В тот день закрутилось колесо судьбы.

Прошлой ночью мне снился Император Ли, что взахлеб писал своей кистью.

Я чувствовала себя, как мясо подвешенное на бамбуковую палку, которое люди смачивают соевым соусом......Я натянула одеяло над моим лицом, пусть эти уродливые образы исчезнут.

Когда я почувствовала, что у меня перехватило дыхание, я подняла одеяло и села.Нет! Я не могу поддаться судьбе.

Это пустая трата зла во мне.

Это пустая трата моих воспоминаний о предыдущей жизни в бессмертном царстве.

Я должна бороться против судьбы.Я прикусила палец, вытянула лицо и думала о будущем.

Есть ли способ избавиться от этого негодяя Чу Конга?Внезапно свет вспыхнул в моей голове.

Пьеса, которую пишет Император Ли о семи жизнях любви.

Если в любой из этих жизней, один из нас рано умрет и реинкарнируется в начале, а другой человек будет ждать смерти.......

Если это так, мы не должны избегать друг друга; мы, естественно, будем скучать друг по другу в каждой жизни.Поняв это, я побежала к зеркалу и послала себе в зеркало воздушный поцелуй.Личность дочери премьер-министра дает мне достаточно оснований, чтобы быть ленивой.

Я не хочу отказываться от такой жизни.

Потом...Я посмотрела на себя в зеркало и рассмеялась: “Дорогой Лу Хай Кун, за наше счастье в жизни, ты можешь пойти и умереть, а?”После нескольких дней детального планирования, я взволнованно побежала в особняк Генерала.

Теперь, когда никого нет, это хорошая возможность.Лу Хай Кун спокойно лежал в колыбели.

По сравнению с несколькими днями назад, теперь он был более красивый.

Мягкая белая кожа, длинные густые ресницы.

Я не могла удержаться, чтоб не тыкнуть в его пухлые губы.

Он проснулся от моих тычков и посмотрел на меня своими большими водянистыми глазами.

Мое сердце затрепетало, и я стояла в шоке."Ах!"Он завопил и своей небольшой рукой, полной слюней, дернул меня за косу."Ах!"Он потянул так сильно, что кожа на голове заболела.

Это заставило меня подумать об одетом в красное, ненавистном ублюдке.Я держала себя спокойно и положила руку вокруг его детской шеи.

Мягкое и хрупкое чувство заставило меня думать, что мне не нужно использовать силу; прикоснувшись к нему несколько раз, его шея сломается.

У него ведь не такая грубая кожа, как у молодого человека...Я опять стала мягкосердечной, когда посмотрела в его невинные глаза.

Как может эта бедняжка знать, почему я держу его за шею? Он отпустил косу и вместо этого схватил мой палец.

Как и в прошлый раз он потащил его в рот.

Он сосал его, как будто это самая хорошая вещь в мире.Он пинался, чтобы показать свое волнение.Я также хотела его пнуть.

Баловник, не будь таким сладким ах! Как сможет старшая сестра убить тебя, когда ты такой , а?Я боролась сама с собой, когда пришли няня и группа людей.“О, почему дочь премьер-министра здесь?”"Я...."Я покашляла, чтобы успокоиться.“Я пришла посмотреть на своего маленького мужа."Все засмеялись.

Вдруг няня застала меня врасплох: “Мы сейчас идем купать маленького мастера.

Мисс, вы тоже хотите с нами?”"Нет.

Я..."Я забрала свою руку и Лу Хай Кун начал плакать.

Я посмотрела на него.

Через некоторое время он заплакал сильнее.

Слезы текли ручьем.

Он выглядел таким несчастным, что я смотрела в ужасе.Я была напугана из-за своего остроумия.

На Небесах я не видела никого, кто бы так жалобно плакал.

Подсознательно, я положила палец обратно в его рот.

В тот же момент, он притих и лежал со счастливым лицом.Няня улыбнулась и сказала: “Это хорошо.

Теперь молодой мастер не может оставаться без Мисс Сун”.Я смотрела на этих глупых людей.Дальше, я была вынуждена видеть купание голого Лу Хай Куна.

У меня не было никаких грязных мыслей.

Это скорее выглядело, как тетя купает поросенка.

