Том 1 Глава 39

Марго заметила колебания Аселлы и аккуратно спросила:

- Какие-то проблемы с этим?

Аселла открыла рот с озадаченным лицом:

- Извините, мадам Роуман, но я не собираюсь принимать ванну со всеми вами.

- Что? - Марго поправила очки и решила уточнить. - Если вам не нравятся эти девушки, то позвольте другим служанкам позаботиться о вас.

- Нет, все не так.

- Почему?

Аселла была расстроена тем фактом, что у нее не было веских причин, чтобы отказываться от их услуг, однако она никак не хотела показывать свое тело незнакомцам. К счастью, Марго быстро поняла смущение Аселлы.

- Всем покинуть ванную комнату.

- Да, мисс.

После того, как все служанки покинули комнату и в ней остались всего двое человек, Марго осторожно спросила Аселлу:

- Госпожа, простите за грубый вопрос, но почему вы не хотите видеть при себе прислугу?

Аселла не ответила. Она не могла ответить.

Не было секретом, что до замужества она жила без единой прислужницы. Но она не могла сказать, что не так давно все ее тело полностью было покрыто шрамами, что на нем живого места было не видать. Погруженная в эти мысли Аселла прикусила внутреннюю сторону губ во рту.

Марго снова ласково заговорила с ней:

- Если вы не хотите, можете мне ничего не говорить. Просто из-за незнания мы можем упустить что-то из виду.

- Это не так. – покачала головой Аселла, мягко улыбаясь Марго.

- Ладно. Если вдруг Вам что-нибудь понадобиться, позовите нас в любое время.

- Хорошо. – кивнула Аселла.

- В таком случае…

Марго любезно объяснила Аселле, как пользоваться ванной и различными предметами обихода, затем слегка поклонившись в прощальном реверансе, удалилась.

Оставшись одна в ванной Аселла медленно огляделась. Как и в спальне, здесь была великолепная обстановка, от которой у нее начинала кружиться голова. Через огромное панорамное окно, напротив позолоченной ванной, открывался прекрасный вид на глубокую ночь.

Ее комнаты располагались на третьем этаже, но из-за высоких потолков во всем поместье, высота была эквивалентна четвертому этажу любого другого обычного здания. Яркий лунный свет освещал сад.

«Не волнуйтесь, снаружи невозможно увидеть то, что происходит внутри – успокоила Марго Аселлу, когда увидела, что та была потрясена огромным окном в ванной, в котором виднелось отражение всего, что в комнате».

«Никто снаружи не увидит того, что внутри», - мысленно успокоила себя Аселла, и, сняв одежду вошла в ванную.

В ванне плавали лепестки роз, а от воды, заправленной солью для ванн исходил приятный аромат.

Когда девушка погрузила свое тело в горячую воду, напряжение, сковывающее все ее одеревеневшее тело, отступило и она, наконец, потихоньку расслабилась в тепле.

«Уже совсем скоро…»

Прошел еще один день в ее жизни.

«Скоро у Мариэль день рождения, но я все еще…» - она думала об этом на протяжении всей дороги в герцогство, но так и не смогла придумать хорошего способа…

Аселла испустила легкий вздох, рассеивая дымку пара от воды в ванной.

***

Сколько времени уже прошло? Аселла внезапно проснулась и поняла, что луна, видимая в панорамное окно, уже сдвинулась на приличное расстояние.

«Уже прошло так много времени…»

Аселла быстро встала. Легкое головокружение дало о себе знать из-за слишком долгого пребывания в горячей воде. Она протянула руки и схватила халат, висевший по другую сторону ванной. Скорее всего, Марго до сих пор ждала ее. Нужно будет сказать ей, чтобы хорошенько отдохнула завтра утром. Аселла поспешно покидала ванную с этими мыслями.

- ?!!

Аселла едва подавила крик, вырывавшийся из нее. Кое-кто еще был в спальне.

***

Каликс облокотился на спинку кресла и медленно скрестил ноги. Высокомерие человека, с рождения обладавшего властью проявлялось в каждом его жесте.

Было непочтительно вести себя таким образом перед посланником Императора, стоявшим перед ним, но он, тем не менее, чувствовал себя более чем расслабленно, не испытывая ни малейшего дискомфорта.

- Великий Князь.

Каликс уставился на посланника, не говоря ни слова. Слуга вздрогнул при его сухом взгляде, от которого веяло странным холодом. Было очевидно, что Император старался сохранить это в секрете. Скорее всего, этот посланник пришел за противоядием того яда, которым Император был отравлен несколько дней назад.

- Ну, раз уж вы пришли, выкладывайте быстренько, зачем пожаловали. Видите ли, мой хозяин очень занят, так как он совсем недавно женился, у них с его женушкой еще много делишек, которыми им нужно заняться друг с другом, так что, не теряйте времени…

- Зик!

Увидев предостерегающий взгляд Райзена, Зик быстренько прикрыл ротик. Естественно, он не забыл угрожающе выставить свой меч в сторону посыльных Императора.

Сделав несколько шажков назад, молоденький посыльный открыл рот, гадая, не слетит ли его голова с плеч после того, как он произнесет свое послание.

- Позвольте мне передать дар Его Величества Вашему Высочеству.

В мгновение глаза Каликса цинично сузились. Посланник, ничего не подозревая, поманил Императорского рыцаря и отдал приказ:

- Открой коробку.

