Том 1 Глава 43

Таня не проснулась - очнулась: двухместный номер, убогая комната с парой деревянных кроватей и тумбочкой между ними, был наполнен горячим густым светом, как аквариум водой. Никаких мелких движений, легкой дрожи и суетни, какие бывают ранним утром. Было так тихо, как бывает только в полдень, в час, когда солнце в зените. Миг замирания - это был он.

- И я в зените, - улыбнулась Таня, положила ладони на выпуклый живот и погладила его с боков. - Мы в зените!

Вершина жизни, вершина горы и гора ее живота - все это было в родстве между собой.

- Ты чувствуешь? - спросила она у живота. - Ты чувствуешь, мы с тобой влюбились...

Живот почему-то был ее сообщником. Она посмотрела на спящего рядом Сергея. Руки его она разглядела еще с вечера: небольшие, с загибающимися вверх последними фалангами, с увеличенными суставами в поперечных складках кожи, ногти с белыми пятнышками, означающими не то дефицит какого-то витамина, не то нежданный подарок, заготовленный судьбой... Она покосилась - рука эта, доверчиво развернувшись вверх ладонью, лежала на ее плече. В середине мякоти венериного бугра она нашла глубокий шрам. Еще один был на предплечье. Было много подробностей у этого мальчишеского тела, которые она не успела заметить с вечера, но заранее полюбила. Большой палец на ноге сильно выдавался вперед, ступня небольшая и узкая, как у женщины. Ворс густых белых волос на голени... лежит на боку, одна нога согнута в колене. В укромной тени, среди светлых завитков, скромное спящее орудие и совершенно не безликое - прежде Тане казалось, что мужские члены слегка различаются по величине, в остальном же предметы абсолютно одинаковые. Этот был с характерным изгибом, повторяющим линию губ, и выражал простодушие и способность к самозабвению... Таня тронула рукой молочно-белую кожу, маленький лоскуток на бедре, не покрытый загаром. Кожа по-женски нежная. Грудь же покрыта была мягкой порослью, светлой, как выгоревший мох.

Она потрогала шрам на ладони - это будет мое любимое место.

Он пошарил другой рукой возле себя, придвинул ее к себе:

- Ты куда? Не уходи...

- Никогда, - ответила Таня. - А в уборную можно?

- Ни за что.

Он прижал ее к себе - все сходилось замечательно. Никогда прежде он не испытывал такого совпадения. Не открывая глаз, он спросил ее:

- Ты откуда взялась?

- Да ниоткуда. Я всегда была, - засмеялась Таня.

- Видимо, да, - согласился он, ощупывая руками шею, грудь, живот.

- Открой глаза, - попросила Таня.

- Боюсь, - улыбнулся он, но глаза открыл.

- Ну и как? - Таня приподнялась и слегка отстранилась.

- Отлично, - успокоил он ее, а может, и себя. - Все было отлично, только я совершенно твоего лица не запомнил. У меня, знаешь, однажды на этом месте такая травма была. Проснулся, а рядом...

Таня зажала ему рот рукой:

- Забудь. Все, что было раньше, немедленно забудь. Ты Сергей, я Таня, остальное не имеет значения.

Сергей засмеялся:

- Хорошо. Но вообще-то у меня жена есть.

- А у меня муж. Даже два. И скоро будет ребенок...

- В каком смысле? - Сергей привстал, опершись на локоть.

Таня взяла его руку и положила на живот:

- Месяца через три, три с половиной.

Живот был тугой, наполненный. Сергей отдернул руку, как будто обжегся о чайник:

- Ты даешь... Такого со мной еще не было...

- И со мной, - засмеялась Таня. - Всегда бывает первый раз... Ты у меня в первый раз.

Он встал и пошел в душ, постоял под жидкой теплой струей несколько минут. Попил из ладоней противной воды.

"Дурная девка. Сейчас же прогоню", - решил он и вышел из душа. Она уже стояла возле двери и тут же проскользнула внутрь. Фигура у нее была чудесная, и грудь, и талия. Живот был небольшой, но вполне заметный.

Он снова лег в постель. Закурил.

- Одевайся и уходи, - попросил он ее, когда она села рядом с ним на кровати.

Она покачала головой:

- Чего ты испугался? Все в порядке. Никуда я не уйду от тебя.

- Там в тебе ребенок, я же могу ему нарушить что-нибудь. Тебе вообще-то трахаться можно в таком положении?

- А тебе показалось, что нельзя?

- Мне не показалось. Я просто не заметил.

- А я думаю, что очень даже можно. Я вообще и на юг-то поехала, чтобы ему удовольствие доставить. - Она прихватила живот руками.

- В каком это смысле?

Таня засмеялась:

- Поплавать, на солнышке поваляться.

Она нырнула в постель, под простыню, обхватила его за шею:

- Все, что нравится мне, нравится и ему. Честное слово.

Она была чудесная девочка, и испуг его прошел, а желание - осталось.

И даже, пожалуй, была особая привлекательность в этом ее тугом животе, натянутых сосках и усиленной женственности, проистекавшей из ее беременности. Весь день они провели в номере, вышли только один раз за минеральной водой...

Вечером музыканты дали второй концерт, и Таня ни на минуту не отрывалась от Сережиной музыки, которая была продолжением их новенькой любви, потом переночевали, наутро получили очень приличные деньги за выступления и уехали. Таня, забежав на минуту к Козе, прихватила дорожную сумку, коснулась скользящим поцелуем Мишкиной макушки и Викиной щеки и исчезла из поля зрения Козы на всю оставшуюся жизнь.