Следующей темой был враг, которого мы должны будем победить.— И в этом месте есть Джинн по имени Асура.

Как и мы, он был втянут в этот мир призраком.

Кстати, он не настоящий Асура, так что особо не волнуйтесь.Асура.Когда я только об этом узнал, я был ошеломлен.Я даже дал ему такое красивое имя, как Чонхва*.

Я не знаю, почему он сменил его на Асуру.Что если об этом узнает настоящий Асура!?*(Дословный перевод с корейского — Тысяча Цветов.)— Чтобы стать сильнее, он использует «кристаллы маны».Кристаллы маны появлялись естественным путем.

Когда мана конденсировалась достаточно плотно, чтобы быть в твердом состоянии, появлялся кристалл маны.— Эм, у меня есть вопрос.В этот момент подняла руку Ю Ёнха.— Как он может становиться сильнее, используя кристаллы маны? Ученые узнали, как их использовать только в 2000-х годах.— Поедая их.— Э?При попытке съесть кристалл маны, большинство людей мгновенно умрут.

Даже если им удастся выжить, они получат огромные внутренние травмы.

Причиной появления этих травм было то, что магическая сила в их телах сразу же начнет бороться со сгущенной маной кристалла.Однако этот Джинн был другим.— Похоже, он получил особую силу, объединившись с призраком.

Он может проглатывать и переваривать кристаллы маны без каких-либо негативных последствий.— Тогда…Выражение лиц детей стало серьезным.Асура стал немного сильнее, чем в оригинальной истории.Тем не менее изменения в его силе были не на тревожащем уровне.Я не мог сказать то же самое о других антагонистах, но я был идеальным противником этого самопровозглашенного Асуры.— Значит, этот Асура наш единственный враг? — спросил Шин Джонхак.Я в ответ покачал головой.— Нет, это еще не все.

Но прежде чем говорить об этом, мне нужно объяснить вам, каким образом мы сможем вернуться к настоящему.Я положил фиолетовый кристалл себе на ладонь.— Как я уже говорил, этот Остаток Башни — это то, что скрепляет этот мир прошлого.

Асура поместил эти кристаллы по всему миру.

Без них он не сможет материализовать прошлое.— Мы должны их украсть?— Верно.Я открыл карту, которую сам же и сделал.— Один из остатков в Мэрии Кванмёна, один в водонапорной башне на северо-востоке, один в оружейной на западе, и еще один в стальной башне на юге...Всего шесть кристаллов, и всех их нам нужно украсть.Как только они будут у нас, нам просто нужно будет собрать их в одном месте и одновременно их раздавить.

Прошлое рухнет, и мы сможем вернуться в настоящее.Конечно же, Асура использует 5000 жителей Мэрии Кванмёна, чтобы остановить нас.— У Асуры есть пять подчиненных, охраняющих каждое из мест с остатком, кроме Мэрии Кванмёна.Пять подчиненных Асуры.Честно говоря, я не смог бы победить их, какой бы трюк ни использовал.Это был вопрос соответствия.Это довольно интересно, что я могу победить их лидера, но я никак не смогу победить его лакеев.— Итак… То, что нам нужно сделать — очевидно.Это были слова Ким Сухо.Я, зевая, кивнул.Прямо сейчас был час ночи.

Пришло время спать.— Уже поздно.

Мы будем отдыхать следующие пять часов.

Это поможет вам пополнить вашу ману.

Для начала... давайте начнем с выбора того, кто будет на ночной страже.***Рассвет.

Я открыл глаза, чувствуя холодный утренний ветер.Оставаясь здесь в течение 40 дней, у меня развилась привычка короткого сна.За шесть недель, что я был здесь один, не зная, когда придут враги, я делил свой сон на временные рамки в один час.Среди 40 дней был даже такой случай, когда я целый день сидел на дереве, потому что враги патрулировали местность.— Хм.Но возможно, благодаря тому, что я хорошо себя чувствовал, утренний воздух ощущался освежающим.Я вышел из палатки на утреннюю растяжку.Когда я подошел ко входу в частично разрушенное заброшенное здание, я увидел стоящую на страже Чэ Наюну.Синий оттенок сумерек тонко сиял на ее коже.Она, кажется, почувствовала мое присутствие и слегка повернулась ко мне.— Ты уже встал?Увидев меня, она слегка улыбнулась.— Да.

Я вижу, что ты на ночной страже.— Это проще простого.— Да?Заметив, что мои волосы, длинной до плеч, распущены, я завязал их.Тем временем Чэ Наюна смотрела на меня глазами, полными любопытства.— Эй, разве это не неудобно ходить с длинными волосами? Твои почти такие же длинные, как мои.— Так и есть.

