Проблемы начались в семье Юй.

Несколько ветвей заявили, что переселяются, покидают родовое гнездо.Некоторые предвидев, что семья разваливается, незаметно очистили счета, переведя большие суммы денег за границу, а затем и сами сбежали.Семья, которая с самого начала была крепкой и сплоченной, распадалась на глазах и, как стая птиц, разлетелась в разные края.Наконец, младший сын главы семьи продал отчий дом и иммигрировал в США.

Семья, которая внушала страх и уважение на протяжении нескольких сотен лет на северо-западе, исчезла.Больше нам здесь нечего было делать.

Вернувшись в родной город, мы около полумесяца отдыхали и восстанавливали силы.

Постепенно мое тело пришло в норму.Я постоянно спрашивала Лорда Женгуяна в группе, как дела у старшего Инь Чаншена.

Лорд Женгуян сказал, что старший Инь Чаншен все еще в уединении.

Он сильно навредил себе, восстановление займет не день и не два.Я глубоко вздохнула, я в таком долгу перед старшим Инь Чаншенем, что боюсь, мне не хватит и нескольких жизней, чтобы отплатить.В тот день Тан Мингли пришел ко мне на обед.

Я накрывала на стол, когда услышала за дверью визг автомобильных тормозов.

Освободив духовное чутье, я посмотрела, кто эти незваные гости.

На улице стояла черная, ничем не примечательная с виду машина.

Но глядя на марку можно сразу сказать, что стоит она не менее шести миллионов.Дверь открылась, и из автомобиля вышел старик.

За ним следовала пара средних лет.

Мужчину я сразу узнала, это был отец Тан Мингли — Тан Цзинь.

Женщину я раньше не видела.

Она выглядела доброй и нежной, но взгляд был решительный.Подойдя к двери, я широко ее открыла.— Глава семьи Тан, господин Тан, госпожа, добро пожаловать.

Пожалуйста, войдите внутрь.Глава семьи Тан осмотрел меня с ног до головы и сказал:— Я слышал, что ты пробилась на четвертый уровень?Я кивнула.Он вздохнул и сказал:— Твой уровень быстро вырос.

Боюсь, что твой фундамент не прочный, это не поможет будущей практике.Волна гнева захлестнула меня.

Господин Тан, вы пришли, чтобы расстроить меня?Тан Мингли вышел вперед и почтительно сказал:— Дедушка, папа, мама, — его тон был уважительный и отчужденный.Госпожа Тан подбежала к нему и схватила его лицо.— Мингли, ты… ты сильно похудел.— Мама, я не худой, просто я стал немного сильнее, — мягко сказал Тан Мингли.Госпожа Тан взяла его за руку, перебивая, и сказала:— Вы только что накрыли на стол и еще не ели.

Давайте вместе перекусим.Я пошла на кухню, чтобы приготовить еще несколько блюд.

Высвободив свое духовное чутье, я наблюдала за происходящим в комнате из кухни.После того, как мы поели, старик Тан посмотрел на Тан Мингли и сказал:— Мингли, скажи мне правду, какой твой текущий уровень совершенствования?Тан Мингли выслушал вопрос, затаив дыхание, после чего с шумом выдохнул.Старик Тан и Тан Цзинь потрясенно спросили:-Ты действительно прорвался через Великого Мастера?— Нет, я уже на его вершине.Присутствующие, ахнув, посмотрели на него удивленными глазами.Госпожа Тан обычный человек, она не может практиковать.

Вся ее надежда была обращена на сына.

Вытерев слезы, она сказала:— Учитель, видите, Мингли вырос.

Его совершенствование становится все лучше и лучше.

Это говорит о том, что путь, выбранный им, верный.

Давайте оставим его в покое.Старик Тан выслушал ее со спокойным лицом.— Мингли, — заговорил он, — независимо от того, насколько высока база совершенствования, тебе все равно нужен хороший внутренний помощник.

Когда ты столкнешься с трудностями, которые не сможет решить семья Тан, к кому ты обратишься за помощью?Тан Мингли слабо улыбнулся.— Дедушка, при все уважении, хотя ты воин, но столько лет управлял семьей, что ограничился только борьбой за власть в этом мире.Лицо старика потемнело.— Что ты сказал?— Мингли, как ты можешь разговаривать с главой семьи в таком тоне? — включился в разговор Тан Цзинь.Выражение лица Тан Мингли не изменилось.— На этот раз я был на пороге смерти.

Хотя я был почти мертв, я кое-что увидел.

Вам важно только одно, чтобы семья Тан была сильной и не имела равных себе в Китае.

