Том 1 Глава 20

После того, как я выпила яд, который дал мне принц Джейк, я была обездвижена.

Несмотря на то, что я была в сознании, я не могла ни открыть глаза, ни пошевелить конечностями, ни произнести ни слова.

В то время я чувствовала себя виноватой из-за того, что заставила Сару и других до смерти беспокоиться обо мне, и перед врачами, которые были озадачены моими симптомами.

«Дейзи, проснись. Ты обязана поддерживать это королевство, став наложницей принца Фредди»

Я до сих пор помнила, что почувствовала, услышав слова моего отца.

Сначала я была рада, что мой отец пришел навестить меня. В конце концов, он никогда не переступал порог моей комнаты по собственной воле.

Мне было интересно, беспокоился ли он хоть немного обо мне.

Мое желание исполнилось в одно мгновение.

"Кем я была, для моего отца?"

До сих пор я никогда не сомневалась в своей любви или в том факте, что отдавала ради него все, что могла.

Пока мой отец не произнес ни слова, наш дворецкий сообщил мне, что выбор наследника семьи маркиза Астора определен.

"Почему мой отец ничего мне не рассказал?"

Раньше этот вопрос никогда не приходил мне в голову, поскольку я была слишком занята как своими повседневными задачами, так и обязанностями.

Однако, когда я впервые подумала об этом, меня, наконец, осенило.

Для моего отца я была не более чем инструментом.

В конце концов, как бы я ни настаивала и ни пыталась завязать с ним разговор, он отказывался одарить меня хотя бы одной улыбкой.

По этой причине я была вне себя от радости, когда мой будущий муж - принц Фредди, улыбнулся мне.

Это был первый раз, когда кто-то это сделал.

У меня, которой в то время было 10 лет, не было никого, кто мог бы мне улыбнулся.

Что ж, это было вполне естественно, инструмент не должен был обладать эмоциями. Не следует также ожидать объяснений относительно наследника семьи маркиза Астора или улыбок.

Конечно, мой отец просто желал престижа, выдав свою дочь замуж за члена королевской семьи. Вот почему он платил за мое образование.

Следовательно, он не чувствовал необходимости беспокоиться обо мне.

Иначе он бы не сказал, что я обязана стать наложницей.

Таким образом, я пришла к выводу, что до тех пор, пока он может быть связан с королевской семьей, ему все равно, стану ли я королевой или наложницей.

Согласно приказу моего отца, я всегда посвящала себя принцу Фредди. Но принц Фредди, с другой стороны, просто расторг нашу помолвку под предлогом «настоящей любви». Должно было быть очевидно, что произойдет, если я выйду замуж за такого мужчину, и все же…

«Дейзи, проснись. Ты обязана поддерживать это королевство, став наложницей принца Фредди»

Мой отец все еще произносил эти слова.

Его не волновало, что произойдет, если я выйду замуж за принца Фредди. Ему было совершенно все равно.

Если бы мой жених, принц Фредди, отказывался смотреть на меня, как бы я ни старалась. Если даже и так, мои обязательства оставались прежними, только из-за того, что я должна была стать наложницей.

"Зачем я родилась?"

Я не могла пошевелиться, но была в сознании. Таким образом, я продолжала размышлять. Я размышляла о прошлом и приходила в отчаяние при каждом воспоминании.

Как только придет время очнуться, я наверняка умру.

В конце концов, как бы я ни старалась, ни мой отец, ни принц Фредди, не оценили меня по достоинству.

Конечно, с самого начала они даже не смотрели на меня. Следовательно, даже мои лучшие усилия не имели для них значения.

Посреди моего отчаяния Райан и Бекки пришли навестить меня. Я не могла в это поверить. Райан даже купил мне букет моих любимых цветов, фрезий!

– Фрезии, жареный цыпленок, облачное небо… Я помню все это

Слова Райана осветили мое почерневшее сердце.

Видимо, нашлись те, кто все же обратил на меня внимание, кто даже запомнил, что мне нравится.

Вскоре они стали моей самой большой надеждой.

Отчаяние почти ослепило меня, но я вспомнила, как принц Джейк рисковал всем, чтобы достать для меня секретный яд. Когда Бекки также сказала мне больше полагаться на них. Кроме того, у меня также была Сара и другие слуги, которые искренне заботились обо мне.

Наконец-то я увидела правду - я была не одна.