Несмотря ни на что, я упустила возможность убить Лу Хай Куна, просто из-за моего мягкого сердца.Каждый день с тех пор, я ходила в особняк Генерала.

Я видела Лу Хай Куна каждый день, но рядом с ним всегда были няня и слуги.

Они не дали мне ни шанса.Мне было интересно, если я позволю ребенку немного вырасти, тогда я смогу играть с ним наедине и избавиться от него.Это ожидание заняло пять лет.

Каждый раз, когда я смотрела на Лу Хай Куна, мои глаза сияли со скрытым смыслом.

Увидев меня в таком виде, Генерал и его жена шутили: "Этот ребенок был отравлен ядом Хай Куна? Она всегда здесь.

Не нужно спешить.

У вас будет ещё целая жизнь”.Целая жизнь слишком долго.

Я только хочу выбрать день и избавиться от него.

Тогда я буду спокойна.Когда мне было десять лет, я стала действительно дикой.Отец Сун отказался от меня полностью.

Его не волновало, что я делаю.

Это имело свои преимущества.

У меня даже было имя в столице — шумный дьявол.На пятый день рождения Лу Хай Куна, я, наконец, нашла способ обмануть няню и слуг.

Я увела Лу Хай Куна из особняка Генерала.

Я поняла, что в нем есть не так много возможностей, как за его пределами.

Стоять на краю скользкой реки, падение с дерева.

Я могу создавать и находить возможности повсюду.

Я потирала руки от возбуждения.

Лу Хай Кун внимательно следил за мной.“Юнь Сян, давай вернемся.

Отец сказал, что есть много плохих людей.

Это небезопасно”.С малых лет, этого маленького ребенка учат соблюдать правила.

Когда он выходит, то всегда с ним куча людей.

Он никогда не был один на улице.

Видя всех этих людей на рынке, он напрягся.Я размышляла, где устроить ему "несчастный случай", когда он потянул меня за рукав: “Юнь Сян, давай вернемся.”“Заткнись.”Он послушно закрыл рот и беспокойно огляделся.“Юнь Сян”.Он жалобно позвал меня и протянул руку.

Я подсознательно взялась а неё.Вдруг я вспомнила, что собиралась сделать."Братик, ты хочешь пойти в храм Тань Чжэ?"Храм находится на горе.

По дороге к нему не так много людей.

Дорога небольшая, узкая и скользкая.

Это наиболее подходит для ребенка, чтобы подняться и упасть.Он подумал и сказал: “Это слишком далеко, это опасно”“Не о чем беспокоиться.

Мы скоро вернемся.”Он упрямо покачал головой.

Я вздохнула: “Поскольку сегодня твой день рождения я хотела сделать для тебя талисман.

Я слышала, что талисманы из храма Тань Чжэ правда работают”.Я отпустила его руку.

Лицо, полное разочарования: “Ничего, если ты не хочешь идти.”“Юнь Сян..."Он заколебался на мгновение, схватил меня за руку и сказал: “Мы пойдем.”Мое разочарованное лицо превратилось в счастливое.

Я поволокла его и сказала:“Ладно, тогда пошли”.Чу Конг, Ах, Чу Конг, не вини меня за бессердечность.

Это самое лучшее для нас.Не спрашивай меня, почему я не хочу умирать.

Самоубийство — это бессердечная вещь.

Я мягкосердечный человек.......Чтобы дойти до храма, нам нужно попасть в центр столицы.

Лу Хай Кун никогда прежде здесь не был.

Он все находил интересным.“Юнь Сян, что это?”Я посмотрела, куда он показывал.“Цукаты.

Они жесткие и сладкие.

Это не вкусно.”Глаза Лу Хай Куна ярко сияли: “Это едят...”Я чувствовала, что это может быть последняя трапеза Лу Хай Куна.

В этих обстоятельствах я не должна экономить ни копейки, чтобы купить цукатов.

Я великодушно достала свои жестко сэкономленные деньги из моего кошелька.

Среди кучи монет, я нашла Пенни и пошла к человеку, что продавал цукаты.В прошлом, иметь столько денег было для меня невозможным.

Теперь я та, кто может купить цукаты когда захочет.

Как ни парадоксальна эта жизнь.......Пока я размышляла, со мной столкнулся мужчина.