Рыцарь быстро открыл крышку большого ящика. Внутри большого ящика были аккуратно разложены десятки знакомых серебряных футляров. Райзен взял одну из миниатюрных коробочек и, проверив порошок внутри, кивнул в сторону Каликса. Затем посыльный открыл рот и заговорил более уверенным голосом:

- Ваше Высочество как-то говорили, что беспокоитесь о своем здоровье.

- Ваше время заканчивается.

Недовольство промелькнуло на лицах посланников Императора и Императорских рыцарей. Заметив их выражения, Каликс уже не собирался их отпускать так просто.

Озорная улыбка промелькнула на его прекрасном лице.

- Я немного удивлен, что Император вдруг допустил ошибку. - вопреки своим словам, Каликс с совершенно бесстрастным лицом склонился, облокотившись на подлокотник кресла.

Он выглядел, словно скучающая черная пантера, но от него исходила устрашающая аура, заполнявшая все пространство вокруг.

Вся делегация инстинктивно задрожала от витавшей в воздухе опасности. Казалось, эта аура в любой момент могла перерезать им шеи.

- Так какова же цена этого, так называемого, «подарка»?

Было невероятно грубо так относиться к тому, что быто отправлено лично Императором, но никто не осмеливался критиковать Каликса. К сожалению, именно Император сейчас должен был пресмыкаться перед Каликсом.

- Его Величество сказал: «Если вы позволите ему получить семейную реликвию Бенвито».

- Как весело.

Каликс не скрывал ядовитой усмешки. Зик громко расхохотался и даже Райзен, все это время стоявший с бесстрастным выражением лица, поморщил лоб и нахмурил брови.

Посланник был ошеломлен реакцией трех мужчин, вынужденный стоять рядом со стулом.

- Император так сказал? Он хочет семейную реликвию?

- Да, верно. Его Величество очень щедр.

- Хорошо.

Он был хитрым, словно змей. Райзен, молча слушавший этот диалог, хмурился и мысленно критиковал Императора.

Император был человеком, который не доверял даже своим домочадцам. Естественно, что Император держал в секрете факт его отравления. Противоядие было только у Каликса Бенвито. Если Император кому-то и раскрыл факт своего отравления, то, вероятно это была единственная, самая верная его собака – Дункан Лиссак. Однако, этот посланник, просил противоядие с высоко поднятой головой.

- Вижу, ты не совсем догоняешь. – тонкие губы Каликса холодно скривились. Посланник поежился от леденящей душу атмосферы.

- Я не могу назвать такое предложение «подарком».

- Господин, что это значит?

- Такое предложение называется «сделка».

Если быть точнее, то это даже равноценной сделкой назвать было сложно. У Каликса не было никаких причин продолжать диалог. Ему было интересно, что ему мог предложить Император, поэтому он задал темп разговору. Но, это была пустая трата времени, чему он совершенно не удивился. Каликс нервно передернул головой. Он решил положить конец этому скучному и надоедливому разговору:

- Скажи ему, что подарок подразумевает, что он должен принести мне пользу. – словно отмахиваясь от надоедливой мухи произнес он.

- А что насчет семейной реликвии Бенвито? - поспешно спросил сбитый с толку посланец.

Каликс медленно приподнял уголки губ, словно он был хищником, загнавшим добычу в угол.

- А с чего это я должен вам ее давать?

До посланника наконец-то дошло, что все это время его просто дразнили. Его лицо исказилось гримасой, на которой явно читались стыд и гнев. Покраснев до кончиков ушей, он, вдруг совершенно забыв, что перед ним стоит Великий Князь, завопил:

- Это абсурд! Как вы можете так отвечать на благосклонность Его Величества?!

- Кто-то может мне приказывать отвечать как-то по-другому?

Глаза князя, говорившего сухо и без каких-либо эмоций, сверкнули, как у дикого зверя. Этот посланник был настолько некомпетентен, что не мог даже рот держать в узде. Его (посланника) объяло сковывающее чувство угнетения, и он не мог даже пошевелиться.

- Ты прекрасно понимаешь…

Окровавленные глаза скользнули по серебряным футлярчикам, но не покраснели.

Этого запаса хватило бы на год, и предложение было немного заманчивым, но Император все равно присылал их раз в месяц, и это лекарство, которое он по-прежнему должен был присылать в будущем. Конечно, если он хотел жить сам.

Конечно, если б Император захотел помереть на пару с Бенвито, был совсем другой разговор. Но Каликс прекрасно знал, что Император был великим человеком, не способным на такую безрассудность.

«Этот жадный человек никогда так не поступит».

Даже стоя перед вратами ада, он был тем, кто будет бороться за жизнь. Даже если для этого ему понадобится бросить сотни человеческих жизней в огненную пучину, он собирался выжить любой ценой.

Зик, до сих пор с интересом наблюдавший, вмешался:

- Кстати, посланничек…

- Что-что?

- Могу я отнести этот «подарочек» обратно в Императорский дворец? Сдается мне, твой хозяюшка от тебя живого места не оставит.

Кровь исчезла с лица посланника, когда он вспомнил яростный гнев Императора, ожидавший его за провал.

- Ты же еще пока не планировал с жизньюшкой прощаться?

При этих словах Зик поднял руку к шее, изображая жест «долой с плеч».

Посланник изо всех сил старался сделать спокойное выражение лица, но никак не мог скрыть холодный пот, стекающий по его вискам. Он некоторое время стоял и просто молчал.

Насладившись зрелищем, Каликс наконец произнес:

- У тебя есть еще что сказать?