Том 1 Глава 3

В 2235 году предыдущей эпохи первая группа людей переселилась в солнечную систему, в которой находится звезда Небесный Огонь. С того дня человечество вступило в новую эпоху, которую так и прозвали “Новая эпоха”.

Всего за сто с небольшим лет человечество, включая звезду Небесный Огонь и материнскую звезду* людей, управляло территорией двадцати трех звездных систем.

[П.п: Наша родная планета Земля].

ζ

Проспект Небесный Огонь. Старинная готическая винная лавка.

Старик ушел с поникшей головой. Выражения лиц мужчины средних лет и юноши стали более нервными.

Лань Цзюэ перевел взгляд на мужчину средних лет: «В предыдущую эпоху красное вино Франции делилось на две производственные области. Какие?»

Мужчина средних лет ответил: «Бордо и Бургундия, причем Бордо делился на правый и левый берега».

Лань Цзюэ спросил: «Какие восемь шато Бордо называют “Великолепной восьмеркой”?»

Мужчина средних лет ответил: «К ним относятся пять великих первоклассных шато 1855 года предыдущей эпохи, которые расположены на западном левом берегу Медока и три из основных виноделен правого берега Медока. Пять на левом берегу – это Шато Латур, Шато Лафит Ротшильд, Шато Марго, Шато О-Брион и Шато Мутон Ротшильд. Три на правом берегу Медока – это Шато Озон, Шато Шеваль Блан, Шато Петрюс».

Лань Цзюэ сказал: «Отлично. Только что мы обсуждали, что для декантации вина Шато Лафит Ротшильд с левого берега, как правило, требуется около двух часов. В таком случае, сколько времени нужно декантировать красное бургундское вино высшего класса? Например, вино Ля Таш, производимое в Домене де ля Романе-Конти?»

«Эээ… – мужчина средних лет замешкался, а затем сказал, – Декантация зависит от воздуха и условий хранения, поэтому трудно сказать».

Лань Цзюэ рассмеялся: «Вы, должно быть считаете себя очень умным».

Сердце мужчины средних лет сжалось.

«Вы свободны», – сказал Лань Цзюэ.

Мужчина средних лет встал с горькой улыбкой и спросил: «В чем была моя ошибка?»

Лань Цзюэ ответил: «Бургундские и бордоские вина совершенно разные. Им требуется лишь небольшая декантация, обычно не более получаса. Более того, самое лучшее бургундское вино вообще не нуждается в выдержке. Смысл его употребления заключается в том, чтобы насладиться его вкусом, когда оно начинает дышать и постоянно изменяться. Возможно, вы и пили бургундские вина раньше, но определенно пили мало».

Мужчина средних лет серьезно кивнул: «Спасибо за урок», – он кивнул Лань Цзюэ и остальным троим после чего удалился.

Юноша, сидевший рядом с мужчиной средних лет, тоже встал, на его лице появилась горькая улыбка и он сказал: «Думаю будет лучше, если я тоже уйду. Я вернусь, когда попробую чуть больше вин».

Мастер вин посмотрел на Лань Цзюэ: «Каждый раз, когда ты проводишь собеседования, то тебе удается завершить их в кратчайшие сроки. Хотя ты все же довольно жесток с ними».

Лань Цзюэ улыбнулся: «Это лучше позволят понять суть вещей, разве не так? Ты не хочешь быть жестоким, потому что это твой стиль. Я – мастер драгоценностей, я не мастер вин. Проще говоря, я не более чем алкоголик, желающий выпить немного хорошего вина как можно быстрее. Ну что, чем планируешь угостить сегодня?»

Мастер вин сказал: «Пойди сам в пространственный винный погреб и возьми первую попавшуюся на глаза бутылку. Только одну бутылку. Если возьмешь больше одной, то заплати за неё», – сказав это, он положил на стол перед собой кусок серебристо-белого металла.

«Хорошо», – Лань Цзюэ немедленно встал и, пройдя мимо мастера вин, поднял серебристо-белый кусок металла и пошел ко входу.