Я упала на землю.

Лу Хай Кун запаниковал и провел по моей спине: “Юнь Сян, тебе больно? Ты не ушиблась?”Я покачала головой и поняла, что мой кошелек пропал.Я вспомнила те дни на Небесах, когда мне с горечью нужно было экономить деньги. “Вэн” прозвучало в моей голове.

Это мои жестко сэкономленные деньги! Захотел украсть и украл.

Он более отвратительный, чем Чу Конг, который сломал мой веер.“Ты...!” (В этот момент она ругалась)Я встала, закатала рукава и кричала: “Воруешь деньги, я надеюсь, что у тебя всю жизнь будет запор! Ворюга, не убегай!”Покричав, я погналась за вором.

Меня не волновало, что Лу Хай Кун, у которого боли короткие ноги, не мог угнаться за мной.Вор не ожидал, что десятилетняя девочка осмелится преследовать его.

Он испытывал угрызения совести и ускорил свой темп.

На рынке было много людей.

Вор не мог быстро пройти мимо них.

Я, с маленьким телом, догнала его.

Пройдя через реинкарнацию мои силы ушли.

Но у меня еще есть мой кулак.

Я не смогла бы пойти против кого-то с боевыми искусствами, но против вора, моих кулаков было достаточно.Вором был мужчина средних лет.

Его тело было больше, чем у меня.

Быстрым избиением, безусловно, не обойтись.

Поэтому, когда я гналась за ним, я выхватила скалку у одного из продавцов хлеба.

Я сделала два шага назад и посмотрела вниз.

Я слышала “данг”.

Вор застонал “ин” и был на земле, держа руки на промежности.Я выбросила скалку и достала из его кармана свой кошелек.“Хм, ты посмел украсть мои деньги? Ты готов умереть?”Я пересчитала деньги и обнаружила, что все деньги были на месте.

С довольной улыбкой я сказала: “Лу Хай Кун, давай купим цукаты.”Не получив ответа, я закрыла левый глаз и увидела, что была окружена незнакомцами.“Хах?”Я была ошарашена.

Лу Хай Кун, где ты?

В тот день закрутилось колесо судьбы.

Прошлой ночью мне снился Император Ли, что взахлеб писал своей кистью.

Я чувствовала себя, как мясо подвешенное на бамбуковую палку, которое люди смачивают соевым соусом......

Я натянула одеяло над моим лицом, пусть эти уродливые образы исчезнут.

Когда я почувствовала, что у меня перехватило дыхание, я подняла одеяло и села.

Нет! Я не могу поддаться судьбе.

Это пустая трата зла во мне.

Это пустая трата моих воспоминаний о предыдущей жизни в бессмертном царстве.

Я должна бороться против судьбы.

Я прикусила палец, вытянула лицо и думала о будущем.

Есть ли способ избавиться от этого негодяя Чу Конга?

Внезапно свет вспыхнул в моей голове.

Пьеса, которую пишет Император Ли о семи жизнях любви.

Если в любой из этих жизней, один из нас рано умрет и реинкарнируется в начале, а другой человек будет ждать смерти.......

Если это так, мы не должны избегать друг друга; мы, естественно, будем скучать друг по другу в каждой жизни.

Поняв это, я побежала к зеркалу и послала себе в зеркало воздушный поцелуй.

Личность дочери премьер-министра дает мне достаточно оснований, чтобы быть ленивой.

Я не хочу отказываться от такой жизни.

Я посмотрела на себя в зеркало и рассмеялась: “Дорогой Лу Хай Кун, за наше счастье в жизни, ты можешь пойти и умереть, а?”

После нескольких дней детального планирования, я взволнованно побежала в особняк Генерала.

Теперь, когда никого нет, это хорошая возможность.

Лу Хай Кун спокойно лежал в колыбели.

По сравнению с несколькими днями назад, теперь он был более красивый.

Мягкая белая кожа, длинные густые ресницы.

Я не могла удержаться, чтоб не тыкнуть в его пухлые губы.

Он проснулся от моих тычков и посмотрел на меня своими большими водянистыми глазами.

Мое сердце затрепетало, и я стояла в шоке.

Он завопил и своей небольшой рукой, полной слюней, дернул меня за косу.

