был открыть не я, а его дочь.

Но что, если содержание было другим?

Из-за этого беспокойства я открыл ящик и вынул письмо.

Текст был написан волнистыми буквами, которые я не мог прочитать.

После перевода с помощью своего браслета, я убедился в том, что там было написано то же самое, что и в оригинале.

Чувствуя облегчение, я положил письмо обратно и развернулся.

Затем я вошел в Фиолетовый Банкет.

В такой ситуации Агентство Истины могло сказать своему клиенту только одно.

[Мы нашли Фернина Иисуса.]

[Цена за информацию составит 300 миллионов вон.]

[Если вы хотите услышать ответ, пожалуйста, завершите платеж.]