Только это удовлетворяет вас. — Тан Минли вздохнул. — Дедушка, ты никогда не думал, что однажды сможешь прорваться через оковы и выйти на уровень богов и, в конечном счете, стать земным бессмертным или улететь в бессмертие?Старик Тан затрясся, на его лице появилось меланхоличное выражение.— Бог … — на мгновенье старик Тан замолчал. — В этом мире десятки тысяч практикующих, сколько из них смогут достичь уровня Бога? Не говоря уже о вознесении к бессмертному.

Мингли, у тебя действительно проблема, ты не думаешь рационально.Тан Мингли усмехнулся.— Дедушка, утебя были такие мысли, но ты отказался от практики.

В этом мире есть сверхъестественные существа, мастера боевых искусств и совершенствующиеся, стремящиеся в бессмертное.

Тебя уже нельзя назвать практикующим, ты увяз в политике.Тан Мингли пристально смотрел на темнеющее лица старика Тана, но не останавливался.— Слышал такую историю? Воробей увидел пролетающего орла и спрятался в грязи, как насекомое.

Однако он не знал, что у орла широкий взгляд на мир.

Небо — его мир, а его путь — дорога к звездам через бесконечные моря, поэтому он не смотрит свысока на копошащихся в грязи.Я усмехнулась про себя, как красиво он сравнил старика Тана.

Он словно отвесил ему пощечину.Лицо старика Тана потемнело и выглядело, как дно кастрюли.

Тан Цзинь и его жена не осмеливались открыть рот.

Тан Мингли, тем не менее, был спокойным и расслабленным, прямо смотря в глаза деда.

Его взгляд сиял, а старику Тану вдруг стало стыдно.«Неужели я действительно ошибался?» Неожиданно он вспомнил, когда был маленьким, мечтал стать феей.

Он смутно помнил, что в возрасте шести лет, дедушка посвятил его в таинство силы.

Он сказал, что нужно укреплять веру в боевые искусства, чтобы продвинуться и стать бессмертным.Однако, в современном обществе не хватает ауры, и в течение последних десятилетий никто не прорвался на уровень Бога.

Те же мастера, кто давно прошли этот путь, жили в уединении, редко показываясь смертным.В последнее время он погрузился в домашние дела и в борьбу с соперниками, что забыл о первоначальном намерении изучать боевые искусства.Но он по-прежнему отказывался признать свою неправоту.

Стиснув зубы, старик Тан холодно фыркнул:— Даже если ты хочешь совершенствоваться, для этого требуется много ресурсов.

Может ли эта женщина дать тебе то, что ты хочешь?— Чего я хочу? Зачем мне нужна женщина, которая должна мне что-то дать? — спокойно ответил Тан Мингли. — Неужели я такой бесполезный мужчина?Старик Тан задохнулся от негодования.

Тан Мингли поднял голову и посмотрел в окно.— Дедушка, в будущем, даже если я буду один, без поддержки семьи, я смогу выстоять.

Только так я смогу называться твоим внуком и быть достойным носить имя семьи Тан.

Я хочу быть твоим внуком, а не злодеем, который погружен только в себя и ищущий выгоду в любой ситуации.Лицо старика Тана исказилось, он просто уродливым старикашкой.

Гневно фыркнув, он встал и ушел.— Мингли, как ты можешь так разговаривать с дедушкой? — немного встревоженно сказал Тан Цзинь.— Отец, дедушка злится потому, что мои слова отрезвили его.Я вошла в гостиную с несколькими только что приготовленными блюдами.Госпожа Тан взяла меня за руку и задала несколько вопросов.

Сейчас она напоминала свекровь, смотрящую на невестку.

Слегка смутившись, я несколько раз тонко намекнула, что наши отношения не достигли этой точки, но госпожа Тан, похоже, все равно видела во мне невестку.За обедом лицо госпожи Тан побагровело.

Я присмотрелась.

С ее телом все было в порядке.

Скорее всего, это проявилась давняя сильная психологическая депрессия.Куриный суп был приготовлен с добавлением концентрированной успокаивающей духовной травой.

После того, как она поела его, цвет лица стал лучше, да и настроение улучшилось.Тан Цзинь с женой остановились в доме Тан Мингли на несколько дней.

Каждый день они приходили ко мне на обед.

Позже они уехали домой.В тот день было мрачно.

Внезапно поднялся сильный ветер.

Деревья за окном гнулись и сталкивались друг с другом.

Пешеходы на дороге не могли удержать зонтики, ветер просто вырывал их из рук.Закрыв окно я достала эликсир и начала медитировать.

Ветер продолжал выть, а посреди ночи прогремел гром, и молнии одна за другой засверкали в небе.

Проблемы начались в семье Юй.