Он потянул так сильно, что кожа на голове заболела.

Это заставило меня подумать об одетом в красное, ненавистном ублюдке.

Я держала себя спокойно и положила руку вокруг его детской шеи.

Мягкое и хрупкое чувство заставило меня думать, что мне не нужно использовать силу; прикоснувшись к нему несколько раз, его шея сломается.

У него ведь не такая грубая кожа, как у молодого человека...

Я опять стала мягкосердечной, когда посмотрела в его невинные глаза.

Как может эта бедняжка знать, почему я держу его за шею? Он отпустил косу и вместо этого схватил мой палец.

Как и в прошлый раз он потащил его в рот.

Он сосал его, как будто это самая хорошая вещь в мире.

Он пинался, чтобы показать свое волнение.

Я также хотела его пнуть.

Баловник, не будь таким сладким ах! Как сможет старшая сестра убить тебя, когда ты такой , а?

Я боролась сама с собой, когда пришли няня и группа людей.

“О, почему дочь премьер-министра здесь?”

Я покашляла, чтобы успокоиться.

“Я пришла посмотреть на своего маленького мужа."

Все засмеялись.

Вдруг няня застала меня врасплох: “Мы сейчас идем купать маленького мастера.

Мисс, вы тоже хотите с нами?”

Я забрала свою руку и Лу Хай Кун начал плакать.

Я посмотрела на него.

Через некоторое время он заплакал сильнее.

Слезы текли ручьем.

Он выглядел таким несчастным, что я смотрела в ужасе.

Я была напугана из-за своего остроумия.

На Небесах я не видела никого, кто бы так жалобно плакал.

Подсознательно, я положила палец обратно в его рот.

В тот же момент, он притих и лежал со счастливым лицом.

Няня улыбнулась и сказала: “Это хорошо.

Теперь молодой мастер не может оставаться без Мисс Сун”.

Я смотрела на этих глупых людей.

Дальше, я была вынуждена видеть купание голого Лу Хай Куна.

У меня не было никаких грязных мыслей.

Это скорее выглядело, как тетя купает поросенка.

Несмотря ни на что, я упустила возможность убить Лу Хай Куна, просто из-за моего мягкого сердца.

Каждый день с тех пор, я ходила в особняк Генерала.

Я видела Лу Хай Куна каждый день, но рядом с ним всегда были няня и слуги.

Они не дали мне ни шанса.

Мне было интересно, если я позволю ребенку немного вырасти, тогда я смогу играть с ним наедине и избавиться от него.

Это ожидание заняло пять лет.

Каждый раз, когда я смотрела на Лу Хай Куна, мои глаза сияли со скрытым смыслом.

Увидев меня в таком виде, Генерал и его жена шутили: "Этот ребенок был отравлен ядом Хай Куна? Она всегда здесь.

Не нужно спешить.

У вас будет ещё целая жизнь”.

Целая жизнь слишком долго.

Я только хочу выбрать день и избавиться от него.

Тогда я буду спокойна.

Когда мне было десять лет, я стала действительно дикой.

Отец Сун отказался от меня полностью.

Его не волновало, что я делаю.

Это имело свои преимущества.

У меня даже было имя в столице — шумный дьявол.

На пятый день рождения Лу Хай Куна, я, наконец, нашла способ обмануть няню и слуг.

Я увела Лу Хай Куна из особняка Генерала.

Я поняла, что в нем есть не так много возможностей, как за его пределами.

Стоять на краю скользкой реки, падение с дерева.

Я могу создавать и находить возможности повсюду.

Я потирала руки от возбуждения.

Лу Хай Кун внимательно следил за мной.

“Юнь Сян, давай вернемся.

Отец сказал, что есть много плохих людей.

Это небезопасно”.

С малых лет, этого маленького ребенка учат соблюдать правила.

Когда он выходит, то всегда с ним куча людей.

Он никогда не был один на улице.

Видя всех этих людей на рынке, он напрягся.

Я размышляла, где устроить ему "несчастный случай", когда он потянул меня за рукав: “Юнь Сян, давай вернемся.”

“Заткнись.”

Он послушно закрыл рот и беспокойно огляделся.

Он жалобно позвал меня и протянул руку.

Я подсознательно взялась а неё.