Но я не могу состричь их, потому что могу оказаться под проклятьем мага проклятий.— У них даже есть маг проклятий?— Ага.

Он всегда ходит со своей куклой вуду.Я поплелся к Чэ Наюне.

Затем я отогнал ее с ее места.Она сидела на моем байке.Чэ Наюна щелкнула языком и подошла к креслу для ночного дозора.Садясь, она посмотрела вперед.

Я последовал за ее взглядом.По горизонту расплывался свет рассвета.

Небо все еще сияло звездами, а земля была полна пышной растительностью.Мне внезапно стало любопытно, что думает Чэ Наюна, глядя на эту сцену из прошлого.— О чем думаешь?— А? Мм...

Мне было интересно, почему призрак не мог перенести меня в 2000 год вместо 1972 года.Я был не настолько глуп, чтобы не знать, что она имела в виду.2000 год был годом, когда мать Чэ Наюны была на пике своей жизни.Я молча вглядывался в лес.Но внезапно Чэ Наюна сказала что-то, чего я понять не смог.— Я уверена, что ты тоже думал об этом.Я повернулся к Чэ Наюне.Она, все еще лицом к лесу, тихо проговорила.— Извини, я не должна перед тобой жаловаться.

Просто игнорируй это.Услышав ее, я вдруг вспомнил своих родителей.Однако я не думал об этом слишком уж долго.

Это слишком больно.Чэ Наюна, которая украдкой поглядывала на меня, вдруг снова заговорила, но уже веселым голосом.— О, кстати, в 1972 году родилась моя мама.— Значит, ты у нее появилась, когда она стала уже довольно старой.— Вот как все было тогда: она была просто супер занята.

Я уверена, что когда она была молодой, у нее вообще не было времени и спокойствия, чтобы завести ребенка.Чэ Наюна пробормотала свое мнение, тем временем уставившись на мой байк.Затем она повторила то, что уже сказала ранее.— В1972 году родилась моя мама.

В больнице Сонмо.Больница Сонмо.Туда было всего тридцать минут езды на мотоцикле.Если бы это был реальный мир, вот в чем загвоздка.— Мы не можем попасть в центр Сеула.

Этот мир ограничен только этой областью.— Понятно.Скрывая свое разочарование тихим вздохом, Чэ Наюна ярко улыбнулась.— Как неудачно.

Следующей темой был враг, которого мы должны будем победить.

— И в этом месте есть Джинн по имени Асура.

Как и мы, он был втянут в этот мир призраком.

Кстати, он не настоящий Асура, так что особо не волнуйтесь.

Когда я только об этом узнал, я был ошеломлен.

Я даже дал ему такое красивое имя, как Чонхва*.

Я не знаю, почему он сменил его на Асуру.

Что если об этом узнает настоящий Асура!?

*(Дословный перевод с корейского — Тысяча Цветов.)

— Чтобы стать сильнее, он использует «кристаллы маны».

Кристаллы маны появлялись естественным путем.

Когда мана конденсировалась достаточно плотно, чтобы быть в твердом состоянии, появлялся кристалл маны.

— Эм, у меня есть вопрос.

В этот момент подняла руку Ю Ёнха.

— Как он может становиться сильнее, используя кристаллы маны? Ученые узнали, как их использовать только в 2000-х годах.

— Поедая их.

При попытке съесть кристалл маны, большинство людей мгновенно умрут.

Даже если им удастся выжить, они получат огромные внутренние травмы.

Причиной появления этих травм было то, что магическая сила в их телах сразу же начнет бороться со сгущенной маной кристалла.

Однако этот Джинн был другим.

— Похоже, он получил особую силу, объединившись с призраком.

Он может проглатывать и переваривать кристаллы маны без каких-либо негативных последствий.

Выражение лиц детей стало серьезным.

Асура стал немного сильнее, чем в оригинальной истории.

Тем не менее изменения в его силе были не на тревожащем уровне.

Я не мог сказать то же самое о других антагонистах, но я был идеальным противником этого самопровозглашенного Асуры.

— Значит, этот Асура наш единственный враг? — спросил Шин Джонхак.

Я в ответ покачал головой.

— Нет, это еще не все.

Но прежде чем говорить об этом, мне нужно объяснить вам, каким образом мы сможем вернуться к настоящему.

Я положил фиолетовый кристалл себе на ладонь.

— Как я уже говорил, этот Остаток Башни — это то, что скрепляет этот мир прошлого.

Асура поместил эти кристаллы по всему миру.

Без них он не сможет материализовать прошлое.

— Мы должны их украсть?

Я открыл карту, которую сам же и сделал.

— Один из остатков в Мэрии Кванмёна, один в водонапорной башне на северо-востоке, один в оружейной на западе, и еще один в стальной башне на юге...