Несколько ветвей заявили, что переселяются, покидают родовое гнездо.

Некоторые предвидев, что семья разваливается, незаметно очистили счета, переведя большие суммы денег за границу, а затем и сами сбежали.

Семья, которая с самого начала была крепкой и сплоченной, распадалась на глазах и, как стая птиц, разлетелась в разные края.

Наконец, младший сын главы семьи продал отчий дом и иммигрировал в США.

Семья, которая внушала страх и уважение на протяжении нескольких сотен лет на северо-западе, исчезла.

Больше нам здесь нечего было делать.

Вернувшись в родной город, мы около полумесяца отдыхали и восстанавливали силы.

Постепенно мое тело пришло в норму.

Я постоянно спрашивала Лорда Женгуяна в группе, как дела у старшего Инь Чаншена.

Лорд Женгуян сказал, что старший Инь Чаншен все еще в уединении.

Он сильно навредил себе, восстановление займет не день и не два.

Я глубоко вздохнула, я в таком долгу перед старшим Инь Чаншенем, что боюсь, мне не хватит и нескольких жизней, чтобы отплатить.

В тот день Тан Мингли пришел ко мне на обед.

Я накрывала на стол, когда услышала за дверью визг автомобильных тормозов.

Освободив духовное чутье, я посмотрела, кто эти незваные гости.

На улице стояла черная, ничем не примечательная с виду машина.

Но глядя на марку можно сразу сказать, что стоит она не менее шести миллионов.

Дверь открылась, и из автомобиля вышел старик.

За ним следовала пара средних лет.

Мужчину я сразу узнала, это был отец Тан Мингли — Тан Цзинь.

Женщину я раньше не видела.

Она выглядела доброй и нежной, но взгляд был решительный.

Подойдя к двери, я широко ее открыла.

— Глава семьи Тан, господин Тан, госпожа, добро пожаловать.

Пожалуйста, войдите внутрь.

Глава семьи Тан осмотрел меня с ног до головы и сказал:

— Я слышал, что ты пробилась на четвертый уровень?

Он вздохнул и сказал:

— Твой уровень быстро вырос.

Боюсь, что твой фундамент не прочный, это не поможет будущей практике.

Волна гнева захлестнула меня.

Господин Тан, вы пришли, чтобы расстроить меня?

Тан Мингли вышел вперед и почтительно сказал:

— Дедушка, папа, мама, — его тон был уважительный и отчужденный.

Госпожа Тан подбежала к нему и схватила его лицо.

— Мингли, ты… ты сильно похудел.

— Мама, я не худой, просто я стал немного сильнее, — мягко сказал Тан Мингли.

Госпожа Тан взяла его за руку, перебивая, и сказала:

— Вы только что накрыли на стол и еще не ели.

Давайте вместе перекусим.

Я пошла на кухню, чтобы приготовить еще несколько блюд.

Высвободив свое духовное чутье, я наблюдала за происходящим в комнате из кухни.

После того, как мы поели, старик Тан посмотрел на Тан Мингли и сказал:

— Мингли, скажи мне правду, какой твой текущий уровень совершенствования?

Тан Мингли выслушал вопрос, затаив дыхание, после чего с шумом выдохнул.

Старик Тан и Тан Цзинь потрясенно спросили:

-Ты действительно прорвался через Великого Мастера?

— Нет, я уже на его вершине.

Присутствующие, ахнув, посмотрели на него удивленными глазами.

Госпожа Тан обычный человек, она не может практиковать.

Вся ее надежда была обращена на сына.

Вытерев слезы, она сказала:

— Учитель, видите, Мингли вырос.

Его совершенствование становится все лучше и лучше.

Это говорит о том, что путь, выбранный им, верный.

Давайте оставим его в покое.

Старик Тан выслушал ее со спокойным лицом.

— Мингли, — заговорил он, — независимо от того, насколько высока база совершенствования, тебе все равно нужен хороший внутренний помощник.

Когда ты столкнешься с трудностями, которые не сможет решить семья Тан, к кому ты обратишься за помощью?

Тан Мингли слабо улыбнулся.

— Дедушка, при все уважении, хотя ты воин, но столько лет управлял семьей, что ограничился только борьбой за власть в этом мире.

Лицо старика потемнело.

— Что ты сказал?

— Мингли, как ты можешь разговаривать с главой семьи в таком тоне? — включился в разговор Тан Цзинь.

Выражение лица Тан Мингли не изменилось.

— На этот раз я был на пороге смерти.

Хотя я был почти мертв, я кое-что увидел.

Вам важно только одно, чтобы семья Тан была сильной и не имела равных себе в Китае.