Вдруг я вспомнила, что собиралась сделать.

"Братик, ты хочешь пойти в храм Тань Чжэ?"

Храм находится на горе.

По дороге к нему не так много людей.

Дорога небольшая, узкая и скользкая.

Это наиболее подходит для ребенка, чтобы подняться и упасть.

Он подумал и сказал: “Это слишком далеко, это опасно”

“Не о чем беспокоиться.

Мы скоро вернемся.”

Он упрямо покачал головой.

Я вздохнула: “Поскольку сегодня твой день рождения я хотела сделать для тебя талисман.

Я слышала, что талисманы из храма Тань Чжэ правда работают”.

Я отпустила его руку.

Лицо, полное разочарования: “Ничего, если ты не хочешь идти.”

“Юнь Сян..."

Он заколебался на мгновение, схватил меня за руку и сказал: “Мы пойдем.”

Мое разочарованное лицо превратилось в счастливое.

Я поволокла его и сказала:

“Ладно, тогда пошли”.

Чу Конг, Ах, Чу Конг, не вини меня за бессердечность.

Это самое лучшее для нас.

Не спрашивай меня, почему я не хочу умирать.

Самоубийство — это бессердечная вещь.

Я мягкосердечный человек.......

Чтобы дойти до храма, нам нужно попасть в центр столицы.

Лу Хай Кун никогда прежде здесь не был.

Он все находил интересным.

“Юнь Сян, что это?”

Я посмотрела, куда он показывал.

Они жесткие и сладкие.

Это не вкусно.”

Глаза Лу Хай Куна ярко сияли: “Это едят...”

Я чувствовала, что это может быть последняя трапеза Лу Хай Куна.

В этих обстоятельствах я не должна экономить ни копейки, чтобы купить цукатов.

Я великодушно достала свои жестко сэкономленные деньги из моего кошелька.

Среди кучи монет, я нашла Пенни и пошла к человеку, что продавал цукаты.

В прошлом, иметь столько денег было для меня невозможным.

Теперь я та, кто может купить цукаты когда захочет.

Как ни парадоксальна эта жизнь.......

Пока я размышляла, со мной столкнулся мужчина.

Я упала на землю.

Лу Хай Кун запаниковал и провел по моей спине: “Юнь Сян, тебе больно? Ты не ушиблась?”

Я покачала головой и поняла, что мой кошелек пропал.

Я вспомнила те дни на Небесах, когда мне с горечью нужно было экономить деньги. “Вэн” прозвучало в моей голове.

Это мои жестко сэкономленные деньги! Захотел украсть и украл.

Он более отвратительный, чем Чу Конг, который сломал мой веер.

“Ты...!” (В этот момент она ругалась)

Я встала, закатала рукава и кричала: “Воруешь деньги, я надеюсь, что у тебя всю жизнь будет запор! Ворюга, не убегай!”

Покричав, я погналась за вором.

Меня не волновало, что Лу Хай Кун, у которого боли короткие ноги, не мог угнаться за мной.

Вор не ожидал, что десятилетняя девочка осмелится преследовать его.

Он испытывал угрызения совести и ускорил свой темп.

На рынке было много людей.

Вор не мог быстро пройти мимо них.

Я, с маленьким телом, догнала его.

Пройдя через реинкарнацию мои силы ушли.

Но у меня еще есть мой кулак.

Я не смогла бы пойти против кого-то с боевыми искусствами, но против вора, моих кулаков было достаточно.

Вором был мужчина средних лет.

Его тело было больше, чем у меня.

Быстрым избиением, безусловно, не обойтись.

Поэтому, когда я гналась за ним, я выхватила скалку у одного из продавцов хлеба.

Я сделала два шага назад и посмотрела вниз.

Я слышала “данг”.

Вор застонал “ин” и был на земле, держа руки на промежности.

Я выбросила скалку и достала из его кармана свой кошелек.

“Хм, ты посмел украсть мои деньги? Ты готов умереть?”

Я пересчитала деньги и обнаружила, что все деньги были на месте.

С довольной улыбкой я сказала: “Лу Хай Кун, давай купим цукаты.”

Не получив ответа, я закрыла левый глаз и увидела, что была окружена незнакомцами.

Я была ошарашена.

Лу Хай Кун, где ты?