Всего шесть кристаллов, и всех их нам нужно украсть.

Как только они будут у нас, нам просто нужно будет собрать их в одном месте и одновременно их раздавить.

Прошлое рухнет, и мы сможем вернуться в настоящее.

Конечно же, Асура использует 5000 жителей Мэрии Кванмёна, чтобы остановить нас.

— У Асуры есть пять подчиненных, охраняющих каждое из мест с остатком, кроме Мэрии Кванмёна.

Пять подчиненных Асуры.

Честно говоря, я не смог бы победить их, какой бы трюк ни использовал.

Это был вопрос соответствия.

Это довольно интересно, что я могу победить их лидера, но я никак не смогу победить его лакеев.

— Итак… То, что нам нужно сделать — очевидно.

Это были слова Ким Сухо.

Я, зевая, кивнул.

Прямо сейчас был час ночи.

Пришло время спать.

— Уже поздно.

Мы будем отдыхать следующие пять часов.

Это поможет вам пополнить вашу ману.

Для начала... давайте начнем с выбора того, кто будет на ночной страже.

Я открыл глаза, чувствуя холодный утренний ветер.

Оставаясь здесь в течение 40 дней, у меня развилась привычка короткого сна.

За шесть недель, что я был здесь один, не зная, когда придут враги, я делил свой сон на временные рамки в один час.

Среди 40 дней был даже такой случай, когда я целый день сидел на дереве, потому что враги патрулировали местность.

Но возможно, благодаря тому, что я хорошо себя чувствовал, утренний воздух ощущался освежающим.

Я вышел из палатки на утреннюю растяжку.

Когда я подошел ко входу в частично разрушенное заброшенное здание, я увидел стоящую на страже Чэ Наюну.

Синий оттенок сумерек тонко сиял на ее коже.

Она, кажется, почувствовала мое присутствие и слегка повернулась ко мне.

— Ты уже встал?

Увидев меня, она слегка улыбнулась.

Я вижу, что ты на ночной страже.

— Это проще простого.

Заметив, что мои волосы, длинной до плеч, распущены, я завязал их.

Тем временем Чэ Наюна смотрела на меня глазами, полными любопытства.

— Эй, разве это не неудобно ходить с длинными волосами? Твои почти такие же длинные, как мои.

— Так и есть.

Но я не могу состричь их, потому что могу оказаться под проклятьем мага проклятий.

— У них даже есть маг проклятий?

Он всегда ходит со своей куклой вуду.

Я поплелся к Чэ Наюне.

Затем я отогнал ее с ее места.

Она сидела на моем байке.

Чэ Наюна щелкнула языком и подошла к креслу для ночного дозора.

Садясь, она посмотрела вперед.

Я последовал за ее взглядом.

По горизонту расплывался свет рассвета.

Небо все еще сияло звездами, а земля была полна пышной растительностью.

Мне внезапно стало любопытно, что думает Чэ Наюна, глядя на эту сцену из прошлого.

— О чем думаешь?

Мне было интересно, почему призрак не мог перенести меня в 2000 год вместо 1972 года.

Я был не настолько глуп, чтобы не знать, что она имела в виду.

2000 год был годом, когда мать Чэ Наюны была на пике своей жизни.

Я молча вглядывался в лес.

Но внезапно Чэ Наюна сказала что-то, чего я понять не смог.

— Я уверена, что ты тоже думал об этом.

Я повернулся к Чэ Наюне.

Она, все еще лицом к лесу, тихо проговорила.

— Извини, я не должна перед тобой жаловаться.

Просто игнорируй это.

Услышав ее, я вдруг вспомнил своих родителей.

Однако я не думал об этом слишком уж долго.

Это слишком больно.

Чэ Наюна, которая украдкой поглядывала на меня, вдруг снова заговорила, но уже веселым голосом.

— О, кстати, в 1972 году родилась моя мама.

— Значит, ты у нее появилась, когда она стала уже довольно старой.

— Вот как все было тогда: она была просто супер занята.

Я уверена, что когда она была молодой, у нее вообще не было времени и спокойствия, чтобы завести ребенка.

Чэ Наюна пробормотала свое мнение, тем временем уставившись на мой байк.

Затем она повторила то, что уже сказала ранее.

— В1972 году родилась моя мама.

В больнице Сонмо.

Больница Сонмо.

Туда было всего тридцать минут езды на мотоцикле.

Если бы это был реальный мир, вот в чем загвоздка.

— Мы не можем попасть в центр Сеула.

Этот мир ограничен только этой областью.

Скрывая свое разочарование тихим вздохом, Чэ Наюна ярко улыбнулась.

— Как неудачно.