Пройдя через тридцатиметровый проход, он опустился по лестнице, спустился еще на тридцать метров, пока не оказался перед большой древней коричневой дверью без каких либо украшений.

Прежде чем войти, Лань Цзюэ раскрыл ладонь. Кусок металла в его руке, казалось, что-то почувствовал и взлетел в воздух, проворно прижавшись к двери.

Дверь задрожала, словно была сделана из воды. Она не излучала никакого света, а просто причудливо исчезла в небытие.

Лань Цзюэ слегка улыбнулся и медленно вошел внутрь.

Когда он стоял и не двигался, казалось, что все вокруг него плавно искажается и переливается. После того, как он шел прямо примерно полминуты, ощущения искажения исчезло, и все вернулось в нормальное состояние.

Это был очень большой винный погреб. Винные стеллажи были сделаны из самого качественного французского белого дуба предыдущей эпохи, они были аккуратно расставлены и устремлялись вдаль, что не было видно их конца. Рядом стояло бесчисленное количество огромных дубовых бочек, которые занимали всю стену.

Хотя Лань Цзюэ был в этом месте не один раз, он не мог не удержаться от хвалебного вздоха. Он понятия не имел, как мастеру вин удалось раздобыть столько потрясающих вин предыдущей эпохи, доставить их в город Небесный Огонь и, используя невероятные техники управления пространством-временем, хранить их тут. Одни только винные стеллажи из белого дуба стоили более десяти тысяч монет новой эпохи. Обычная зарплата семьи, живущей на звезде Небесный Огонь, обычно составляет всего тысячу монет новой эпохи в месяц.

В этом месте пространство-время было заморожено. Если бы у Лань Цзюэ не было этого куска металла на голове, который постоянно излучал мягкое свечение вокруг него, то он тоже был бы заморожен в этом месте.

Только заморозив время-пространство, можно было сохранить эти прекрасные вина предыдущей эпохи в идеальном состоянии.

Лань Цзюэ медленно прошел вглубь помещения. Он смотрел на ряды старинных винных бутылок и этикеток.

«Все бутылки здесь высшего класса! Воистину, выпив одну бутылку значило бы потерять её навсегда», – осматривая бутылки он вздохнул.

Вдруг ему показалось, что он что-то почувствовал. Остановившись, он поднял голову и посмотрел в определенном направлении.

Там стояла небольшая лампа, от которой исходило тусклое желтое свечение. Для обычного человека эта вещь показалась бы обычной лампой, но Лань Цзюэ смог заметить в этой лампе нечто малое и незначительное.

Это была лишь лампа, но отбрасываемый ею ореол света казался слишком большим.

Вокруг тела Лань Цзюэ засиял слой мягкого голубого света, под контролем которого он приподнялся над землей. Когда его тело коснулось желтого ореола, пространство вдруг снова начало искажаться, а в его ушах раздался свист.

Он попал в другую комнату. По сравнению с внешней комнатой, эта была немного меньше, около пятисот квадратных метров. Планировка была такой же, как и снаружи.

Вдоль стен стояли ряды одиноких винных стеллажей, которые заполнены бутылками красного вина.

Когда Лань Цзюэ увидел эту комнату, его глаза вдруг стали синими, наполненными электрическим светом.

«Ай да старик. Это же сокровищница мастера вин! Как жаль, что я могу взять только одну бутылку».

Он обычно всегда спокойный и грациозный не мог не ускорить шаг, направляясь к винному стеллажу. Он поднял бутылку красного вина и посмотрел на белоснежную винную этикетку. Его глаза были полны восхищения и обожания, словно он смотрел на первую красавицу мира, которая тронула его сердце.

Повернувшись, он направился к желтому ореолу света, но сделав один шаг, остановился.

В уголках его губ появилась лукавая улыбка: «Мастер вин такой скупердяй, что ради неё может отказаться от своих слов. Я не могу дать ему такой возможности».

Взмахнув рукой из ниоткуда появился штопор, специально предназначенный для откупоривания красных вин.