Только это удовлетворяет вас. — Тан Минли вздохнул. — Дедушка, ты никогда не думал, что однажды сможешь прорваться через оковы и выйти на уровень богов и, в конечном счете, стать земным бессмертным или улететь в бессмертие?

Старик Тан затрясся, на его лице появилось меланхоличное выражение.

— Бог … — на мгновенье старик Тан замолчал. — В этом мире десятки тысяч практикующих, сколько из них смогут достичь уровня Бога? Не говоря уже о вознесении к бессмертному.

Мингли, у тебя действительно проблема, ты не думаешь рационально.

Тан Мингли усмехнулся.

— Дедушка, утебя были такие мысли, но ты отказался от практики.

В этом мире есть сверхъестественные существа, мастера боевых искусств и совершенствующиеся, стремящиеся в бессмертное.

Тебя уже нельзя назвать практикующим, ты увяз в политике.

Тан Мингли пристально смотрел на темнеющее лица старика Тана, но не останавливался.

— Слышал такую историю? Воробей увидел пролетающего орла и спрятался в грязи, как насекомое.

Однако он не знал, что у орла широкий взгляд на мир.

Небо — его мир, а его путь — дорога к звездам через бесконечные моря, поэтому он не смотрит свысока на копошащихся в грязи.

Я усмехнулась про себя, как красиво он сравнил старика Тана.

Он словно отвесил ему пощечину.

Лицо старика Тана потемнело и выглядело, как дно кастрюли.

Тан Цзинь и его жена не осмеливались открыть рот.

Тан Мингли, тем не менее, был спокойным и расслабленным, прямо смотря в глаза деда.

Его взгляд сиял, а старику Тану вдруг стало стыдно.

«Неужели я действительно ошибался?» Неожиданно он вспомнил, когда был маленьким, мечтал стать феей.

Он смутно помнил, что в возрасте шести лет, дедушка посвятил его в таинство силы.

Он сказал, что нужно укреплять веру в боевые искусства, чтобы продвинуться и стать бессмертным.

Однако, в современном обществе не хватает ауры, и в течение последних десятилетий никто не прорвался на уровень Бога.

Те же мастера, кто давно прошли этот путь, жили в уединении, редко показываясь смертным.

В последнее время он погрузился в домашние дела и в борьбу с соперниками, что забыл о первоначальном намерении изучать боевые искусства.

Но он по-прежнему отказывался признать свою неправоту.

Стиснув зубы, старик Тан холодно фыркнул:

— Даже если ты хочешь совершенствоваться, для этого требуется много ресурсов.

Может ли эта женщина дать тебе то, что ты хочешь?

— Чего я хочу? Зачем мне нужна женщина, которая должна мне что-то дать? — спокойно ответил Тан Мингли. — Неужели я такой бесполезный мужчина?

Старик Тан задохнулся от негодования.

Тан Мингли поднял голову и посмотрел в окно.

— Дедушка, в будущем, даже если я буду один, без поддержки семьи, я смогу выстоять.

Только так я смогу называться твоим внуком и быть достойным носить имя семьи Тан.

Я хочу быть твоим внуком, а не злодеем, который погружен только в себя и ищущий выгоду в любой ситуации.

Лицо старика Тана исказилось, он просто уродливым старикашкой.

Гневно фыркнув, он встал и ушел.

— Мингли, как ты можешь так разговаривать с дедушкой? — немного встревоженно сказал Тан Цзинь.

— Отец, дедушка злится потому, что мои слова отрезвили его.

Я вошла в гостиную с несколькими только что приготовленными блюдами.

Госпожа Тан взяла меня за руку и задала несколько вопросов.

Сейчас она напоминала свекровь, смотрящую на невестку.

Слегка смутившись, я несколько раз тонко намекнула, что наши отношения не достигли этой точки, но госпожа Тан, похоже, все равно видела во мне невестку.

За обедом лицо госпожи Тан побагровело.

Я присмотрелась.

С ее телом все было в порядке.

Скорее всего, это проявилась давняя сильная психологическая депрессия.

Куриный суп был приготовлен с добавлением концентрированной успокаивающей духовной травой.

После того, как она поела его, цвет лица стал лучше, да и настроение улучшилось.

Тан Цзинь с женой остановились в доме Тан Мингли на несколько дней.

Каждый день они приходили ко мне на обед.

Позже они уехали домой.

В тот день было мрачно.

Внезапно поднялся сильный ветер.

Деревья за окном гнулись и сталкивались друг с другом.

Пешеходы на дороге не могли удержать зонтики, ветер просто вырывал их из рук.

Закрыв окно я достала эликсир и начала медитировать.

Ветер продолжал выть, а посреди ночи прогремел гром, и молнии одна за другой засверкали в небе.